Размах Келланведа
Шрифт:
Солдат захрипел, хватаясь за горло.
Грегар отошел, оборачиваясь. Вокруг были одни враги.
Как ни странно, при чистом небе раздался гром. Все оглядывались.
Конники врезались в кольцо пехоты.
Они не жалели сил, усердно применяя оружие. Один прошел слева, второй справа; Грегор был забыт. Оставшиеся солдаты Гриза занялись двумя кавалеристами.
Незваные гости действовали с удивительной мощью и жестокостью. Один соскочил с коня в движении; при нем было длинное копье, и он сноровисто орудовал им. Флажок так и метался на конце древка. Второй остался в
Грегар ошеломленно наблюдал. На каждом всаднике был плащ до икр, столь темно-красный, что казался почти черным. По спине и плечам извивались изображения драконов. Попоны коней тоже были темно-красными.
Багряная Гвардия.
Двое всадников прикончили гризианских солдат с грубой эффективностью. Затем копьеносец повернулся, окинув взором Грегара, опуская древко. И тут из кустов выбрался Харай, привлекая всеобщее внимание; парень перешагнул израненное, окровавленное тело, поглядел вниз - и его затошнило. Он жалко согнулся, давясь.
Гвардейцы переглянулись, поднимая брови. Копьеносец склонил голову, отдавая честь Грегару, и сел на коня. Харай помахал рукой, утирая пену с губ.
– Погодите! Погодите! Мы хотим вступить в Гвардию!
Всадники весело улыбнулись.
– Извини, - сказал копьеносец.
– Сейчас наш шесток полон.
– Нет!
– настаивал Харай.
– вы не поняли....
Копьеносец указал на север: - Там беженцы с Прибрежного Кряжа. Такие же изгнанники. Они вас примут.
– Всадники пришпорили коней и загрохотали, набирая ход.
– Нет, стойте!
– кричал Харай. Потом руки его упали.
– Проклятие.
– Не думаю, что мы произвели большое впечатление.
– Уж я-то произвел, - почти рявкнул Харай.
– Что дальше? Я голоден, мне холодно, я весь промок.
Грегар кивнул на трупы.
– Эта добыча чего-то стоит. Обыщи их. И быстрее, пока не пришли новые.
Харай отпрянул. Содрогнулся, охватив плечи руками.
– Мы точно должны?
– Если хочешь еды и воды. Лично я поищу подходящие доспехи.
Обойдя все тела, они отыскали несколько свертков сушеного мяса, вареного ячменя, немного легкого оружия. Грегар выбрал кольчугу, сочтя подходящей по плечам.
– Что теперь?
– спросил Харай, навесивший на плечо семь водяных мехов.
– Куда?
Грегар вымученно улыбнулся. Показал на глубоко вдавленные в почву следы подков.
Они побежали как могли быстро.
***
Деревня на южном берегу Идрина была столь крошечной, что не имела названия. Селяне, у которых Келланвед спрашивал путь, называли ее просто "местечком" и указывали пальцем, куда идти.
Не было тут и настоящих дорог. Лишь грязная тропа между плетней и мазанок под торфяными крышами. Рыба сушилась на стояках, немногочисленные овцы боязливо поглядывали на незнакомцев из загона.
Они с Келланведом вышли на глинистый берег и огляделись. Танцор уставился на мага, тот вздернул подбородок, указав на дальнюю сторону.
– Север и к западу.
Танцор хмыкнул.
Дети играли на берегу. Келланвед пошел к ним.
– Мы ищем лодку, - крикнул он.
Запачканная грязью стайка оставила ловлю жаб и дружно раскрыла рты.
– Вы кто?
– сказал один.
– Путники. Ну, если кто...
– Ты смешно говоришь.
– Как и вы. Ну, где тут лодка?
– Нет, не мы.
– Что не вы?
– Мы говорим не смешно. Мы говорим как надо.
Келланвед развел руками.
– Ну, это вопрос перспективы. Разные народы...
Танцор показал антанский сребреник.
– Его получит тот, кто первым приведет лодочника.
Вся детская масса ринулась вдоль берега. Танцор поднял бровь, глядя на Келланведа; тот запыхтел и закатил глаза.
Через миг банда вернулась с сутулым стариком, таща его за руки и подталкивая. Когда лодочник подошел близко, все оторвались от него.
– Я его нашел! Я!
– кричали дети хором.
Танцор демонстративно бросил монету в высокую траву. Дети побежали, толкая друг дружку и пинаясь.
– Будут искать вечно, - предположил Келланвед.
– Да, будут, - согласился Танцор, показав магу монету, так и оставшуюся в ладони.
Келланвед понимающе ухмыльнулся.
– Не я один умею делать трюки.
Старик коснулся пальцами головы.
– Ищете лодку, гспода?
– Нам нужно на тот берег, - ответил Келланвед.
Старик кивнул и поманил их за собой.
Лодка оказалась дырявой посудиной. Танцор осторожно шагнул за перевозчиком, боясь, что башмаки провалятся сквозь длинные планки. Вода забулькала, заливая днище. Келланвед нервно перескочил на сиденье. Лодочник вставил весла в уключины и начал грести.
Едва добравшись до середины реки, старик указал длинным ногтем на деревянную чашу у ног.
– Давай, действуй.
Танцор взял жалкую деревяшку, недоверчиво изучил.
– Этим?
Лодочник сплюнул на сторону.
– Все, что тебе нужно делать - погружать ее внутрь и выплескивать внаружу.
Танцор сжал зубы, воздерживаясь от новых слов - которые привели бы лишь к худшему - и начал черпать.
– Городские, - фыркнул лодочник.
– Ничего не знаете.
Келланвед простер руку к западу.
– Так скажи мне, о славный и мудрый обитатель реки, соль земли, что там находится?
Лодочник снова сплюнул полный рот мокроты.
– Остальная треклятая страна, вот что.
– Он качал головой, поражаясь глубине их невежества.
Келланвед и Танцор удивлено переглянулись и молчали остаток пути.
На северном берегу Танцор швырнул старику сребреник и тот лениво фыркнул, не впечатлившись, хотя наверняка ему столько не платили ни разу за всю жизнь. Келланвед ткнул тростью в сторону запада и они пошли. Маг поводил тростью, Танцор качал головой.
Через некое время Келланвед заметил: - Я наслаждаюсь мирскими беседами с жителями глубинки. А ты? Это так познавательно.