Райский плод
Шрифт:
Не успели они войти в квартиру, которую снимали, как позвонила мама.
– У тебя все хорошо, Санька? – спросила она.
– Да, а у тебя?
– И у меня все замечательно. Еще две недели, и долгожданный декрет. Точнее, сначала неотгулянный отпуск в две недели, а уже потом декрет, но сути это не меняет.
– Ты уйдешь с работы на две недели раньше положенного? – Сашка удивилась так сильно, как если бы узнала, что мама решила удалиться в монастырь. – Я думала, что ты и в декрете будешь на работу ходить. Ты же без нее не можешь, без своей работы.
– Сашка, ну откуда взялось это заблуждение? – Мама засмеялась, но
В этом тоже крылось что-то новенькое. Мама не хотела видеть Плевакина – своего начальника, учителя и наставника, с которым у нее всегда были дружеские отношения. Все-таки, что ни говори, а беременность влияет на характер.
– Но после больничного по беременности и родам тебе будет положен отпуск по уходу за ребенком. Или ты не хочешь его оформлять, а собираешься сразу после обычного отпуска выйти на работу?
Тревога, возникшая еще в кафе, вдруг снова ужом просочилась к сердцу, заставляя похолодеть за грудиной.
– Саша, зачем сейчас обсуждать то, что будет через несколько месяцев? – произнесла мама. – Давай лучше обсудим более насущные вопросы. Ты не будешь против, если я через две недели на какое-то время уеду? Ты справишься одна?
– Куда уедешь? – не поняла Саша. – К Виталию? Он перезвонил?
– Нет, не перезвонил, и в Антарктиду я не собираюсь, – мама снова невесело рассмеялась. – Я хочу пожить какое-то время на природе, в загородном пансионате. У моей клиники есть такое отделение, в котором беременные могут находиться под круглосуточным наблюдением, но при этом жить в сосновом бору, дышать свежим воздухом и получать сбалансированное четырехразовое питание.
У Саши возникло ощущение, что ей под ребра всадили острый нож и теперь поворачивают его в ране. Ей даже дышать стало больно, и слезы навернулись на глаза. Нет, не надо делать опрометчивых выводов. Надо все хорошенько выяснить.
– Я справлюсь, – сказала она, – тем более что я не одна, а с Фомой. Но, мама, а ты уверена, что финансово потянешь этот пансионат? Все-таки после рождения малыша предстоят большие расходы. Точнее, даже до рождения. Нужно будет купить кроватку, коляску, всякую малышовую одежду.
– Сашка, это в твоем детстве в магазинах ничего не было, так что все приходилось запасать заранее. А сейчас все можно купить в одном интернет-магазине, ткнув пальцем в три кнопки. Я не хочу ничего приобретать заранее, чтобы не сглазить. Так что с этим успеется. А пока я хочу позволить себе отдохнуть. У меня никогда не было такой возможности, вот я и хочу наверстать упущенное.
Так, значит, это все-таки правда. Мама решила избавиться от своего ребенка, отдать его в приемную семью, чтобы без помех выйти на работу, не прерывать свою карьеру и не терять в деньгах. С одной стороны, Сашка не могла ее судить. В свое время мама немало намыкалась, имея на руках ее, свою дочь.
Студентка без мужа, оставшаяся без помощи родителей, да еще и с младшей сестрой на руках. Мама выстояла, не сломалась: и Сашку вырастила, и карьеру построила, и Натке всю жизнь помогает. Можно ли упрекать ее в том, что она не хочет во второй раз входить
С другой стороны, как она объяснит на работе, чем кончилась ее беременность? Соврет, что ребенок умер? Но судья Кузнецова никогда не врет. Нет, только не ее мама.
– Поступай, как считаешь правильным, мамочка, – сказала Сашка, глотая слезы. – Я приму любое твое решение.
И повесила трубку.
Вот уже два месяца весь уклад жизни семьи Таганцевых-Кузнецовых подчинялся Настиным тренировкам и жесткому режиму дня. С одной стороны, Натка была довольна, что благодаря вмешательству Саньки, они занимаются у грамотного и надежного тренера. Несмотря на то, что сама она мало что понимала в фигурном катании, Натка видела, что ее девочку обучают в первую очередь правильной технике.
Маленькая Настя уже уверенно скользила по льду, но дальше скольжения тренер не шла.
– А прыгать они когда будут? – спросила Натка после одного из занятий.
– Что, не терпится? – усмехнулась Мария Васильева. – Надо подождать, мамочка. В первый год любой грамотный тренер будет с детьми только скользить, потому что скольжение – это основа будущих прыжков. Если бы я сразу начала давать таким малышам прыгать, вам бы стоило бежать от меня сломя голову. Вот так вот. В целом, конечно, все всегда можно подправить, но лучше сразу учить выполнять элементы правильно, чем потом переучивать. Так что быстрых результатов не ждите.
Легко сказать! Для Натки самым главным мотивом выдерживать ту нечеловеческую гонку, в которой они сейчас все существовали, являлась как раз возможность своими глазами увидеть результат: взмывающую надо льдом Настеньку, ловко приземляющуюся на один конек после четверного прыжка под аплодисменты зрителей на трибунах. То, что девочка уже уверенно держала равновесие и легко скользила от одного края катка к другому, для нее было недостаточным достижением. Совсем недостаточным.
Для Кости ценность тренировок была, разумеется, совсем в другом. Его, к примеру, устраивало, что Васильева научила своих подопечных правильно падать. К настоящему моменту Настя научилась группироваться, чтобы не получать ушибов, а самое главное – не испытывала перед падением ни малейшего страха. Да и пользу занятий на прохладном катке никто не отменял. Несмотря на достаточно промозглую и сырую в этом году осень, Настя еще ни разу не засопливела и не пропустила ни одного дня как в детском саду, так и на тренировке.
Таганцев вычитал где-то, а потом рассказал Натке, что у юных фигуристов в организме происходят крайне важные процессы. Тренировки благотворно отражаются на развитии опорно-двигательного аппарата. Кроме того, правильно подобранные нагрузки и продуманные комплексы упражнений приводят к тому, что минимизируются проблемы с сердцем и дыхательной системой, ребенок развивается физически и психологически, приучаясь к распорядку дня и взаимодействию в коллективе.
Правда, Костя считал, что добиться всех этих полезных результатов можно и поближе к дому, занимаясь два раза в неделю, а не шесть. И по этому поводу дома у них то и дело разворачивались жаркие баталии. Натка, конечно, уставала от такого графика жизни сильнее всех. За два месяца Настениных занятий она похудела минимум на пять килограммов и вечером засыпала, едва дойдя до кровати.