Рассвет боли

Кэтрин Диан — Рассвет боли

(Вампирское Оборонное Агентство #4)

Перевод: Rosland

Редактура: Бреган Д'Эрт

Русификация обложки: Rosland

Глава 1

Кир

хмуро оглядел комнату в Бункере, где Рис вроде как жил. То есть, когда он не ночевал в «Ластере», борделе, принадлежащем матери Луки.

До прошлого месяца Рис жил в пригороде с 82-летней женщиной-человеком, которую он называл Герцогиней. Даже тогда Рис проводил много времени в «Ластере», но дом Риса с Герцогиней означал определённую степень стабильности, каким бы странным это ни казалось другим (включая Кира).

После перелома бедра Герцогиня переехала жить к своей дочери. А Рис вернулся к своей прежней привычке плыть по течению.

Да, конечно, Рис мог спать, где ему заблагорассудится. Но Кира это сводило с ума, бл*дь.

Единственное, что придавало комнате обжитой вид — это странный круг из открытых книг на полу, похожий на какой-то сатанинский ритуал в разгаре. Господи, неужели он читал всё это? Одновременно?

В остальном это был, по сути, гостиничный номер, со спартанским письменным столом, на котором стоял ноутбук Риса и банка Ред Булла, ванной комнатой с колючими полотенцами и неудобной кроватью, которую Рис задвинул в угол. Поверх одеял виднелся слабый след, как будто Рис лежал там, но не спал. Он редко спал, хотя по общению с ним этого не скажешь. Он всегда был полон изнуряющей энергии.

Но эта чёртова комната. В чёртовом Бункере. Это место, где можно переночевать, а не жить. Какого хрена Рис просто не переехал в аббатство, Кир не понимал. Там же три проклятых этажа и миллион проклятых комнат.

«Это не имеет значения, — с усилием напомнил себе Кир, — только не сегодня».

Сегодняшняя ночь посвящена осуществлению плана, над которым он работал некоторое время.

Кир протопал по коридору к гостиной-кухне, единственному ярко озарённому помещению в Бункере, за полустеной которого виднелись тускло освещённая тренировочная зона и мастерская. В гостиной справа от него Ронан хмуро смотрел в один из мониторов, и свечение экрана резко подчёркивало татуировки, поднимающиеся по его шее от воротника мотоциклетной куртки. Он просматривал запись с камер наблюдения, установленных Лукой две недели назад.

Нокс устроился на одном из диванов позади Ронана, держа в руке мобильный телефон и набирая большими пальцами сообщение, которое почти наверняка предназначалось Клэр. Кир сомневался, что глубокий, мрачный взгляд когда-нибудь полностью исчезнет из глаз Нокса, учитывая, какой адской была его жизнь на протяжении десятилетий, но в нём чувствовалась лёгкость, которой не было раньше, умиротворение, уравновешивающее боль. Нокс рассеянно

улыбнулся своему телефону. Затем он оглянулся через плечо, заметил Кира и немного выпрямился.

Когда Кир повернул налево, в сторону кухни, где Талия готовила кофе, он попытался смягчить выражение своего лица. Золотисто-каштановая бровь, вскинутая на середину её лба, свидетельствовала о том, что ему это не удалось.

— Где, чёрт возьми, Рис? — спросил Кир у комнаты, открывая один из шкафчиков и находя коробку печенья Nilla Wafers и старомодный пластиковый ланчбокс с изображением Капитана Америки во всей его патриотической славе.

— Наверное, не там, — протянул Ронан, сидевший за компьютером.

Кир бросил на него предостерегающий взгляд, который Ронан встретил с выражением «пошёл ты». Кир стиснул зубы и промолчал. Ему было хорошо известно мнение Ронана о том, над чем он работал последние несколько недель. «Хреново», — так Ронан охарактеризовал подход Кира.

Но у Кира были свои причины скрывать это от Риса, пока он не будет уверен.

Ему нужны были точные факты и ясные варианты, прежде чем он подключит к этому Риса. Он не хотел, чтобы Рис думал об этом ночами или неделями, не с его чрезмерно сложным мозгом. Киру нужна была инстинктивная реакция. Ему нужно было понаблюдать за этой реакцией.

Отсюда и план на сегодняшний вечер.

Заглянув в другой шкафчик, Кир обнаружил запас маринованных огурцов и чипсов из тортильи. Он сдался. Он всё равно не был голоден.

Осознавая, что Ронан всё ещё пристально смотрит на него, Кир сказал:

— Ронан, вы с Талией займитесь спаррингом, пока я найду Риса.

На лице Талии заиграла коварная улыбка.

— Почему? Потому что я готова ударить его, а он не готов ударить меня?

— Она может хоть раз провести спарринг с Ноксом, — проворчал Ронан.

— Нет, чёрт возьми, — возразила Талия. — Неважно, сколько раз я бью Нокса, он не собирается отвечать тем же, и это просто заставляет меня чувствовать себя куском дерьма.

— Ты явно не против ударить меня, — отметил Ронан.

— Это потому, что я уверена, что если я отвешу тебе подзатыльник достаточное количество раз, ты, в конце концов, начнёшь давать отпор. Я верю в тебя, Ронан.

Ронан вернул своё внимание к экрану.

— Я занят тем, что наблюдаю за Лукой, скорчившимся на крыше, как ниндзя-горгулья, и, вероятно, отмораживающим свою задницу. Держу пари, он бы не отказался от твоей компании, Талия. Просто пища для размышлений.

— Хотя мне больно это признавать, в слежке Лука лучше, чем я. У меня не хватает терпения. Кроме того… — она указала на свой кофе, давая понять, что тоже занята.

Даже несмотря на своё раздражение из-за отсутствия Риса и беспокойство по поводу плана, Киру потребовалась секунда, чтобы насладиться новой динамикой команды. Слава Идайосу за то, что Талия была здесь. Конечно, ради Луки, ведь они провели двадцать лет в мучительной разлуке из-за свихнувшегося отца Луки. Но и ради Тиши тоже.