Район-55
Шрифт:
— Командир…
— Чего командир?!! Если в десант прямо сейчас, что ты с собой возьмешь, а?!
Кубанец молчал. Крыть ему было нечем. Если бы сейчас потребовалось срываться в десант, то у бойцов с собой были бы только патроны из подсумков и «разгрузок». Дополнительные боеприпасы бросят на площадке перед расположением. За полной ненадобностью.
Квасков еще несколько минут распекал подчиненного, потом дал ему задание: взять один из бэтээров и мигом обменять патроны. Сам со старшиной
Майор злился. Ему не нравилось задание. Не нравилось то, что его пытаются использовать вслепую. Казалось бы, здесь, в Районе, этого быть не должно.
Очередные подковерные игры больших шишек… к чему они приведут на этот раз? Сколько нормальных ребят он уже успел похоронить! Из-за недомолвок, не до конца продуманной задачи, чьего-то желания «нагреться».
В этот момент наконец-то вякнула, оживая и потрескивая, станция, настроенная на волну группы Бармаглота:
— Клен-пятьдесят… Клен-пятьдесят… Я Клен-пятьдесят один, я Клен-пятьдесят один… как слы-шишь?..
Квасков, успев надеть наушники и опустить гарнитуру, облегченно вздохнул. Сквозь помехи, неизбежные даже для работающего на закрытой волне мощнейшего «Радия-08/ДД», обладавшего повышенной дальностью диапазона, он не услышал ни треска выстрелов, ни разрыва гранат.
— Клен-пятьдесят… Клен-пятьдесят…
— Слышу тебя, Клен-пятьдесят один. Я Клен-пятьдесят. Как ты, Гриша?..
— Хреново… Я… — голос Бармаглота пропадал, теряясь в вихре помех, создаваемых Чертой, — два «двухсотых» у меня уже… слышишь…
Квасков с хрустом сломал в руке карандаш, который до этого машинально крутил в пальцах.
— Кто?
— Бармалей и Дуб… напоролись на «конфорку»… вытащить не удалось… слышишь?..
— Слышу Бармаглот, слышу. — Квасков помолчал. — Как вообще идете?
— Идем-то хорошо, командир. — Прием выровнялся, Бармаглота стало слышно намного лучше. — Спокойно. Пришлось прижать мародеров, пятерых. Не то бы сдали.
— Специалисты?
— Все о'кей, командир. — Бармаглот вздохнул. — Идут как заведенные. Ну, все, извини, что раньше не вышли на связь. Забрались в район Дельты, заглушило начисто. Ребят жалко, Влад… Ладно, до связи.
— До связи, Гриша.
Радио потрескивало, передавая в динамики только статику.
Майор щелкнул тумблером, отключив «Радий». Встал, сжав в ладони берет, и пошел к себе, аккуратно обходя все, что встречал на пути.
Бойцы, знающие привычки и повадки командира, тоскливо смотрели ему вслед. Они уже понимали, что кто-то не вернется назад. И пока неясным для них было только одно: кто?
Солнце заходило, ныряя в низкие, ставшие багровыми тучи. Ветер, дувший с запада,
На разбитой бетонке, ведущей к старому лагерю, вихрились пылевые смерчики. В перелеске, тянувшемся с обеих сторон дороги, с хрюканьем носились кабаны. К группе они перестали подбегать после того, как двоих одной удачной очередью срезал пулеметчик. Людей было больше, и мутанты это понимали, несмотря на свою непроходимую звериную тупость.
Группа Бармаглота бодро шагала вперед. Каждому было известно правило, что переживать о потерях можно будет, только вернувшись.
Терять внимание, отвлекаясь на гибель товарищей, нельзя. «Спецы», уже несколько лет ходившие в Район, прекрасно это понимали.
— Забелин, — Бармаглот позвал «фэйса» по переговорнику, — подойдите ко мне.
Капитан остановился на обочине, поджидая «конторщика» и осматривая людей, пытаясь определить ритм группы.
Бойцы шли ровно, никто не отставал и не выбивался вперед.
Да, капитан? — Забелин подошел к Бармаглоту — Что-то важное?
Да. — Спецназовец посмотрел на армейский КПК, закрепленный на предплечье. — Сейчас бу-
дем становиться на лежку. Впереди старый лагерь.
— Понятно-о-о… — протянул Забелин. — Так там вроде бы есть блокпост? Хоть и разрушенный, но…
— Майор, — Бармаглот посмотрел на «конторщика», — здесь я командую.
— Понятно. — Тот пожал плечами и развернулся, собираясь двинуться к группе. — Не поспоришь. Ваша правда.
Спецназовец хмыкнул. Протянул руку и придержал его за рукав:
— Да не обижайтесь вы… А, кстати, как вас полностью?
— Лев Георгиевич, а что?
— Не обижайтесь, Лев Георгиевич! — Улыбку Бармаглота было хорошо видно даже через забрало шлема. — Нельзя на блокпосту ночевать. Там… плохо там, короче.
— А что именно?
В глазах майора появился блеск, с которым Бармаглот уже сталкивался. Такое вот выражение глаз ему доводилось видеть только у одной категории людей, постоянно посещавших Район.
Ученые. Люди, которых «спецам» постоянно приходилось водить в Зону. Типы, готовые залезть в нору ополоумевшего вурдалака, если можно от такого поступка получить нужный им толк.
Поэтому Бармаглоту, определявшему таких людишек за километр, стало ясно, что Забелин — из них же.
— Хм… Подозреваем, майор, что там какая-то разновидность призрака. Не стандартная, возможно уникальная.
— А в чем это проявляется? — Забелин поймал ритм Бармаглота, пропустившего мимо себя почти всю группу и только тогда шагнувшего ей вслед. — Как выявили, что именно призрак?
— Я смотрю, — спецназовец покосился на него, — вы, Лев Георгиевич, разбираетесь в местных животинах?