Расстрельщик
Шрифт:
Корнеев распрямился. От тех двоих его прикрывала машина. А в машине сидели люди. Родные люди. И защита превращалась в западню. Корнеев запустил руку под пиджак, к пистолету, и так стоял, вглядываясь в лица приближающихся людей. Он уже знал, что не будет стрелять, потому что ему непременно ответят, и в машине никто не останется в живых.
– Вадик! – позвала жена.
Корнеев даже бровью не повел. Смотрел в глаза тем двоим и готовился умереть. Они подошли к машине с противоположной
Это было необъяснимо.
– Ну? – сказал он одновременно и вопросительно и ободряюще.
Но через миг понял, почему они не стреляют. Вовсе не потому, что такой у них приказ, а потому, что не могут. Напряженными взглядами оба косили за спину Корнееву. Он увидел у одного из них испарину на лбу и обернулся.
У него за спиной, метрах в пяти, стоял милиционер. Тот самый, который напугал Корнеева в универсаме. Но теперь он был не один. Еще двое сидели в бело-синих «Жигулях», и у одного на коленях лежал короткоствольный «калашников». Они о чем-то разговаривали и не обращали ни на Корнеева, ни на людей полковника ни малейшего внимания.
Корнеев глянул на своих преследователей почти с сочувствием.
– Облом, – констатировал он. – Такое случается в жизни, ребята. И единственный выход – перенести неприятность спокойно и с достоинством.
Он чуть склонил голову и сказал так ничего и не заподозрившим пассажирам в машине:
– Сейчас едем, мои дорогие.
Один из тех двоих дернул рукой. Но Корнеев не испугался. Засмеялся даже.
– Валяй, – позволил себе поглумиться он. – Вытаскивай свою игрушку. Тебя вон те ребята в два счета причешут. – И кивнул себе за спину.
По глазам этой парочки видел, что шум они поднимать не решатся. Их двое, а милиционеров трое, да еще Корнеев в придачу. Корнеев распахнул дверцу, плюхнулся на сиденье и скомандовал водителю:
– Вперед, брат!
А сам уже дотянулся до кнопки блокировки замка дверцы, нажал на нее, и те, снаружи, когда рванули за ручку, уже опоздали, конечно же. Они сгоряча еще пробежали несколько метров за машиной, прежде чем догадались вернуться к своему авто, а до него было целых двадцать метров, и на этом они тоже потеряли время.
– Гони, браток! – попросил Корнеев. – Если будешь ехать быстро, я тебе столько дам денег, что ты своему «жигулю» запросто сможешь сделать полный капремонт.
Рита, не привыкшая к такой щедрости Корнеева, во все глаза смотрела на мужа.
– Что деньги! Пыль! – философски заметил Корнеев и стрельнул взглядом вдоль проспекта. – На первом перекрестке – направо, браток.
Они сделали правый поворот, потом
– Останови, – попросил Корнеев.
Погони не было.
– Уф-ф! – сказал Корнеев.
– Что случилось, Вадим? Кто эти люди?
– Контролеры из автобуса, – пояснил Корнеев с усмешкой. – Пытались оштрафовать. Еле оторвался, ты сама видела.
– Контролеры, как же! – в тон ему ответила Тамара. – Я их не узнала, думаешь? Это же те двое, что к нам приходили.
Те самые, которым не открыли дверь и которых видела соседка.
– Ты с ними разговаривала? – быстро спросил Корнеев у Тамары.
– Я.
– А не открыла почему?
– Они говорили странные вещи, Вадим. Позвонили, я спрашиваю через дверь: «Кто?» Они отвечают: «Мы от вашего мужа, сослуживцы».
Ее приняли за Риту, уразумел Корнеев.
– Я возьми и спроси: «От Захарова, что ли?» А они замялись. Не знали, кто такой Захаров. Ты понял?
– Да, – сказал деревянным голосом Корнеев. – Тогда все понятно.
Потянулся к Тамаре и поцеловал ее. Последний раз делал это на их с Пашей свадьбе. Тамара порозовела.
– Спасибо, – сказал Корнеев.
– За что? – не поняла она.
– За все.
Она им всем жизнь спасла.
Глава 73
В открытое окно вплывал сладкий запах полевых цветов. Зеленый ковер стлался от дома к петляющей в низине дороге. Дорога казалась желтой лентой, оброненной на поле сказочным великаном. Было тихо и несуетно. Прокричал невпопад петух, и снова все смолкло.
Корнеев стоял у окна, бездумно разглядывая облака.
– Димке скоро в школу, – сказала за его спиной Рита.
– Еще целая неделя. Успеем.
– Успеем – что? – осведомилась Рита.
– Вернуться в Москву.
– Мы возвращаемся?
– Да, – ответил Корнеев и обернулся. – Теперь уже возвращаемся.
– А что изменилось, Вадим?
Они жили в деревне уже почти месяц. Рита, ничего не зная, а только догадываясь, что у Корнеева случилась какая-то неприятность, потеряла надежду в скором времени оказаться дома. Корнеев обнял ее.
– Все хорошо, милая.
– А было плохо?
В ее глазах застыл вопрос. И ожидание правды.
– Да, – признался Корнеев.
– Это связано с твоей работой?
– Да.
– Ты расскажешь мне, что произошло?
– Когда-нибудь – обязательно.
– Я боялась за тебя, – сказала Рита. – И сейчас боюсь.
– Сейчас не надо.
– Правда?
– Правда.
Вбежал Димка. У него коленки были в царапинах, но в целом он заметно поздоровел.