Шрифт:
Jessica Koosed Ettingand
Alyssa Embree Schwartz
Fade Into the Bright
Copyright © 2021 by Jessica Koosed Etting and Alyssa Embree Schwartz
Посвящается нашим семьям
Глава 1
Наконец-то я могу дышать.
Окутывающий паром туман рассеялся, и на горизонте,
Не важно, что мое единственное связующее звено с этим местом, – женщина, которую я едва знаю. Вообще понятия не имею, что меня ожидает, когда сойду на землю. Однако опасения отскакивают от меня, как теннисный мячик от удара ракеткой, потому что только на борту я наконец-то получила возможность дышать полной грудью, чего была лишена дома.
Это хороший знак.
На пароме кипит жизнь: родители не спускают глаз с детей, вещей и надувных плотов, парочки держатся за руки, компании друзей делают снимки на память. Я поворачиваюсь на сиденье и окидываю взглядом Каталину – остров, о существовании которого до вчерашнего дня и не подозревала. Он находится посреди океана, в двадцати двух милях от побережья Южной Калифорнии, и выглядит пустынным и всеми покинутым. Иссушенные горы сбегают к кристально чистым аквамариновым волнам, растущие на пляже пальмы приветственно машут кронами. Из всех возможных мест, где можно укрыться, я выбрала это.
– Добро пожаловать в Ту-Харборс! [1] – раздается из динамика пронзительный скрежещущий голос капитана.
Мы еще в док не вошли, а я уже сбегала в багажный отсек и схватила свой новенький чемодан на колесах – подарок Уилла, маминого парня. Он преподнес мне его в тот день, когда стало известно о принятии меня в волейбольную команду Колорадо с этой осени.
«Он тебе понадобится, когда будешь ездить на гостевые игры», – улыбаясь своей фирменной смущенной улыбкой, сказал он.
1
Ту-Харборс – второй по численности населенный пункт Каталины, расположенный на перешейке острова.
«И чтобы было в чем привозить домой грязные вещи в стирку», – со смехом добавила мама.
От этого воспоминания мне делается больно, как от пореза бумагой.
«Хватит. Не думай об этом. Шагай вперед».
Я направляюсь прямиком к выходу, представляя себя акулой, которой нужно непрерывно двигаться, чтобы выжить… но, оказавшись на деревянной пристани, вдруг понимаю, что представления не имею, как выглядит тетя Синтия. Последний раз я ее видела, когда мне было пять лет.
Вчера я получила от нее мейл с предложением пожить у нее летом, чтобы снова обрести почву под ногами, и ухватилась за эту идею так поспешно, что даже не задумалась, где именно мы встретимся.
Ловко лавируя между стоящими на пристани группками людей, ощущая прохладное прикосновение морского воздуха к коже, я замечаю спешащую навстречу энергичную женщину, протягивающую мне руки. Должно быть, это и есть Синтия. Ее наряд уместнее смотрелся бы на музыкальном фестивале,
– Эбби! – Она стискивает меня в объятиях, прижимаясь щекой к моей щеке.
– Привет, Синтия, – бормочу я ей в волосы, пахнущие лавандой и кофейными зернами.
Она отстраняется и окидывает меня долгим взглядом с головы до ног.
– Смотри-ка, как ты выросла! – одобрительно замечает она. – Ты превратилась в умопомрачительную молодую женщину.
Я шаркаю ногой в конверсах по деревянным доскам пристани. Побуждения у тетушки благие, но все равно комплимент вышел вульгарным. Первая похвала в мой адрес. Придется привыкать.
– Я так рада, что ты согласилась приехать, – продолжает она, широко улыбаясь.
Я тут же напрягаюсь всем телом. Ну вот, начинается. Чувствуется, что она пытается подобрать правильные слова. Мы обе понимаем, что простого «мне жаль» будет недостаточно, а ничего другого я сейчас выслушивать не в состоянии. У меня внутри разверзается Адова Бездна.
– Идем же, тебе необходимо отдохнуть, – к моему облегчению, заявляет Синтия. Похоже, она и правда намерена «предоставить мне свободу», как обещала в своем мейле.
Облегченно выдохнув, я ковыляю за тетей, волоча за собой громыхающий чемодан. Хотя большую часть утра я провела на борту самолета, мышцы у меня болят так, будто все это время бегом бежала. Пожалуй, в некотором смысле так и есть.
Оказавшись у края пирса, Синтия принимается жестикулировать, указывая на наше окружение.
– Вот где жизнь бьет ключом. Пожалуй, это можно назвать местным деловым центром.
Налетевший ветерок ерошит мне волосы, и я убираю пряди с лица, чтобы как следует рассмотреть место, о котором говорит тетя. На это у меня уходит ровно три секунды. Передо мной небольшой пляж, крошечный магазинчик и непритязательный ресторан с баром на песке. Я охотно готова признать, что в голове у меня вместо мозга сахарная вата, но если то, что я вижу, в понимании тети бьющая ключом жизнь, то жизнь эта еле теплится.
Она указывает на сложенные рядом с нами байдарки и гребные лодки.
– Здесь сосредоточено большинство водных развлечений: снорклинг, ныряние с аквалангом, парусный спорт. Остров может похвастаться богатейшей морской флорой и фауной, если тебе это интересно.
Я киваю, будто обдумывая ее слова. Может быть, мне в самом деле интересно, кто знает. Покупая билет, я мечтала лишь о том, как бы поскорее убраться из Колорадо, а теперь, оказавшись на пляже, вдруг поняла, что у меня целое лето впереди.
– Главный город острова называется Авалон, – поясняет Синтия. – Это центр притяжения туристов, по сравнению с которым Ту-Харборс как скромная невзрачная младшая сестренка, но мне кажется, ты сумеешь проникнуться очарованием этого места.
Синтия шагает по грунтовой дорожке, направляясь непонятно куда. Автостоянки поблизости не видно, вокруг только иссушенные солнцем горы, извилистые тропы, поросшие сорной растительностью, да притулившийся под приземистой пальмой квадроцикл.
У которого тетушка и останавливается.