Рай — Техас!
Шрифт:
В других обстоятельствах его возмущение заставило бы ее улыбнуться, но он был слишком встревожен, чтобы она могла забавляться сейчас. И все же, о чем говорит этот человек? Он сам, наверное, не представляет, как он хорош, когда сидит, закинув ноги на стол, и, сбив на затылок стетсон, с жаром толкует кому-то по телефону, что свинину еще рановато брать и что дамские парики свое отгуляли.
Она поднялась с пола и подошла к нему:
— Я знаю одно, Бобби Том. Ты любишь делать деньги. Но я знаю и другое. Существует много достойных способов эти деньги тратить, помимо приобретения дорогих игрушек.
Он молча смотрел на нее.
— У меня появилась одна идея. Я не знаю, как ты к ней отнесешься, но… Почему бы тебе не подумать об учреждении собственного благотворительного фонда? — Поскольку он ничего не ответил, она решилась продолжить: — Ты сможешь делать деньги для него, а не для себя. Если, конечно, отдашься этому целиком, а не будешь эпизодически подкидывать туда денежки. Твой талант мог бы послужить благотворительной цели.
Он наконец соизволил вымолвить пару слов:
— Это глупо.
— И все же подумай об этом.
— Тут нечего думать. Бобби Том в роли доброго дядюшки! В костюме матушки-самаритянки! Сует всюду свой нос, докучая всем своей назойливостью! Да все, кто меня знает, просто лопнут от смеха!
Он все же казался немного растерянным. Она не собиралась давить на него и улыбнулась.
— Я вовсе не думаю, что, создав свой фонд, ты кого-нибудь удивишь. Такой поступок вполне, в твоем духе.
Она вновь занялась коробкой с его спортивными наградами. Благо, зерно посажено, и, кажется, в благодатную почву.
Он сел на кровать и некоторое время наблюдал за ее работой.
— Клянусь бородой моей бабушки, Грейси, ты сильно разбередила мне душу так сильно, что я совсем позабыл, как привлекательно смотрится твоя попка в этих узеньких джинсиках. Но у меня, кажется, есть шанс исправиться. — Он снял стетсон и похлопал рукой по золотистому покрывалу: — Иди-ка сюда, дорогая!
Грейси вздрогнула:
— Не уверена, что мне нравится выражение твоего лица.
По правде говоря, оно ей очень нравилось. Находясь вместе с ним в этом маленьком помещении, она не раз уже ощущала, как в глубине ее существа что-то сладко екает. Где-то там — в районе сиреневых трусиков.
— Я постараюсь понравиться тебе, Грейси. Если бы ты знала, сколько мучительных ночей я провел в этой клетушке, мечтая раздеть какую-нибудь девочку, ты бы кинулась ко мне со всех ног.
— Неужели ты и здесь что-нибудь себе позволял? Она медленно выпрямилась. Он подтянул ее к себе и поставил между своими раздвинутыми коленями.
— Ты хочешь спросить, раздевал ли я тут кого-нибудь? — Он расстегнул кнопку на ее джинсах и, наклонившись, пощекотал языком обнажившуюся ямку пупка. — Не бойся. Ма хорошо караулила меня. — Его зубы ухватили собачку
— То есть вы довольствовались задними рядами в кинотеатрах и прогулками вдоль реки?
— Совершенно верно. — Он справился с застежками пестренькой блузки и обнажил ее груди.
У нее перехватило дыхание. Энергичными движениями больших пальцев он разминал ей соски, но добился обратного эффекта. Они затвердели и поднялись.
— Ух… — выдохнул он. — Мне кажется, где-то невдалеке торгуют спелыми персиками.
Спустя мгновение они повалились на узкую кровать и, кажется, сумели изрядно ее расшатать. Когда все закончилось, Грейси упала на него разбитая и утомленная, а на его лице заиграла довольная ухмылка.
— Не прошло и тридцати лет, как мне все-таки удалось раздеть здесь маленькую очаровашку. Но надо сказать, я получил свое — за каждую минуту ожидания.
Она уткнулась лицом ему в шею.
— Я лучше, чем Терри Джо?
Он улыбнулся, небрежным движением лаская ее грудь.
— Терри Джо была просто ребенком, а ты — настоящая женщина. Тут нет никакого сравнения.
Она услышала какой-то звук и мгновенно вскинула голову. Дверь спальни была распахнута настежь. Неприятное подозрение шевельнулось в ней.
— Ты запер внизу дверь, когда вошел?
— Не уверен.
Громыхающий бас майора Бейнза отозвался эхом на эти слова:
— Хэллоу, Бобби Том! Ты там, наверху?
Задыхаясь от страха, Грейси потянулась к изножью кровати и схватила свою одежду. Бобби Том зевнул и очень неторопливо свесил с постели ноги.
— Вы бы лучше не сразу поднимались сюда. Здесь Грейси, и она не вполне одета.
— В самом деле?
— По правде говоря, мне она кажется совсем голой.
Грейси метнула на него затравленный взгляд. Она почувствовала, как полыхают ее щеки. Он ухмыльнулся в ответ.
— Почему бы вам не подождать на кухне, майор? Мы спустимся через несколько минут.
— Конечно-конечно, — ответил майор приветливым тоном. — Грейси, миссис Бейнз только что говорила с Терри Джо. Она восхищена идеей создания здесь клуба старожилов Теларозы и собирается всячески ее поддержать.
Щеки Грейси вновь окатило жаром. Она лихорадочно рылась в своей сумочке в поисках бумажной салфетки.
— Будьте любезны, поблагодарите ее за меня, господин мэр, — выкрикнула она сдавленным голосом.
— О-у, Грейси, ты можешь поблагодарить ее сама. Она стоит рядом со мной.
Грейси окаменела.
— Привет, Грейси! — радостно отозвалась миссис Бейнз. — Привет, Бобби Том!
Улыбка Бобби Тома сделалась шире:
— Вот тебе раз! Добрый день, миссис Бейнз! Там есть еще кто-нибудь внизу?
— Только пастор Фрэнк из церкви Первого Крестителя, — ответила жена мэра. Грейси вскрикнула. Бобби Том взъерошил ей волосы и тихо хохотнул:
— Они просто поддразнивают нас, дорогая.
Лестничная клетка наполнилась звуками приятного рокочущего баритона, который, несомненно, мог принадлежать только служителю Божию: