Райский уголок
Шрифт:
— «Паршивый лось» находится сразу за супермаркетом Максвелла. Вы не сможете пропустить его.
— Так мне и сказали. — Джейн тихонько вздохнула.
Этот мужчина вполне подходил для одноразовой работы носильщика. Томми Багама испарился. Вокруг не было ни души. Придется попросить незнакомца. Выбора нет. Не торчать же на солнцепеке.
— Я была бы благодарна вам, если бы вы помогли мне с моими вещами, — выпалила она и поспешно добавила: — Я заплачу.
Привлекательный пляжный бездельник уставился на нее из-под
— Неужели?
Джейн почувствовала, как жар смущения поднимается по шее и разливается по щекам. Она сглотнула с некоторым трудом.
— Да.
Темная бровь насмешливо выгнулась.
— И сколько?
— Двадцать долларов.
Загорелые руки мужчины покоились на стройных, обтянутых голубыми джинсами бедрах.
— Это все ваше? — спросил он, указывая на ряд чемоданов, аккуратно расставленных на пристани.
— Да.
Это, казалось, позабавило его.
— Долго пробудете здесь?
— Возможно. — Она и сама не знала, надолго ли задержится. Возможно, неделю. Возможно, месяц. Сестры Мейфэр пообещали предоставить ей бунгало на любой срок.
Мужчина, очевидно, решился.
— О'кей. Я помогу вам, — сказал он, подходя к чемоданам.
— Благодарю вас. — Джейн знала, что в голосе ее звучало облегчение. Что ж, так оно и было. — Я возьму чемодан и маленькую сумку. Надеюсь, вы справитесь с остальным?
— Я тоже. — Он взял один чемодан под мышку, два других в руки и направился вниз по улице в направлении «Паршивого лося».
Джейн быстро схватила остатки багажа, стоящие на пристани, и поспешила вслед за ним, не забыв, однако, обогнуть грязную лужу, оставшуюся после прошедшего недавно дождя, и нескольких тощих цыплят, копошащихся в ней.
Не замедляя шага, мужчина бросил через плечо:
— Что у вас здесь? — Он, очевидно, имел в виду самый большой чемодан. — Камни?
Ответ Джейн был намеренно-небрежным:
— Просто парочка книг.
На самом деле там находились все плоды ее поисков испанского галиона «Белладонна», включая копию декларации судового груза корабля, переведенной с испанского оригинала. Но зачем ему об этом знать?
Джейн почувствовала, как тоненькая струйка потекла у нее между лопатками, побежала вниз по спине и обосновалась в маленьком углублении в основании позвоночника.
— Тепло, — обронила она.
— Нет ветра.
Немного помолчав, молодая женщина продолжила:
— И на удивление безлюдно.
— Местные жители слишком умны, чтобы выходить на улицу в самое пекло. У них сиеста.
Это был весь разговор, состоявшийся между ними на пути к месту их назначения, которое оказалось не поддающимся описанию деревянным зданием, бывшим когда-то ярко-красного цвета. Вне всяких сомнений, оно было таким задолго до того, как солнце, ветер и соленые брызги превратили яркую краску в тусклый оттенок лосося. Четыре узкие ступеньки вели к крытой террасе, а надпись
Ее чемоданы были поставлены перед входной дверью.
Джейн протянула двадцатидолларовую бумажку:
— Благодарю вас.
Мужчина поднял руки ладонями вверх и отступил:
— Это бесплатно.
— Но я обещала заплатить вам за причиненное беспокойство, — настаивала женщина. — В конце концов, вам пришлось нести три чемодана, и вы сами убедились в их тяжести. — Здесь она решила схитрить: — Я всегда полагала, что любая достойная работа заслуживает достойной оплаты. — Кроме того, судя по его виду, эти деньги могли ему весьма пригодиться.
Однако мужчина продолжал отказываться:
— Это Рай, леди, а не Реджис-стрит в Нью-Йорке. И на будущее: пять долларов — более чем щедрые чаевые по меркам острова. — Он одарил ее многозначительной улыбкой. — Иначе у мужчины может возникнуть нежелательная мысль.
Джейн выглядела озадаченной:
— Какая еще нежелательная мысль?
— Что вы переплачиваете ему. А вдруг вы его наняли совсем для другой цели?
Рот Джейн Беннет открылся и снова закрылся. Обычно она не лезла за словом в карман, однако теперь не нашлась с ответом.
Разумеется, во всем виновата жара.
Или, возможно, незнакомец. В нем было что-то неуловимое, не поддающееся разгадке. По виду это был обыкновенный бродяга, ни дать ни взять, но Джейн давно уже поняла, что внешность часто бывает обманчива.
— Ваш багаж будет здесь в целости и сохранности. — Он бесцеремонно отсалютовал ей: — Адью!
Джейн Беннет глубоко вздохнула и распахнула убогие двери «Паршивого лося». Стоило переступить порог, как температура воздуха резко снизилась до двадцати градусов.
Необходимость в темных очках отпала сама собой. Она сняла их, дала глазам полминуты привыкнуть к внутреннему освещению и затем осмотрелась по сторонам.
Действительно, как обманчив был внешний фасад!
Внутри «Паршивый лось», казалось, целиком состоял из красного дерева, полированной меди и сверкающей бронзы. Потолок был обит под олово, ничем не отличаясь от натурального. Богато украшенное зеркало, по возрасту не меньше ста лет, висело над стойкой бара. У одной из стен располагался старый автомат для игры в кегли, а напротив — старомодный патефон.
Джейн слышала тихое рокотание вентиляторов над головой, а откуда-то издалека доносилось пение Рэнди Тревиса, утверждавшего, что «все это лишь вопрос времени».
Трое мужчин сидели за столиком в дальнем углу. Они разговаривали приглушенными голосами и потягивали пиво из бутылок. Служащий за стойкой, казалось, был занят мытьем бокалов, а молодая девушка усердно начищала медные перила вокруг стойки.
— Прошу прощения, — сказала Джейн, приближаясь к ней. — Добрый день.
Девушка подняла глаза: