Разбилось зеркало, звеня...
Шрифт:
— Я почти уверена, что она это сделала намеренно.
— Разлила коктейль?
— Да.
— На совершенно новое платье? Не может быть!
— Хотела бы я знать теперь, — пробормотала Глэдис, — что Артур Бедкок сделает со всеми платьями Хеси. Это новое синее платье можно было бы как следует вычистить. Как ты думаешь, Артур Бедкок не будет возражать, если я захочу его купить? Перешивать мне его вряд ли придется, к тому же такой хороший материал…
— А тебе… — Черри заколебалась, — тебе не кажется…
— Что?
— Что
Глэдис уставилась на нее.
— Я об этом не подумала, — призналась она. Затем, после некоторого размышления, она приободрилась.
— Я все же не думаю, что это имеет значение. В конце концов, нам часто приходится покупать всякие вещи на распродажах и носить то, что до нас носили другие люди, которые уже умерли, разве не так?
— Так, но все же это не вполне то же самое.
— По-моему, у тебя просто причуда, — заявила Глэдис. — А материя очень красивая и дорогая, его стоит купить. Что же касается этого забавного случая, — задумчиво продолжала она, — то я завтра зайду по дороге на работу в Госсингтон-холл и поговорю с мистером Джузеппе.
— С этим итальянцем-дворецким?
— Да. Он ужасно красивый мужчина. У него блестящие глаза и огромный темперамент. Когда мы работаем там, он на нас ужасно кричит. — Она хихикнула. — Но никто из нас не возражает. Иногда он может быть таким симпатичным… Во всяком случае, мне просто необходимо рассказать ему об этом и спросить его, что мне делать дальше.
— Не понимаю, зачем тебе вообще кому-то об этом рассказывать, — заметила Черри.
— Ну… это же было забавно, — сказала Глэдис вызывающе, прибегая к своему любимому выражению.
— Я думаю, — заметила Черри, — что ты просто ищешь предлога, чтобы встретиться с мистером Джузеппе! Я посоветовала бы тебе быть осторожной, девочка моя. Ты же знаешь этих итальянцев! Горячая кровь и бешеный нрав — вот что они такое.
Глэдис мечтательно вздохнула.
Черри взглянула на широкое прыщеватое лицо подруги и решила, что нет никакой необходимости ее предостерегать. Мистер Джузеппе, подумала она, словит себе рыбку где-нибудь в другом месте.
2
— Ага, — заметил доктор Хэйдок. — Распутываете, как я вижу.
Он перевел взгляд с мисс Марпл на груду пушистой белой овечьей шерсти.
— Вы сами посоветовали мне заняться распутыванием, если я не смогу вязать, — отвечала мисс Марпл.
— Вы, кажется, очень серьезно принялись за дело.
— Я сделала с самого начала ошибку в образце, и мне пришлось все распустить. Очень сложный образец, видите ли.
— Разве для вас существуют сложные образцы?
— Кет, право, мне с моим плохим зрением следовало бы придерживаться простого вязания.
— Вам это, видно, надоело. Ну что же, я
— Разве я когда-нибудь пренебрегала вашими советами, доктор Хэйдок?
— Иногда, когда они вам не нравились.
— Скажите, доктор, вы действительно имели в виду только вязание, когда давали мне этот совет?
— А как проходит распутывание убийства в Госсингтон-холле? — ответил он вопросом на вопрос.
— Боюсь, мои способности не такие, как прежде, — произнесла мисс Марпл, печально качая головой.
— Да бросьте вы, — ответил доктор Хэйдок, — и не говорите, что у вас нет никаких догадок.
— Конечно, кое-какие догадки у меня есть. Даже очень определенные.
— Какие? — допытывался доктор.
— Если коктейль в тот день был отравлен — а я не совсем понимаю, как это могло быть сделано…
— Может быть, яд находился уже в напитке, — предположил Хэйдок.
— Ну, вам как профессионалу, конечно, виднее, — восхищенно произнесла мисс Марпл. — Но даже в этом случае странно, что никто из присутствующих ничего не заметил.
— Вы хотите сказать, что кто-то неизбежно должен был видеть, как яд бросили в коктейль. Так?
— Вы прекрасно меня поняли.
— Убийца шел на огромный риск!
— О, совершенно верно. Я с этим и не пытаюсь спорить. В ходе расспросов мне удалось выяснить, что в момент отравления на площадке было 18–20 человек. Мне кажется, кто-то из них должен был видеть, как все это произошло.
Хэйдок кивнул.
— Логически рассуждая, это так, но факты говорят об обратном.
— Интересно… — пробормотала мисс Марпл.
— Что же у вас на уме?
— Есть три возможности. Я считаю, что по крайней мере один человек из двадцати видел что-то. Это вполне можно допустить.
— Мне кажется, вы гадаете на кофейной гуще, — заметил Хэйдок. — Я сразу же вспомнил задачи на угадывание. Шесть мужчин в белых шляпах, шесть — в черных. Все они перемешались. Следует выяснить, как. Какие возможны сочетания. Когда начинаешь думать о подобных вещах, голова идет кругом.
— Я не думаю ни о чем подобном, — возразила мисс Марпл. — Просто я пытаюсь представить себе, что было на самом деле…
— Ну что ж, — задумчиво произнес Хэйдок. — Вы всегда великолепно распутываете такие клубки.
— Видите ли, не может быть, чтобы из двадцати гостей никто ничего не видел. По крайней мере, хоть один такой должен быть.
— Сдаюсь. Выкладывайте ваши три возможности.
— С вашего разрешения, я опишу их кратко. Я их еще не вполне обдумала. Инспектор Крэддок, а перед ним, вероятно, Фрэнк Корниш уже допрашивали всех, кто там был, и было бы естественно предположить, что если бы кто-нибудь из приглашенных что-нибудь видел, он бы сказал об этом.