Рассвет Ив

Годвин Пэм

Он освободил их разум, а взамен обрел их преданность.

Мой пульс зашкаливал. Салем был ближе к лекарству, чем Мичио когда-либо мог создать в лаборатории, но Салем скрыл это от моих отцов. Почему? Он мог бы спасти…

— Ты мог бы спасти Кипа и других моих солдат, — мои глаза расширились, наполняясь слезами. — Это ты послал гибридов, которые пробили стену в лагере?

— Нет. Я не имею к этому никакого отношения.

Но он мог бы вылечить их разум. Но это привлекло бы слишком много внимания со стороны

моих отцов, и они бы его не отпустили. Нет, если у него есть ключ к исцелению. Вот почему он скрыл это от них. Поэтому вместо того, чтобы спасти гибридов, которые напали на нас, он убил их.

От ужасной мысли у меня перехватило дыхание.

— Гибридные дети…

— На детей это не действует. Мне нужно изъять опасное количество крови, чтобы удалить программу. Я пытался, — Салем уперся локтями в раздвинутые колени. — И потерпел неудачу.

— Ты говорил мне, что никогда не убивал ребенка-гибрида.

— Я никогда не убивал их намеренно, — он уставился на свои босые ноги, не мигая. — До того, что было в особняке.

Почему он их убил? Почему они вообще там оказались? Я схватилась за лоб и потерла голову, когда тысячи вопросов хлынули на поверхность. То, что было важнее всего, сорвалось с моих губ.

— Чего ты хочешь?

Салем поднял голову, и его глаза сияли, как расплавленный лунный свет.

— Я хочу трахать тебя, лелеять и защищать до конца наших дней.

Это не тот ответ, которого я ожидала, и он заставил меня запнуться.

— Это… я… я не понимаю.

— Я тоже.

Я вздрогнула, схватившись за горло.

— Ты любишь меня?

— Я не знаю, что это значит.

Кислота жгла мой желудок, распаляя голос.

— Ты бы умер за меня?

— Это просто смешно. Никто тут не умирает.

— Это гипотетически, и ты, черт возьми, это знаешь. Отвечай на вопрос.

— Ешь, — он указал на изобилие продуктов и вина. — Мы пробудем здесь пять дней. У нас полно времени для разговоров.

— Что? Путешествуя на машине, мы должны добраться до Альберты к завтрашнему дню.

Салем откинулся на подушку и склонил голову набок.

— Я живу не в Альберте.

Глава 25

Все мое тело похолодело, несмотря на электрический жар, поступающий из какого-то невидимого отверстия в роскошной колеснице Салема.

Он не живет в Альберте.

Он нарисовал карту для моих отцов, указав, где я буду и как туда попаду. Он также сказал Мичио, что когда он укусил гибрида, ничего не случилось. Притворился, будто не видит и не слышит своих светящихся вен. Утверждал, что никогда не убивал ребенка-гибрида. Скрывал свою способность двигаться быстрее гибридной скорости. И просидел со мной в этой тюрьме десять дней, гадая о том, кто наши тюремщики.

Всё это ложь.

Умалчивание.

Преднамеренные

вымыслы.

Почему? Потому что он хотел трахать меня и защищать? Чушь собачья!

— Куда ты меня везешь? — мое дыхание сделалось быстрым и неглубоким, потому что проклятый корсет сжимал мои ребра.

— Это единственное, чего я не могу тебе сказать, — хмурое выражение, скривившее его идеальные губы, говорило о том, что Салем сожалеет о своем ответе.

Да чтоб он подавился членом. Моя грудь тяжело вздымалась, и внезапный румянец запылал на щеках. Я сорвала с себя меховой плащ и взялась за крючки корсета. Я не могу дышать. Бл*дь, мне нужен воздух.

Салем оттолкнул мои руки и быстро расстегнул переднюю застежку корсета.

— Чтобы защитить тех, кто живет в моем доме, это место должно оставаться тайной.

— Чтобы защитить их или тебя? — я отбросила корсет и провела рукой по тонкой рубашке, чтобы успокоить свои ноющие ребра. — Это не единственное, что ты отказываешься мне говорить, — гневно глядя на него, на обнаженную силу его груди и рук, я ненавидела его высокомерную красоту и превосходство. — Ты бы умер за меня?

Салем откинулся рядом со мной, положил руку на подушку за моими плечами и наклонил голову, чтобы посмотреть мне прямо в глаза.

— Нет. Я умру ни за кого.

Несмотря на боль, пронзившую мою грудь и обжигавшую горло, я оставалась неподвижна. Даже спокойна. Мне нужно было услышать этот ответ, и теперь я могла обдумать ситуацию с отстраненной точки зрения, не жаждая его любви с каждым ударом своего сердца.

— А кто твои друзья? — глухо спросила я, оцепенев.

— Они работают на меня.

Я не удивилась. Он был не из тех мужчин, кто подчиняется приказам. Он командовал со всей мощью безжалостного тирана.

Слезы блеснули в уголках моих глаз, но я ничего не заметила.

— Расскажи мне про особняк.

— Тебе нужно поесть, — Салем поставил мне на колени тарелку с жареным мясом и картошкой.

Узел в моем животе протестовал, но мне нужны умственные и физические силы. Голод был бы контрпродуктивен. Я выбрала остывающий кусок мяса, прожевала и проглотила, не чувствуя вкуса.

Салем зеркально вторил моим движениям, ел из своей тарелки и смаковал каждый кусочек с довольным выражением лица.

— Я знал, что ты нацелишься на Юконское заведение по воспроизведению потомства, прежде чем привел туда своих солдат.

Логично. Это было последнее гнездо в Северной Америке. Но если он не жил в Альберте, как и когда он начал выслеживать меня?

— Поэтому я устроил ловушку в особняке, — Салем прожевал, проглотил и уставился в тарелку. — Я организовал погоню, которая привела тебя туда. Ты убила много моих людей.

— Ты убил Джереми!

— Его убили дети-гибриды.

Кусок картофеля застрял в моем сдавленном горле.