Расти, березка!
Шрифт:
Вместе с ним работали четыре комсомольца-сапера. Первыми с миноискателями в разведку сержант направил Ивана Пьяника и Владимира Горелика. Осторожно ступали солдаты по зыбкой земле, останавливались, прислушиваясь. Стоп! Горелик снова обвел рамой миноискателя подозрительный участок. Подошел сержант Чижиков, руками прощупал грунт. Движения чуткие, сторожкие. Какой-то твердый предмет. Сержант окопал его. Противотанковая граната! Геннадий извлек ее, отнес в сторону. И снова саперы продолжают путь. Теперь остановился Пьяник. Миноискатель подсказал: где-то рядом
Прошло несколько дней. Торфяное поле, прощупанное вдоль и поперек саперами, не представляло уже опасности.
Все это произошло несколько дней назад. И вот новая находка: бомба. Каким-то образом оказалась она под самой березой. А вообще, не каким-то образом, а так, что нарочно и не придумаешь!
Как-то во время войны фашистские самолеты бомбили поселок. Стервятники улетели, и испуганные люди вылезли кто откуда. Тут хозяин и увидел посреди двора черную пасть, словно лисица нору отрыла. Потыкал хозяин палкой — нет ли бомбы в «норе», и вроде ничего там не оказалось. К другому году подзатянуло немного щель, а хозяин возьми да и воткни в это место небольшую березку и еще одну, рядом… Чего зря ямку копать, когда есть готовая…
— Вот оно как случилось, — говорит старик. — Березки-то в рост пошли, а про бомбу забыли. Да не то что забыли, думали грунтом ее стянуло, не опасна теперь. Столько-то лет минуло. Ну, после прослышал: в газетах про ваши находки пишут. Потом гляжу, у соседей прямо из-под пола бомбу вытянули. Тут и я тревожиться стал. Написал заявление в поссовет…
— Значит, чтоб не копать яму, воткнул в готовую? — покачал головой сержант. — Близко же ты, дедушка, тогда от смерти стоял. Да и теперь еще…
Потом сержант Чижиков спрашивает солдат:
— Может, так поступим — аккуратно выкопаем березу, подымем бомбу, а ее снова посадим на прежнее место? Раз уж дедушка новые ямки копать не любит…
— Не получится так, товарищ сержант, — говорит Хасан Рузиев. — Корни нарушим, а она уже взрослая. Засыхать тогда будет береза, товарищ сержант.
— Другой бы спорил, — улыбнулся сержант и, став серьезным, поставил подчиненным задачу: — Попытаемся сохранить красавицу. Рядом будем копать траншею…
… Грунт возле березок твердый: скамья здесь стояла, приходили сюда посидеть, ребятишки возились, а по вечерам парни с девчатами танцевали. Вот и попробуй прогрызи этот грунт лопатой, ведь ее с размаху всадить нельзя — какая там бомба лежит, кто знает? Сдетонирует от удара…
Молча трудятся саперы. Отдохнули чуть-чуть и опять за свои лопаты. Трудно понять, чего больше боятся солдаты: задеть взрыватель или повредить корни дерева.
Сержант, утирая потное веснушчатое лицо, вскидывал голову, весело улыбался:
—
Выброшено уже несколько кубометров грунта. Из ямы виден только рыжий чуб Геннадия. А бомбы нет! В трехстах метрах проносятся поезда, из окон выглядывают пассажиры. Им и невдомек, что здесь, на маленьком клочке земли, идет борьба за жизнь не только людей, но и березок.
Но где же бомба? Глубина котлована два… три… четыре метра.
— Дело ясное, — разгибает наконец уставшую спину сержант. — Бомба ушла правее.
Рузисв вздохнул:
— Еще копать? В другом месте теперь? Вай-вай!
— Вот тебе и вай-вай! Товарищи, перерыв! — Сержант первым выбирается из глубокого колодца.
Выбрались и солдаты. Сели рядом с сержантом, закурили. Устали солдаты, молчат. И обидно им, что столько земли напрасно перекопали. Но такое случается у саперов.
— А помните, как в прошлый раз, в Смоленске? — спросил сержант Чижиков. — Туда майор Балабанов выезжал с расчетом. Куда сложнее было, а все-таки одолели.
Да, тот случай действительно особый. На окраине города, под водой, была обнаружена бомба. Днепр недовольно морщился от холодного ветра. На пляже — ни одного купальщика.
Майор отдал необходимые распоряжения расчету, разделся и погрузился в студеную воду. Несколько раз опускался на дно Николай Петрович, тщательно ощупывал каждый выступ… Может быть, ошиблись мальчишки и никакой бомбы нет? Но может ли офицер покинуть берег, не убедившись в этом? Завтра снова будет тепло и на пляж придут сотни людей…
Безупречное знание дела, расчетливость и хладнокровие, высочайшая дисциплина и аккуратность, самоотверженность и отвага, — не зря этими лучшими качествами обладает советский воин!
И майор Балабанов обнаружил бомбу, хотя и не там, где видели ее мальчишки. Но тайна еще не раскрыта: под водой на ощупь надо определить тип бомбы и причину, почему она не взорвалась. А еще…
«Значит, здесь она не одна, мальчишки другую видели», — решил Николай Петрович.
Сердце забилось сильнее и чаще. Майор опять погрузился в воду, задержался около бомбы, насколько хватило воздуха, очищая ее от ила и стараясь определить марку взрывателя. На помощь офицеру пришел рядовой Носов. Они по очереди ныряли на двухметровую глубину. Но установить марку взрывателя было невозможно. Майор выбрался из воды, пошел к укрытию, на ходу растирая озябшее тело. Саперы с уважением смотрели на своего командира. А он, полязгивая зубами и отжимая с трусов воду, отыскал взглядом водителя, приказал:
— Нарастите трос к лебедке. Конец подайте к берегу. Всем оставаться здесь. Старший — рядовой Шевтяк. По моей команде включайте лебедку.
Надеть петлю на стокилограммовую фугасную бомбу в воде оказалось нелегким делом. Одна за другой следуют неудачные попытки. Холод пробирает до костей. Не хватает воздуха. Голова майора на минуту показывается из воды. Он делает жадные вдохи и снова скрывается. И так несколько раз. Наконец — успех.
Взнуздали-таки!..
Командир подбежал к водителю: