Равен
Шрифт:
Мы дружно переглянулись. Глаза друзей наполнились почти комичной болью.
— Если честно — подал голос Кристофер — я бы сейчас с удовольствием поработал у Дамески, она хоть и стерва, но её класс легче, чем у Павлова.
Мы недоверчиво уставились на друга. Если её-то класс «легче», то через какой ад он проходит на другом занятии?
— В том смысле, что она не заставляла меня прыгать целый час.
Я попыталась вообразить — каково это. В теории — вполне сносно, но точно не после такой убойной ночи. Судя по тому, как Саша сочувственно опустил ладонь на плечо парня, он пришёл к тому же выводу.
— Мне пора, — неожиданно откликнулась
Я не успела подобрать челюсть, как блондинка выскользнула из-за стола и поспешила прочь, толком на нас не взглянув.
— А они много общаются в последнее время, — озвучила я свои мысли вслух.
— Это точно, — заметила Кира.
Глядя на неё, я не смогла разгадать: довольна она этим или нет. С одной стороны — ей нравился Алек, но с другой — ей не нравились такие парни, как Алек. Например, Феликс. Возможно, она считала Вилена более подходящей партией. Лично мне казалось, что начинающая поп-звезда ничем не лучше избалованной британской интеллигенции.
— Нам тоже пора, — заметила Нина.
— И мне, — кивнула Кира. — Но я обязательно загляну к тебе после урока, и эту несносную женщину притащу.
Я усмехнулась, под последней девушка явно подразумевала Милу. Но улыбка быстро слетела с лица. Сегодня Кира была грустной. Подруга призналась, что так и не смогла достать билет на выставку Джона Эверетта Милле. Она даже пыталась устроиться в галерею волонтёром или официанткой, но и эта затея провалилась.
Мне пришла в голову идея: спросить о выставке Офелию Морган. Возможно, молодая преподавательница имела связи не только в танцевальной сфере.
До класса мы добрались почти перед самым звонком, из-за дурного самочувствия Нина переодевалась в три раза медленнее обычного. Переступив порог, я инстинктивно пробежалась взглядом по присутствующим. Здесь были все, кроме Криса. Айван, к моему разочарованию, стоял спиной, он говорил о чём-то с Люсиндой. Забавно, её-то никто не просил держаться от Каспара подальше. Кажется, у них вообще не было никаких проблем с общением.
Люс улыбалась и увлечённо о чём-то болтала. Через миг, я заметила, что плечи её собеседника подрагивают от смеха. Внутри меня захлюпало какое-то неприятно чувство. Словно подул холодный ветер, пробираясь до костей. Это ощущение усилилось, когда Айван повернул голову, и я увидела его весёлую улыбку. Смех отражался и в глазах. Кажется, я еще никогда не видела его таким безмятежным.
Будто почувствовав, что за ним наблюдают, Айван обернулся. В миг, когда наши взгляды встретились, смех замер на его губах. Если в это самое мгновение время не остановилось, то оно определённо точно замедлилось, и все звуки отошли на второй план. Ни я, ни он не успели даже вздохнуть, как раздался звонок, запуская жизнь в прежнем ритме. Одновременно с ним, в зал ворвалась миссис Дамески, переключая на себя всеобщее внимание.
Мне хотелось продолжать смотреть на Айвана, но я приказала себе отвернуться. Любые отвлекающие факторы следовало отодвинуть на дальний план, сегодня был слишком важный класс. К моему большому удивлению, сосредоточиться оказалось легко. Стоило прозвучать первым нотам разминочной композиции, как я забыла обо всём, кроме танца. Айван, Люсинда, Нина с ребятами и даже Никита — всё вылетело из головы.
Вчера
Когда мы перешли к упражнениям в партере и прыжкам-проходкам, я ощутила небывалый прилив сил. Возможно, это и вправду была магия крепкого сна. Клубничкой на торте стало то, что Хелена ни разу не обратила на меня своего внимания. А может мне просто повезло, ведь ребята — Саша, Денис, Нина и еще несколько человек — перетянули на себя одеяло. К моему удивлению, «несварение» после вчерашней вечеринки оказалось не только у моих друзей, но и у Стефана с Мишей, а также подруг Кати и Селии.
Хелена была просто в бешенстве, но выражала это не криками, как раньше, а холодной ненавистью во взгляде. Это было необычно, и возможно, кого-то пугало даже больше, чем её классическое: «Вы ничтожества». Но я оставалась спокойной. Даже когда настал мой звёздный час.
— Ну что, мисс Солмей, надеюсь, в этот раз вы готовы исполнить повороты как следует?
— Да, мэм, — с предельной вежливостью отчеканила я, выходя вперёд.
Класс, заведомо собравшийся в углу зала, затаил дыхание, предвкушая очередное скандальное зрелище, полное унижения, слёз и боли. Меня бы это разозлило, если бы я не знала, что ребята просто сочувствуют мне и боятся оказаться на моём месте.
Встав в подготовительную позицию, я не стала злить Хелену задержкой, и сразу оттолкнулась, сделав три фуэте и завершив их двумя пируэтами. Если преподавательницу и впечатлили мои внезапные успехи, то она не подала виду. Вскинув, одну бровь она произнесла:
— Неплохо. Теперь увеличь фуэте до шести и, очень прошу, выпрями колено.
Я глубоко вздохнула. И сделала, как она велит. К счастью, обошлось без падений.
— Хорошо, — на этот раз миссис Дамески казалась и вправду довольной. — Попробуешь увеличить до девяти?
И вновь я не колебалась. В обычной мирской жизни я была с вращениями на «ты», а после помощи Айвана смогла перенести это принцип и в классику. Девять? Да хоть пятнадцать!
Сердце ликовало, а душа пела, когда я вновь приземлилась в позицию без сучка, без задоринки.
— Ну наконец! Лина Солмей научилась вращаться. Понадобился всего-то месяц занятий, — женщина взмахнула рукой, отпуская меня.
Послышались смешки, но я не обращала на них внимания. У меня получилось! Мне наконец удалось сдать это дурацкое задание! От счастья хотелось разреветься.
Когда я встала позади толпы, Хелена уже переключилась на Катю и Нину, девчонки совсем плохо отработали последнюю комбинацию и теперь пытались повторить не так «позорно» — как выразилась миссис Дамески. Я же радовалась возможности вновь стать невидимкой.
— А ты молодец, — послышалось у меня над ухом через минуту.
Это было так неожиданно, что я вздрогнула. А обернувшись — увидела изучающий взгляд Айвана. Он склонился к моему плечу, как мне показалось, чересчур близко, и ждал ответной реакции. Тёмные кудри упали на лоб, совсем рядом с глазами. Мне сразу захотелось их поправить, но я сцепила вспотевшие ладони за спиной.