Рассказы
Шрифт:
Это была небезопасная игра. Телефонный разговор с хирургическим отделением мог лишь подтвердить убийце, что состояние потерпевшей безнадежное. Но пойти к телефону означало для криминалистов возможность изменить создавшееся положение. Может быть, по дороге удастся что-нибудь сделать. Если же нет, то кто-то из них должен взять трубку и звонить куда угодно, но не в хирургию.
— На первом этаже у вас канцелярия. Там есть телефон?
— Да.
— Так пойдемте? Позвоним главному врачу, и после разговора вы сдадите нам пистолет.
Барта попросил еще одну сигарету. Выкурил ее, немного поколебался
— Мне все равно, — предупредил он. — Я счеты с жизнью закончил, теперь как бы вам не закончить. Когда будем идти вниз, если сделаете какое-нибудь подозрительное движение — застрелю.
Вышли в коридор, криминалисты впереди, Барта за ними. «Он почти в шоке, — подумал Якеш, — а поэтому еще опаснее. Надо что-то придумать сейчас или на лестнице. Надо сделать так, чтобы он оказался между мной и Коуржилом, тогда удастся разоружить его. Старший лейтенант замедлил шаг, но сразу ощутил на спине дуло пистолета. Барта понял его замысел.
— Никаких штучек, я сразу стреляю!
— Этим бы вы не облегчили свою учесть, — усмехнулся Якеш и стал спускаться по лестнице.
Он надеялся на чью-нибудь помощь» ведь здание не пустое. Но эпизод, который преподнесла им судьба, был довольно грустным. По лестнице вверх поднимались трое мужчин. Идущий первым Якеш взглядом пытался внушить им: помогите. Но как он ни старался, никто не сделал преступнику подножку, не бросил в него чем-нибудь, не попытался отвлечь его внимание… Все трое испуганно уставились на пистолет и спокойно дали пройти мимо.
В канцелярию вели две двери. Первую, с матовым стеклом, Барта закрыл за собой. Прошли узким коридором и оказались в нужном помещении. Дверь канцелярии в коридор Барта оставил отбытой, чтобы видеть каждого входящего. Они оказались в небольшой прямоугольной комнате. На стенах по левой стороне и напротив входа от пола до самого потолка были полки, загороженные занавесками, а на полках — постельное белье для жителей «трехсотки» (неподалеку есть еще одно общежитие химзавода — «пятисотка», о котором еще пойдет речь).
Барта встал в угол между полками так, чтобы видеть коридор, зарешеченные окна и обоих криминалистов. Под окнами на тумбочке стоял телефон. Якеш сел рядом с ним, Коуржил встал около полок, ближе к преступнику. Теперь если бы Барта захотел занять место у телефона, ему пришлось бы пройти между обоими криминалистами, а этого он опасался. К тому же тогда он потерял бы из виду коридор.
Игра в «разговор с больницей» началась. Им удалось выиграть первый тур — установить связь с миром, который в тот день был таким веселым, полным музыки, солнца и красок, в котором жили родные и близкие. Теперь можно было попытаться потянуть время. Перед общежитием в служебной машине сидит шофер Тихий. Он скоро поймет: что-то случилось. А может быть, в районном отделении уже знают обо всем. Было бы идеально, если бы роль главного врача сыграл кто-нибудь из наших.
Барта в своем углу без конца повторял: только одно подозрительное движение — и он будет стрелять, так как жизнь для него уже потеряла смысл. Но для Якеша и Коуржила не потеряла смысл не только собственная жизнь, но и жизнь Барты. В эти минуты они, вероятно, больше, чем когда-либо, почувствовали, что каждый из них служит Справедливости. Они хотели взять преступника живым, без стрельбы.
Барта снова потребовал сигарету. Зажгли ему и положили на кран письменного стола заведующей общежитием.
Больница не отвечала, на линии были какие-то «помехи».
— Тут можно просидеть до вечера, — сказал Якеш. — Что-то хирургическое отделение не отвечает. Нужно проверить номер телефона. Пойду поищу справочник.
Он поднялся, и Барта направил на него пистолет. Потом подумал, что, если Якеш воспользуется ситуацией и исчезнет, тут останется заложником другой. На одного противника меньше. Показал пистолетом на выход:
— Идите. Справочник, наверное, у заведующей.
Старший лейтенант прошел через пустой коридор, открыл вторую дверь и вышел в вестибюль. Там было много взволнованных людей, но ни одного знакомого лица. Он не отвечал на многочисленные вопросы. Нужно быстро возвращаться назад. Этого требует не только долг, но и обычная мужская солидарность, которая заставляет шахтеров идти на помощь товарищам при несчастье в рудниках. Он не может покинуть Коуржила. Ему надо лишь проинформировать районное отделение общественной безопасности. И устроить так, чтобы больница в ответ на вопрос о состоянии охранницы дала нужную информацию.
Он пошел на квартиру заведующей. Дома был один Томечек. Его жена и шофер Тихий поехали на служебной машине в районное отделение. Значит, в оперативном штабе уже знали, что жизнь двоих сотрудников в опасности и что убийство, вероятнее всего, совершил Вацлав Барта. Якеш мог себе представить, что теперь творится в отделении. Скоро они будут тут. И тогда замедлявшее свой ход время снова обретет свой обычный ритм. Но надо было решить вопрос с больницей. Барта должен дозвониться куда угодно, только не в хирургическое отделение.
Томечек смотрел телевизор. Передавали репортаж о майской демонстрации в Праге.
— Кофе?
— Нет. Надо скорее возвращаться. Он потребовал телефонный справочник. Собственно, это я подвел его к мысли о справочнике, чтобы выбраться наружу.
— Пожалуйста.
— Нет, я его не возьму. Нам нужен лишь один номер. Вот только какой? В вашей «пятисотке» есть телефон?
— Конечно.
— Продиктуйте мне его. А теперь будьте внимательны. Запишите номер телефона отделения общественной безопасности. Когда я уйду, позвоните туда. Скажите, что я требую как можно быстрее прислать в «пятисотку» к телефону сообразительного парня. Когда телефон позвонит, он должен представиться как главный врач Черны из хирургического отделения больницы. На заданный ему вопрос должен ответить, что ранение пани Коутновой не угрожает ее жизни. Спасибо и до свидания.
Якеш говорил кратко: каждую минуту мог раздаться выстрел. Он прошел через шумный вестибюль с номером телефона «пятисотки» в руках — было бы неразумно перед Бартой лезть в карман — и вернулся в тихое помещение с зарешеченными окнами. Снова уселся у телефона и несколько минут тихо «ругался: черт знает что, сегодня человек никуда не может дозвониться.
— Так дозванивайтесь! — крикнул Барта. — Или…
— Не кричи не меня. Я не люблю этого. Все это время я только и делаю, что стараюсь вытащить тебя из беды. А пистолет можешь заложить за шляпу— я его знаю лучше, чем кофемолку.