Разбитые осколки
Шрифт:
Я снова потерялся. Понятия не имею, что происходит, и для меня, мое возвращение, должно означать, что что-то действительно испоганилось. Что может быть хуже, чем узнать, что мой отец трахал мою лучшую подругу? Мой пульс зашкаливает, и я паникую еще больше, не зная, сколько времени прошло. Одна эта мысль пугает меня.
Открываю дверь, и она здесь. Удивляюсь каждый раз, когда оправляюсь от этих падений, что Лорен все еще здесь. Она имеет дело не с одним парнем, который облажался, а с двумя, но она все еще здесь. На лице робкая улыбка, глаза широко раскрыты и полны надежды, но это должно быть маска, верно? Кто может быть счастлив
– Крис? – ее голос дрожит, но она в сомнении: глаза прищуриваются, когда она неуверенно приближается ко мне.
Улыбаюсь несчастной улыбкой, даже не могу говорить. Я жалок и смущен. Лорен вздыхает и обхватывает меня своими изящными руками. Ее энергия и тепло обволакивают меня с лихвой, несмотря на то, что она такая маленькая.
– Все в порядке? – спрашиваю я ее после того, как прочистил горло.
Смотрю, как она кивает, и кладет голову мне на грудь. Я чувствую, как ее сердце колотится рядом с моим.
– Все живы и здоровы, – говорит она так оптимистично, как только может. Затем вскидывает голову и смотрит на меня теплым, но грустным взглядом. – Что ты помнишь? – ее нижняя губа зажата между зубами.
Я отпускаю ее и глубоко вздыхаю. Прежде чем я успеваю что-либо сказать, девушка берет меня за руку и ведет вниз по лестнице на кухню. Сажусь за стол и ищу признаки Кэйлен, но их нет.
– Кейлен с твоей матерью, – отвечает она, как будто прочитала мои мысли.
Лорен ставит передо мной стакан с водой и садится рядом. Наши глаза встречаются, почти умоляя друг друга сообщить что-то, прежде чем это будет сказано. Она тянет мою руку к себе на колени и сжимает. Пришлось стиснуть зубы.
– Как долго меня не было? – мысленно готовлюсь услышать ответ. Ее глаза опускаются ниже к моей груди, и я знаю, что ответ не будет таким, каким я хочу услышать.
– Насколько мне известно... около месяца, – тихо бормочет она.
– Месяц! – я потрясенно повторяю, крепко сжимая стакан в руках. Я делаю глубокий вдох и смотрю в потолок. Как будто я сделал шаг на три года назад. – Кэл все это время контролировал ситуацию? – нервно спрашиваю.
Интересно, был ли у него шанс найти нашего отца, и... нет, Декстер не позволил бы этому случиться. Это единственная причина, по которой я позволяю его людям следить за мной. Я снова смотрю на Лорен, и теперь закусив губу, и она сжимает запястье, я знаю, что она так делает, когда нервничает.
– Что... скажи мне, что он сделал?
Ее взгляд устремляется вниз.
– Что последнее ты помнишь? – осторожно спрашивает Лорен.
Хмурю брови и сжимаю руки.
– Я помню... – я сердито хихикаю над собой. – Я помню, как рассказывал маме о Лизе и моем отце.
Лорен кивает.
– Как она? – спрашиваю, понимая, насколько больно маме. Мое лицо вспыхивает от гнева, и, думая об отце, я невольно сжимаю кулак.
– Как и следовало ожидать, – угрюмо говорит Лорен.
Я отталкиваюсь от кухонного островка и хватаюсь за голову, издавая стон. Я должен сдерживать себя, чтобы не пнуть стул. Лорен говорит, что прошел месяц, но воспоминания так свежи, как
– Крис, дыши, – произносит напряженно и пронзительно Лорен.
И я понимаю, что мое собственное дыхание нерегулярное, и в моей груди тесно.
Девушка тянет меня вниз, чтобы усадить, и сама садится напротив меня, держа мою руку, ее глаза неотрывно смотрят в мои. Я сосредотачиваюсь на ее глазах, губах, прикосновениях и заставляю себя успокоиться. Худшее, что может случиться, это потерять контроль и позволить Кэлу вернуться.
– Дыши глубоко, – говорит она, нежно обхватывая руками мое лицо.
– Я в порядке.
Лорен кивает, слегка улыбаясь и поглаживая мои скулы.
Сильно зажмурившись на минуту, пытаюсь ободряюще улыбнуться.
– Есть кое-что, о чем тебе нужно знать, – тихо говорит она, и я киваю, видя, как ее лицо помрачнело. – Знаю, что ты сейчас не в лучшем состоянии, – Лорен сохраняет свой тон легким, хотя ее голос тяжелый, и это пугает меня, но я не позволяю ей видеть это.
– Я готов слушать, что бы это ни было, – пытаюсь заверить ее, сжимая ее руки.
– После всего, что случилось, хранить секреты не так просто в этой семье, – хихикает она, и я не могу не сделать то же самое.
– Давай, – твердо говорю я ей.
– Когда ты ушел, Кэл не был тем человеком, который взял на себя управление, – говорит Лорен нерешительно, и я чешу голову.
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду, что появился еще один альтер, – отвечает девушка нерешительно, ее голос ровный, но тихий.
Я не могу понять, наклоняю голову в сторону и смотрю на нее в замешательстве. Сначала я смеюсь, но когда вижу, что Лорен не смеётся, смеюсь снова, долго и громко, и моя голова качается взад и вперед в неверии.
Ни за что. Ни за что, мать твою! Хмурюсь, когда она делает глубокий вдох, чтобы сказать больше.
– Его зовут Коллин, – Лорен не смотрит мне в глаза, и я в отчаянии откидываю голову назад.
– Ну, это просто фантастика, – говорю я с горечью. – Он такой же придурок, как Кэл? – пожимаю плечами с безразличием, но могу сказать, что мой комментарий разозлил ее, и я не могу не чувствовать укол ревности.
– Он отличался от Кэла. На самом деле он отличался от вас обоих, – говорит она с небольшой усмешкой, и я в замешательстве.
– Он тебе понравился? – спрашиваю удивленно, прежний укол ревности, теперь, как толчок.
Лорен закатывает глаза, и я вижу, что ее раздражает этот вопрос.
– Он пробыл здесь недостаточно долго, чтобы я поняла, нравится он мне или нет, – ее щеки покраснели. – На самом деле сейчас дело не в этом. Он, кажется, нейтральная сторона во всем этом, и более важно то, что он сделал, – твердо говорит она.
– Хорошо, что он сделал? – спрашиваю я ее, раздражение сочится в моем голосе. Стараюсь не скрипеть зубами, но это бессмысленно.