Рай для негодяев

Шведов Сергей Владимирович

– Двадцать!

– Лучше шесть, – покачал головой агент. – Иначе Фермер прикажет мне отступать к пещере.

– Голова у тебя варит, лейтенант, – кивнул Шнобель, передавая Рябому рацию. – Дерзай.

– Ты выстрели пару раз, – попросил тот. – Для убедительности.

Фермер ринулся на помощь попавшему в беду товарищу, прихватив часового. Их повязали у самого входа в пещеру, не дав Ривьере ни единого шанса на сопротивление. Шнобель мог, наконец, вздохнуть с облегчением и доложить засевшему на краю кипарисового леса Снайперу, что поселок полеводов очищен от неприятеля. Лавальер по рации поблагодарил

подручного за успешно проведенную операцию и приказал своим людям занять мельницу, лесопилку и пристань. Шнобель проник в Новую пещеру и собственноручно сбил замок с дверей арсенала. Здесь он обнаружил не только зерно нового урожая, но и пять коробок взрывчатки, пятьдесят карабинов и почти тысячу патронов к ним. По части продовольствия осмотр Соломона удовлетворил, а вот оружия, по его расчетам, у полеводов было гораздо больше.

– Часть Буров взял с собой, – обиделся на его претензию Рябой. – А остальное они припрятали. Я же тебе докладывал о вездеходе. А неделю назад Лумквист пригнал бензозаправщик, правда, без горючего. Они собирались снять с него двигатель и поставить на ладью.

– Теперь уже не поставят, – криво усмехнулся Соломон. – А ты почему у нас не связанный?

– Раскусили меня, – огорченно вздохнул агент. – Фермер, гад, так двинул мне сапогом в поясницу, что до сих пор болит.

– Держи, – сунул Соломон пачку патронов в руки расстроенному животноводу. – Я свое слово держу.

– Здесь больше, – удивился Рябой.

– Будем считать это компенсацией за понесенное увечье.

В поселок Шнобель покатил на электрокаре, оставив в пещере трех часовых со строгим наказом, ничего не трогать и ждать приказа. Снайпер уже разместился с удобствами в «комендатуре», а Соломону пришлось еще выдержать на крыльце нелицеприятный разговор с разъяренным Вучко.

– А чего ты разорался, приятель? – цыкнул на него Соломон. – Мы что, кого-то убили или изувечили? Просто заняли долину, которая иначе досталась бы аборигенам. Буров твой убит, я сам слышал по рации его предсмертные хрипы. А для остальных ты отщепенец. Не говоря уже о твоем милом отпрыске. Спроси вон Фермера, что он думает по поводу таких как ты, и получишь четкий и исчерпывающий ответ.

– Врешь ты про Бурова! – скрипнул зубами Вучко.

– Я ему смерти не желаю, но драка там идет не шуточная. Если хочешь – иди, поучаствуй. Только смотри, чтобы тебя амазонки не пристрелили, животновод.

Громила со Снайпером с интересом разглядывали электронную записную книжку Агронома. Сам Божевич сидел со связанными руками на лавке и сплевывал прямо на пол кровавую слюну. Судя по всему, скорый на руку Базиль не удержался и отвесил словоохотливому Агроному полноценную оплеуху.

– Так и не вспомнил, где Лумквист прячет свой вездеход? – спросил Громила у Милоша.

– Память отшибло, – холодно отозвался тот.

– Во-первых, кроме вездехода есть еще и бензозаправщик, – поправил посланца Хромого Соломон. – А во-вторых, мы ничего не добьемся, даже если их найдем. Замки у них заблокированы. Придется обходиться тем, что есть.

Шнобель добросовестно перечислил все припасы, хранившиеся в арсенале, как продовольственные, так и оружейные. Двадцать карабинов, патроны и две коробки динамита Соломон привез в поселок, чтобы

раздать людям.

– Я рассчитывал на большее, – покачал головой Лавальер. – Пулемет нам не помешал бы.

– Ты тропу перекрыл? – спросил у огорченного «маршала» Соломон.

– Боишься, что Буров вернется? – впился глазами в приятеля Снайпер.

– Я тираннозавров боюсь, – вздохнул Коган. – Судя по крикам в рации Ключника, бой шел уже в поселке амазонок. Эти милые животные ревели так, что заглушали треск пулемета. С пулеметом был, Буров, ведь так Агроном?

– Допустим.

– Вечная ему память – хороший был человек, – покачал головой Соломон и, обернувшись к Лавальеру, добавил: – Усиль охрану тропы, Базиль, иначе эта орда доберется и до нас. Их там сейчас десять тысяч, если я правильно тебя понял, Громила.

– Может, чуток поменьше, – пожал тот плечами. – У амазонок не хватит патронов, чтобы их всех перебить.

– Мы собирались атаковать форт Щербака, – нахмурился Снайпер. – Там осталось всего десять человек.

– Во главе с фиолетовым лейтенантом, – дополнил его Шнобель. – Этот стриженный не сдастся. У него автоматические винтовки, динамит и гранаты. Мы положим там половину ребят и ни черта не получим взамен, кроме развалин. Не зарывайся Базиль. Даже если Буров убит, то есть еще Штурман, Десантник и Кузнец. Эти вполне могут посчитаться с нами за пролитую кровь.

– Крови пока не было, – пожал плечами Базиль.

– О чем я тебе и толкую. Пока наши действия можно расценить как хамство, но не более того. Пусть Калина сидит в своем форте. А про долину мы скажем, что не хотели ее отдавать аборигенам. Если, конечно, будет, кому говорить.

– Я бы подождал, – согласился с Соломоном Громила. – Через день-два объявится Хромой, тогда и будем решать.

– Нам нужны люди, чтобы перекрыть надежно тропу и обезопасить себя от придурков Калины, которые, чего доброго, захотят умереть героями, – сказал Шнобель. – Тебе решать, Базиль, но я бы отозвал людей, оставленных охранять наш форт и Старую пещеру. Продовольствие мы можем перебросить сюда. Самок и детенышей тоже. Ручей Быстрый на время станет нашей новой границей.

– Передавил бы я всех ваших обезьянышей, чтобы не висели грузом на ногах, – пробурчал Громила.

– Химик тебе этого не простит, – усмехнулся Шнобель. – Подсыплет отравы в чай. Он у нас великий мастер на подобные дела.

– Торопиться не будем, – поморщился Базиль. – А Вальтеру передай, чтобы переправлялся через ручей вместе с людьми продовольствием и обезьянами. Протоцератопсов с телегами за ними пошли, пусть Вучко с Барсуком поработают. И пленных отправьте в пещеру, нечего им здесь воздух портить.

Весть о том, что тропа, связывающая их с домом, перекрыта, потрясла общинников до глубины души. Недоверчивый Десантник решил убедиться во всем собственными глазами и едва не схлопотал пулю в голову. Тут уже ни у кого не осталось сомнений в том, что одержанная в долине амазонок победа аукнулась неприятностями в тылу.

– Лавальер, – высказал свое мнение Лумквист. – Больше некому. Улучил момент и переправился через ручей. Я тебе говорил, Феликс, что его община за эти годы увеличилась вдвое, а ты только отмахивался.