Разлом
Шрифт:
– Подобные труды никто не станет открывать посторонним, при этом твои познания… явно хромают, а значит, ты не его ученик. Я просто не поверю, что столь великий ум смог научить лишь тем путанным крохам, что ты мне рассказал. Скорее всего, Мендель просто доверяет тебе, так что позволил прикоснуться к своим трудам!
– Тут ты ошибаешься, он сделал все свои труды общедоступными и в нашем мире любой желающий может начать их изучать, – то, что у меня изучение химии шло «из-под палки», решил опустить. – А
– Умер… необычно это слышать относительно вас – Вечных, – мысли Аризавия наполняла столь глубокая задумчивость, что я тут же пожалел о сказанном, ведь это могло натолкнуть Местного на совершенно ненужные мне мысли о вполне смертной природе нашего Вечного брата. – Насколько же был великим его последний эксперимент, раз сумел оборвать жизнь, Вечную жизнь…
От мысленного диалога с Аризавием меня отвлёк один из Беспощадных, тот самый паладин, о котором только что говорил алхимик. Причём парень уже подносил к губам флакон со светло-золотистой жидкостью внутри. Я отреагировал на голых инстинктах: хвост выскользнул из-под плаща и, удлинившись, одним точным ударом разнёс склянку вдребезги.
Подобное, естественно, не осталось без внимания. Нападать никто не стал, по крайней мере, сразу, но при этом от меня явно ждали объяснений. Особенно яростным взглядом меня буравил спасённый паладин – видимо до героев «света» из легенд ему ещё далеко. Впрочем, те самые «рыцари без страха и упрёка», по всё тем же легендам, могли десятками и сотнями сжигать приверженцев тьмы и устраивать гонения, так что не стоило развешивать ярлыки.
Урезанный пересказ мыслей Аризавия произвёл весьма серьёзное впечатление на всех присутствующих. Особенно зацепило несостоявшуюся жертву алхимии. Паладин даже стоять рядом с разбитой склянкой не хотел. Правда, это же относилось и к остальным, в том числе и к двум девушкам. Мало ли какие побочные эффекты есть у подобной гадости?
– Убью Кайри, – прикрывая нос и рот рукой, видимо, боясь испарений, пробормотал паладин, после чего спешно добавил: – Босс, я с подготовкой закончил, можно того…? – Вечному не терпелось побыстрее свалить из бункера.
Остальные Беспощадные поддержали товарища многозначительными взглядами. К всеобщему счастью и душевному спокойствию, Зель сразу кивнул.
До толкучки дело не дошло, но покидали убежище люди довольно спешно. При этом все как один взялись перебирать нагрудный ремень с зельями. Видимо, инцидент ощутимо пошатнул репутацию одного из алхимиков, той самой Кайри, что изготовила злополучное зелье.
– Если это возможно, то как на счёт проконсультировать наших алхимиков? Беспощадные не останутся в долгу, – предложил Зель, окончательно переварив последнюю новость.
– Думаю, что мы сможем договориться, – в целом Беспощадные в моих глазах обзавелись неким кредитом доверия, так что новая точка соприкосновения будет совсем не лишней.
– Да, думаю, Мы сможем, – тут же с усмешкой поддержал Аризавий, вроде как между делом намекая на собственную долю, что меня вполне устраивало.
При желании я легко
– … Думаю, будет неплохо заодно обсудить и тему Оборотней, – перспектива избавиться от Логова для меня была куда заманчивее, чем возможность выторговать у Беспощадных лишнюю побрякушку, так что с этой темой решил не торговаться.
Лев сдержанно кивнул, подавив секундный порыв интереса – сейчас для него самым важным было спасение сестры, а остальное ушло на задний план.
Бункер оказался спрятан на приличной глубине. Десятиметровая лестница вывела нас даже не на поверхность, а в подвал. Пусть запах ощутимо ослаб, но я легко уловил гарь – видимо, домишко над нами сгорел. Собственно, ожившая карта – в пределах бункера та не работала, подсказала, что мы находимся в черте предместий Торгурии, а там погорельцев хватало.
Едва за мной закрылся скрытый люк, отрезав нас от разбитой склянки с «Благим Касанием», народ окончательно успокоился. Аризавий при этом тихо веселился, ведь испарения давно проникли и в это помещение, правда, и вреда они никакого нанести не могли.
Оказавшись в «безопасности», Беспощадные в спокойной обстановке перегруппировались в рабочее построение. Мне, Химу и даже Льву досталась роль хвоста или скорее балласта, который прикрывало сразу двое Вечных.
Первой на поверхность выдвинулась разведка, принесшая по-своему хорошие новости: по предместьям шатались лишь дикие монстры. Эту информацию подтвердили и мои Искатели, которых я украдкой выпустил вслед за парнями – разведка лишней не бывает.
Пепелище дома покидали под «Вуалью Незримости», которую поддерживал Зель. С такой маскировкой мы могли добраться до стен за считанные минуты, но пришлось изрядно попетлять – Беспощадные планомерно вырезали Искажённых животных, которые облюбовали себе предместье.
При полусотне уровней разницы, от подобной… охоты не было никакой пользы, а вот вреда хватало. За минимальный лут приходилось платить риском, что нас банально раскроют. Благо Беспощадные действовали с ювелирной точностью: твари уничтожались моментально и без лишних звуков, не оставляя после себя даже пятен крови. Относительно последнего пункта – в ход шла ядрёная алхимическая смесь, бодро сжиравшая органику.
Аризавия увиденное заставило вновь фыркнуть и посетовать на перевод ценных ресурсов. На этот раз я мысленно согласился с алхимиком: мои Пожиратели с подобной проблемой справились бы не хуже и за тот же срок. Тем не менее, лезть с предложениями не стал – сам ведь сказал, что за мной лишь постановка глобальной цели.
Объяснение рокировок нашлось спустя дюжину минут. Прежде чем подбираться к стенам Торгурии, разведчики передали ритуалисту всю свою добычу: восемь сердец, которые легли в основу одноразовых артефактов смены личины.