Райские острова
Шрифт:
Я подтянулась, перекинула тело через подоконник и обнажила меч. Птичка даже не пошевелилась, когда я лезла мимо нее.
Флейм действительно оказалась там. Она стояла в темноте посередине комнаты. У меня за спиной чирикнула птичка.
– Блейз? – прошептала Флейм, словно не веря тому, что это и в самом деле я. Винить ее в том, что она изумилась, я не могла; что удивило меня саму, так это как она смогла меня узнать: в комнате было темно. – Что, ради всех богов, ты тут делаешь?
– Ах, я просто проходила мимо и решила заглянуть. Посмотреть, все ли у тебя в порядке,
Флейм выполнила мою просьбу, и посередине помещения повис круглый серебристый огонек. Одно из самых полезных применений силв-магии, как я всегда считала. Я огляделась. Комната была грязна, как хлев. Мебель отсутствовала, а чтобы добраться сквозь слой мусора до досок пола, потребовался бы плуг. Свет вспугнул бесчисленных насекомых.
Потом я посмотрела на Флейм. Как я и ожидала, подонки ее изнасиловали: все признаки были налицо. Цирказеанка стояла неподвижно, лицо ее было покрыто синяками, руки бессильно повисли. На рваной одежде виднелись пятна крови. Физические повреждения она, должно быть, уже устранила с помощью своей магии, но есть вещи, от которых не так легко избавиться…
– Ох, дерьмо… – тихо сказала я. Флейм опустила глаза: – Да.
Неожиданно я остро почувствовала, что я тоже женщина. Мне хотелось прижать Флейм к себе и утешить, но я понимала, что момент для этого неподходящий. Мне было нужно, чтобы Флейм проявила силу, а не дала волю эмоциям.
– Что случилось? – спросила я.
– Кто-то неожиданно обрушил на меня дун-заклинание, когда я пошла в уборную. Не знаю, кто это был. До сих пор не знаю. Он скрывал свое лицо, даже когда… – Флейм сглотнула. – Он велел своим головорезам притащить меня сюда. Я была полностью под действием дун-магии и ничего не могла… Он так дьявольски силен, Блейз!
– М-м… Да, я знаю. Чего он от тебя хотел? – За исключением очевидного…
Флейм показала мне свою левую руку. На коже между запястьем и локтем с внутренней стороны виднелась отметина. Я присмотрелась и нахмурилась. Запах был ужасным: не просто запах разложения, а миазмы самого зла. Только на обычную язву, порожденную дун-магией, эта ранка не походила. Она была красной, а не гноящейся, и хотя мой Взгляд показывал мне скорее следы заклинания, чем физическую реальность, рука Флейм казалась распухшей и воспаленной. Один взгляд на ранку наполнил меня невыразимым отвращением.
– Что это? – прошептала я, боясь услышать ответ.
– Зараза. След заклятия превращения.
Я непонимающе смотрела на Флейм, пытаясь вспомнить, почему это выражение кажется таким знакомым.
– Заклинание должно превратить мою силу силва в дун-магию. Оно должно сделать меня добровольной помощницей этого гада, пешкой в его руках. Однако часть меня, глубоко внутри, всегда будет помнить, чем я была, хоть я и стану его дьявольской приспешницей. Ты понимаешь, Блейз? – Цирказеанка подняла глаза, и я прочла в них отчаяние. – Постепенно яд распространится по всему моему телу, и я стану такой же, как он. И сделать я ничего не могу. Он собирается заставить меня совершать невообразимые вещи для него, с ним вместе…
Меня
– Сопротивляйся.
– Неужели ты думаешь, что я не стараюсь? Но у меня ничего не выходит. Моя силв-магия бессильна против такой мощи. Через несколько дней ты не узнаешь меня, Блейз. О, выглядеть я буду по-прежнему, но буду способна убить тебя – медленно и мучительно – и еще смеяться при этом. А в глубине души я буду понимать, что делаю, но не смогу себя остановить…
– Я как-нибудь вытащу тебя отсюда.
– Как? Я не могу преодолеть магической преграды. Поверь, я пыталась. Да и какая разница? То, что происходит во мне, все равно произойдет, останусь ли я пленницей или выйду отсюда на свободу. – Флейм вцепилась мне в рукав. – Блейз, ты должна меня убить! Немедленно.
– Я…
– Ты должна! Разве ты не видишь? Ты должна. Прошу тебя! Прежде чем это завладеет мной…
Я сглотнула, снова чувствуя тошноту.
– Если ты не можешь, дай мне свой меч. Я сама…
Я вытаращила на Флейм глаза. Она была так прекрасна, так молода. По сравнению с ней я чувствовала себя столетней старухой. Я никогда еще никем не восхищалась так, как восхищалась Флейм в это мгновение, и никогда так не ненавидела дун-магию.
Наконец голос вернулся ко мне:
Нет. Будь оно все проклято, нет! На этот раз они не выиграют. Послушай, Флейм, в порту стоит корабль с целой толпой хранителей на борту. Силв-магии там хватит, чтобы заполнить саму Великую Бездну. Все вместе они могут исцелить это… – Я показала на руку Флейм.
– Только станут ли? – В голосе девушки звучала горечь. – Они не слишком-то любят силвов, которые не являются хранителями.
– Дун-магов они ненавидят сильнее. Конечно, они захотят помешать тебе стать их врагом. Кроме того, для тебя есть еще один путь на свободу. Когда дун-маг умирает, вместе с ним умирают его заклинания.
– И кто же это ради меня, его убьет? – просто спросила Флейм.
Я не спешила давать необдуманных обещаний: не так я была глупа.
– Хранители ведь охотятся за ним, – сказала я. – Приободрись, Флейм, надежда еще есть. Но первым делом нужно вызволить тебя отсюда. – Я огляделась, высматривая магические запоры, которые удерживали Флейм в незапертой комнате.
– Как тебе удалось меня найти? – с любопытством спросила цирказеанка, пока я изучала стены. Я почти физически ощущала усилия, которые требовались ей, чтобы говорить нормально.
– Твой дружок сообщил мне, что ты попала в беду.
– Мой дружок? Ах, Новисс! И ты просто отправилась ко мне на выручку? – В голосе Флейм прозвучало вежливое недоверие.
– Ну, не совсем… Он предложил мне плату. Она склонила голову к плечу:
– Сколько ты с него взяла?
– Двести сету. Ты считаешь, что я продешевила? Флейм задумалась: