Разбитое окно
Шрифт:
– А это из всех остальных самое уникальное, если можно так сказать. Ну как, подключишься? Конкурс в Новой Англии? Только не говори, что ты сейчас где-нибудь в Бостоне или в штате Мэн!
– Да нет, я здесь, в Мидтауне. И думаю, смогу подъехать – мы с Гретой только что сошли с дистанции. Победит скорее всего пара Роузи Тэлбот – Брайан Маршалл. Вот что самое неприятное, – добавил он с многозначительной ноткой в голосе. – Так я тебе срочно нужен?
– Немедленно.
Купер хмыкнул.
– Надолго?
– Ну, скажем, на определенное время.
– Определенное –
– Позвони-ка ты лучше своему начальнику и доложи, что тебя перевели в другое подчинение. К среде, надеюсь, успеем закончить.
– Он спросит, в чье подчинение. Кто проводит расследование? Лон?
– А ты постарайся обойти этот вопрос.
– Послушай, Линкольн, ты ведь сам служил в копах, не забыл? В полиции вопросы не обходят, на них дают четкие, конкретные ответы.
– Вообще-то наша следственная группа пока без начальника.
– Ты что, в одиночку работаешь? – В голосе Купера зазвучала неуверенность.
– Не совсем. Со мной Амелия, Рон.
– И все?
– Еще ты.
– Понятно. Кто подозреваемый?
– Вообще-то все подозреваемые уже за решеткой. Двум дали срок, третий ожидает суда.
– Но у тебя появились сомнения в том, что мы взяли того, кого надо.
– Что-то в этом роде.
Детектив оперативно-криминалистического отдела нью-йоркского департамента полиции Мел Купер был специалистом по лабораторной экспертизе и одним из самых способных и опытных сотрудников своего подразделения.
– Понятно. Значит, ты хочешь, чтобы я помог тебе выяснить, каким образом мои начальники облажались и упекли за решетку невинных людей. После этого им придется начать новое дорогостоящее расследование и заниматься поисками настоящих преступников, кстати, тоже, наверное, весьма разочарованных тем, что им не удалось выйти сухими из воды. А тебе не кажется, что в итоге все останутся в проигрыше, Линкольн?
– Извинись за меня перед своей партнершей, Мел, и сразу сюда.
Сакс уже подходила к своему кроваво-красному «камаро-СС», как вдруг услышала:
– Привет, Амелия!
Она обернулась на голос и увидела хорошенькую девочку-подростка. У той были длинные каштановые волосы, перемежающиеся малиновыми прядями. Оба уха невызывающе украшены пирсингами. В каждой руке она держала по тяжелой матерчатой сумке. Лицо с милыми веснушками радостно сияло.
– Ты уезжаешь? – спросила девочка.
– Да, мне надо в центр. По срочному делу. Подбросить тебя?
– Ага. До станции Сити-Холл. – Пам забралась в машину.
– Как учеба?
– Будто не знаешь.
– А где же твой приятель? – Сакс осмотрелась вокруг.
– Ты чуть-чуть его не застала.
Стюарт Эверетт учился вместе с Пам в манхэттенской средней школе. Они встречались уже несколько месяцев после того, как познакомились на одном из совместных уроков, и сразу открыли для себя общее пристрастие к чтению и музыке. Стюарт, как и Пам, посещал школьный клуб любителей поэзии, и это успокаивало Сакс – по крайней мере он не байкер и не отмороженный качок.
Пам перекинула
– Привет, Джексон, – сказала Сакс, потрепав собачку по голове.
Крошечный гаванес схватил зубками искусственную «молочную косточку», извлеченную Амелией из держателя для стаканов с кофе и другими напитками, установленного в машине с единственной целью – хранить в нем всякие собачьи радости (манера Сакс водить автомобиль с резкими ускорениями и крутыми виражами не позволяла использовать устройство по прямому назначению).
– А почему Стюарт не проводил тебя до машины? Какой же из него после этого кавалер?
– Он опаздывал на футбольный матч. И вообще, спорт для него значит очень много. Скажи, все парни такие?
Выруливая на проезжую часть, Сакс сдержанно усмехнулась:
– Ну да, все.
Со стороны показалось бы странным слышать от Пам подобный вопрос. Большинство девочек в ее возрасте уже все знают о мальчишках и о спорте. Но судьба Памелы Уиллоуби существенно отличалась от жизни ее сверстниц. Она была совсем юной, когда ее отец погиб при исполнении служебных обязанностей в миротворческой миссии ООН. Психически неуравновешенная мать втянулась в ультраправую политическую и религиозную деятельность, постепенно принимавшую все более экстремистский характер, и оказалась фактически вне закона. Ее арестовали и приговорили к пожизненному за преднамеренное убийство (несколько лет назад она организовала взрыв в каком-то представительстве ООН, в результате чего погибли шесть человек). Амелия Сакс как раз тогда спасла Памелу от посягательств серийного похитителя; так они познакомились. Потом девочка исчезла, но уже совсем недавно Сакс снова случилось спасти ее.
Памеле, разлученной со своей опасной для общества мамашей, назначили опекунов, и она очутилась в Бруклине, но не раньше, чем Сакс проверила будущих приемных родителей с доскональностью, проявляемой агентом секретной службы, разрабатывающим меры по обеспечению безопасности визита президента. Девочке понравилось жить в новой семье. С тех пор Пам и Сакс не переставали встречаться и все больше сближались. У мачехи, занятой собственными малолетними детьми, зачастую не хватало времени на приемную дочь, и Сакс фактически заменила ей старшую сестру.
Их дружба пошла на пользу обеим. Сакс всегда хотела иметь детей, но постоянно что-то мешало. Она всерьез планировала создать семью со своим первым приятелем, полицейским с ее же участка, но тот оказался, возможно, самым недостойным кандидатом на свете (вымогательство, вооруженное нападение и в итоге тюрьма). После него у Сакс долгое время никого не было. Но потом она познакомилась с Раймом, и с тех пор они не расставались. Криминалист не отличался особым пониманием или привязанностью к детям, но был добрым, честным и умным, кроме того, он держал свой холодный профессионализм за рамками личной жизни. Большинство мужчин этого делать не умеют или не хотят.