Разные полюса

Моусли Кирсти

– Это все твое, – заявил Карсон, взяв в руки плюшевую обезьяну с верхней полки, и изобразив обезьянью болтовню.

Саша хихикнула и неуверенно посмотрела на меня. Я ободряюще улыбнулась и кивнула.

– Они все твои, Саша. Папа купил их все для тебя. Стоит взглянуть на них, – уведомила я, помогая ей встать с моих коленей, когда она увильнулась, чтобы слезть.

Она нерешительно подошла к Карсону и взяла из его рук предложенную обезьяну.

–

Сашино? – спросила она. Когда Карсон кивнул, она поднесла обезьяну к своему лицу и поцеловала ее в нос прежде, чем улыбнуться своему отцу. Мне не нужно было заглядывать в его грудь, чтобы видеть, как его сердце растаяло от ее улыбки – это было ясно по его лицу.

Саша сразу же на носочках повернулась и двинулась ко мне.

– Мамочка, вставай! – приказала она, взяв меня за руку и дергая. – Это стул обезьяны! – объявила она, усаживая игрушку обезьяны на место, с которого я вскочила.

Я хмыкнула и села на полу напротив, наблюдая, как она периодически возвращалась назад, и опять к гардеробу, по одной вытаскивая игрушки. Она смотрела на Карсона каждый раз, когда спрашивала:

– Сашино? – проверяя, было ли оно действительно ее, прежде чем двинуться к стулу и расположить их всех в одну большую кучу.

К тому времени, как она закончила, осматривая каждый дюйм ее комнаты, место выглядело как после взрыва бомбы. Карсон стоял и улыбался в полный рот, наверное, потому что Саша уже была покорена его подарками и сейчас принимала его и больше не стеснялась. Когда мой живот заурчал, я взглянула на часы и увидела, что было больше пяти.

– Ты не возражаешь, если я приготовлю ужин? – спросила я нервно.

Карсон нахмурился.

– Ты не должна спрашивать моего разрешения на такие вещи. Сейчас это твой дом, Эмма.

Я вздохнула.

– Это не дом, это просто место, где я живу, потому что ты мне так сказал.

Когда я приподнялась с пола, я посмотрела на Сашу, когда она опустошила содержимое игры «Матч карт» на пол.

– Хочешь остаться здесь, с папой, или спуститься и помочь мне готовить? – спросила я.

– Готовить! – ответила она, поднимаясь, но, не отпуская игрушку «tickle me Elmo», которой казалось, она отдала предпочтение. Саша любила помогать мне готовить. Обычно, у нее была только пустая миска и ложка, которой она била по всему, пока я готовила, но это было для нее более чем достаточно.

Когда мы втроем вышли из комнаты, маленькая пухлая ручка Саши скользнула к Карсону. Он в шоке посмотрел вниз на ее руку, а затем самая большая, самая впечатляющая улыбка растянулась по всему его лицу. Вышло, что Саша сейчас приняла Карсона в свой ближний круг, и, судя по выражению его лица, он не мог этому не обрадоваться.

Я

проснулась под звуки впечатляющего плача сквозь дорогие радионяни Карсона, которые он купил. Я застонала и приподнялась, сонно тащась от своей комнаты в Сашиную. Мои глаза щипало, голова болела. Прошлой ночью я не выспалась. На улице было непривычно тихо по сравнению с моей квартирой, к тому же мне не нравилось быть в другой комнате от моей малышки. Это чувствовалось неправильным и мне нужно много времени, чтобы привыкнуть к этому.

От звука ее плача в одиночестве я уже знала, что с ней не случилось ничего плохого. Вы бы услышали разницу, когда она действительно имела в виду это. Это было больше чем, я – просто – проснулась – и – была – голодна – будучи – в своей – кроватки, и заплакала. По утрам я к этому уже привыкла. Хотя Карсон нет.

Когда я потянулась к кроватке, чтобы поднять Сашу, он яростно вбежал в комнату всего в паре темных, длинных пижамных брюках, которые угрожающе низко висели на его бедрах. Он все еще в полудреме вглядывался, когда обеспокоенная складка рассекла его лоб.

– Что случилось? Она в порядке? Почему она плачет? – спросил он, быстро шагая в мою сторону и с беспокойством оглядывая ее.

Я улыбнулась от заботы, которую я могла увидеть на его лице.

– Она в порядке. Она просто проснулась в незнакомой комнате, вот и все, – сказал я, игриво толкнув локтем ему в ребра.

Он сделал глубокий вдох, запуская рукой в свои растрепанные волосы и заставляя задержаться там.

– Тьфу, это нехорошая причина, чтобы проснуться, – пробормотал он, качая головой.

– Ты привыкнешь к этому, – ответила я. Когда он отступил на шаг и улыбнулся Саше, подобрав ее пустышку, которую она уронила на пол, я позволила своим глазам блуждать по нему. Я подавила стон, когда его мышцы живота и рук рябились, когда он двигался. Мой рот наполнился слюной от сильного желания наклониться и облизать его грудь, втирая мой запах поверх него, словно кошка. Утром он выглядел чертовски хорошо. Лучше, чем я даже смела себе представить на самом деле.

Затем он поднял глаза и поймал меня в середине осмотра его тела. Хитрая ухмылка пересекла его лицо.

– Ты можешь потрогать, если хочешь, – игриво предложил он.

Неожиданно ко мне подкрался румянец.

– Я запомню это, спасибо, – ответила я, качая головой и пытаясь контролировать свои девчачье хихиканья, которые пытались сорваться с моих губ. Он усмехнулся, той мальчишеской улыбкой, которая вызывала ямочки, что заставляла мое сердце запинаться. – Ты хочешь позавтракать или еще что-то?

Он покачал головой.

– Нет, я думаю, я пойду приму душ, чтобы разбудить себя.