Разбей мне сердце

Смит Т.Л.

Я чувствую, что это приближается, тот гребаный кайф, который я когда-либо испытывала только сама. Но это, ну, это, блядь, в десять раз лучше, и когда он притягивает меня к себе, прижимаясь своими губами к моим, я не могу его остановить. Наш поцелуй небрежный и беспорядочный. Я не могу угнаться за ним из-за всех тех эмоций, которые сейчас переполняют меня.

— О... боже… Боже, — я говорю, что каждое слово срывалось с его губ.

— Нет, только Атлас, — он улыбается мне в губы, а я слишком под кайфом, чтобы сказать ему заткнуться или уйти.

Уйти, да, точно, этого не случится. Только не тогда, когда мои гребаные внутренности взрываются, как фейерверк.

Бам!

Нет, это гребаное извержение!

Вот что такое, блядь, Атлас Хайд. И даже если я сразу об этом пожалею, одно я знаю точно: у этого парня член из чистого золота.

Может быть, именно поэтому он богат и так чертовски невежественен.

— Теодора, — произносит он мое имя, когда я спускаюсь.

Я протягиваю руки и хватаю его за плечи, прежде чем положить на них голову.

Я не могу пошевелиться, даже на секунду.

Я не хочу двигаться.

Мое тело изнемогает.

— Слезь с меня, Теодора.

Глава 19

Теодора

Отстранившись, я смотрю на него. Он убирает мои руки и опускает их по бокам. Его глаза темнее обычного, когда он скользит по мне взглядом. От этого взгляда я чувствую себя грязной. Прикрываю грудь и слезаю с него. Иду в ванную и закрываю за собой дверь, запирая ее на защелку.

Зачем я это сделала?

Почему я должна была спать с мужчиной, который, возможно, спал с моей сестрой?

Боже мой, мне даже не нужно знать ответ на этот вопрос.

Обернувшись для пущей скромности полотенцем, я распахиваю дверь, и он стоит там, натягивая брюки. Он смотрит на меня, затем отводит взгляд, тянется за своей рубашкой и надевает ее через голову.

— Ты переспал с ней? — спрашиваю я, съеживаясь от этой проклятой мысли.

Атлас игнорирует меня, натягивая ботинки.

— Ты переспал с ней? — повторяю вопрос снова, мое терпение на исходе. Стискиваю зубы, наблюдая за ним, ожидая ответа или хотя бы взгляда, чтобы оценить его. Вместо этого он собирает свои вещи и идет к входной двери, затем оглядывается.

Черт возьми! Я ненавижу себя за то, что переспала с ним.

— Нет. Мы с Люси никогда не трахались, — затем он уходит.

Я стою там, чувствуя себя частичкой того человека, которым когда-то была, а потом иду за ним. Как только вижу, что он садится в машину, я захлопываю переднюю дверь и запираю ее.

В моей жизни больше не будет Атласа Хайда

***

Я безработная. У меня не было этой проблемы с тех пор, как я окончила школу. И все выходные я только и делаю, что мечтаю о потрясающем сексе и просыпаюсь с вопросом, что же мне делать со своей жизнью теперь, когда у меня

больше нет карьеры.

Когда наступает понедельник, я просыпаюсь от будильника, но мне некуда идти. Есть достаточно сбережений, чтобы продержаться несколько недель без работы, но после этого я в полной заднице. Меня выгонят из дома, и мне некуда будет идти, если деньги заберет банк. Буквально. Эта работа, которую я так сильно любила, была моим единственным доходом, и нет семьи, на которую я могла бы опереться. Единственный человек, который у меня есть — это Тина, а ее дом уже переполнен.

Мне следовало бы заняться поисками работы, но разум не позволяет мне ничего делать. Поэтому я ничем не занимаюсь до полудня. Ничем. Звонит сотовый, нарушая монотонность, и я отвечаю.

— Тея... Я не знаю, как это сделать. Пожалуйста, вернись.

— Она уволила меня, Марисса, ты же знаешь, что я не могу. Ты можешь это сделать. И если у тебя возникнут какие-то проблемы, позвони Хлое, я уверена, она поможет тебе справиться с ними, — говорю я, понимая, что тяжело, но это больше не моя проблема.

— Я неоднократно звонила ей, и когда она удосуживалась ответить, то была либо слишком занята, либо ей было наплевать на то, что я хотела сказать. Почему ее не волнует, что ее же бизнес терпит крах без тебя?

— Марисса, я бы с радостью помогла тебе, но просто не могу. Я не могу уделять этой компании больше энергии, чем она того заслуживает. Ты понимаешь это, да?

Она делает паузу и вздыхает.

— Да, понимаю, — она больше ничего не говорит и просто вешает трубку.

Мне неловко, но я больше не пешка, которую они могут использовать и надругаться надо мной.

Я сажусь за компьютер и, наконец, решаю, что пришло время привести в порядок свое резюме, и весь день рассылаю его по электронной почте по всем вакансиям, которые только нахожу, и просто контактам, у которых, возможно, есть что-то для меня.

Когда раздается стук в дверь, я игнорирую его. Единственный человек, который мог стучать — это он, но я не хочу с ним разговаривать. Он последний человек, с которым я хотела бы общаться.

— Теодора...

Ладно, это женский голос.

Я встаю с дивана и открываю дверь. Девушка в очках от Атласа стоит на пороге, опустив глаза и, читает что-то в своем мобильном. Когда она поднимает взгляд, на ее лице сначала облегчение, а затем злость.

— Ты планировала игнорировать меня?

— Да, — отвечаю я с фальшивой улыбкой.

— Хорошо, что ж, спасибо за честность, полагаю. Но я пришла сюда не для того, чтобы меня дразнили, — она протягивает мне конверт и улыбается, прежде чем повернуться, чтобы уйти.

— Что это?

— Инструкции указаны на карточке, — она уходит, а я разрываю конверт.

Открыв его, вижу, что там лежит приглашение, и в нем написано, что это обязательное условие.

Ебать!

У меня модное платье, и он просит меня надеть каблуки. Через несколько часов за мной заедет машина.