Рассказы
Шрифт:
А Матти тем временем собрал все скомканные салфетки, брошенные в него Торр, и стал потихонечку кидать их обратно. Если Паркер не обращал на него внимания, то Ив же складывала у себя на коленях те, которые ей удавалось поймать. Когда у нее в руках оказалось более десятка бумажных комочков, она посмотрела на Торр.
– Ну что, кому мы объявим войну? – спросила она с вызовом.
– А с кем ты хочешь повоевать, любимая? – спросила Паркер.
– С Бекки, – медленно произнесла Ив, поворачиваясь к молодой девушке.
– За что? – спросила та,
– Было бы за что, Бекки, мы бы здесь так мирно не сидели, – сказала Ив, и все знали, что это была правда.
– Я встану на твою защиту, о, прекрасная принцесса! – воскликнул Лео, вскакивая на ноги.
Бекки покосилась на него, потом на Ив со скомканными салфетками в руках. Торр тоже поднялась. Без слов.
– Только не в этом ресторане! – взмолился Винсент. – Мои родители здесь ужинают!
– Боишься, что мама узнает, как ты шалишь? – бросил ему Матти, принимая сторону сестры.
– Ты кого назвал трусом, негодник? – сказал Винсент, вставая. – Я заставляю тебя взять твои слова обратно!
И он бросился в погоню за Матти. Тот лавировал между столиками, выдвигая на бегу стулья, чтобы создавать препятствия на пути у Винсента. Винсент же все эти стулья задвигал, чтобы создать как минимум видимость того, что все они приличные люди. Вдоволь набегавшись и запыхавшись, сгибаясь по полам от смеха, они, наконец, вернулись к своему столику.
– А теперь я хочу есть! – довольно произнесла Ив.
– Зрелищная часть была на высоте! – поддержала ее Сьюзан, с укором глядя на мужа.
Когда Паркер с Ив вернулись, в доме было уже темно и все спали. Ив отправилась на кухню за бутылкой «Lauquen Artesian mineral water». Торр не засыпала без того, чтобы сделать несколько глотков воды на ночь.
– Опять похмелье? – неожиданно раздался рядом голос Андреаса.
Ив включила свет и увидела отца Паркер, сидящего в пижаме за столом. Ничего не ответив, она открыла холодильник и достала оттуда бутылочку с водой.
– Говорят, Паркер спит на полу, если вечером напивается?
– Это вас не касается! – отрезала Ив, закрывая холодильник и поворачиваясь к Андреасу. Ее зеленые глаза горели яростным огнем. И только невероятное самообладание позволяли ей сохранять спокойствие в облике.
– Не жалеешь, что с ней связалась? – спросил он.
Ив бросила мимолетный взгляд на шкаф с мейсенским фарфором. И именно его неосознанность дала Андреасу понять, что ему лучше не развивать эту тему.
– Молчу-молчу! – торопливо сказал он. – Ты просто любишь ее! Поэтому не видишь того, что есть! – все же добавил он, не удержавшись.
– А вы не видите того, что вижу я, просто потому что не любите, – согласилась Ив. – Так оно, скорее всего, и есть.
И она ушла.
Андреас улыбнулся. И улыбка его была довольной.
– Пой
Они готовились ко сну. И никак не могли угомониться. Торр сидела на кровати, скрестив ноги по-турецки. Ив перед ней словно нимфа в белой шелковой сорочке танцевала, негромко напевая своим необыкновенным завораживающим голосом:
– Взгляни на этот мир, вращающийся вместе с нами, – пела она, исполняя простые движения в балетном стиле, от которых у Торр перехватывало в груди. – Даже когда темно, взгляни на этот мир, вращающийся ради нас.
– Даря надежду нам, и каплю солнца, солнца, солнца, – подпевала Паркер еле слышно.
– Я хочу петь вместе с тобой! – просила Ив, запрыгивая на кровать и беря руки Торр в свои.
– Но у меня нет голоса! – возражала Паркер.
– Есть, – смеялась Ив. – Это голос моей любви! Я хочу слышать тебя! Хочу петь с тобой!
– Взгляни на этот мир, вращающийся ради нас, – пела уже Торр, – даже когда темно.
– Могучее солнце, – подхватывала Ив. – Могучее солнце!
А потом она устроилась у Паркер на руках как маленькая девочка, опустив голову ей на плечо.
– Ты ведь знаешь, что я всегда была сумасшедшей? – спросила она шепотом.
– Да, – также шепотом ответила Торр.
– Потому что мне казалось, так я могу защитить себя от этого недружелюбного мира, – призналась Ив. – Играя не по его правилам.
Паркер провела губами по ее волосам.
– А сейчас, – продолжала Ив. – Сейчас мне так спокойно. Этого чувства опасности, бывшего со мной каждый день, его нет.
– Все так, – согласилась с ней Торр, сжимая ее в своих объятьях.
– Мне нравится так, – сказала Ив, поднимая на Паркер свои прекрасные зеленые глаза, в которых светилась благодарность.
– И мне, – услышала она в ответ.
Через день Ив уехала в Лос-Анджелес на студию звукозаписи. А в доме Торрегроссо уже с обеда стали собираться гости. На день рождения Надин было приглашено пол городка. Паркер вместе с остальными членами семьи встречала вновь прибывших. Все друзья Торр также явились запечатлеть миссис Торрегроссо свое почтение. Но как только они показались на пороге, Паркер вместе с ними отправилась праздновать в самый отдаленный уголок сада, чтобы не мешать своими разговорами и громким смехом остальным.
В отсутствие Ив Бекки вела себя несколько более свободно, чем весь предыдущий месяц. Торр никак не реагировала на ее поведение, просто старалась держаться от нее подальше. Но Бекки не унималась.
– Матти, поговори со своей сестрой, – попросила Паркер друга. – Что в словосочетании «у меня есть жена», ей не понятно?
– Наверное, приставка «фиктивная», – сказал ей Матти.
Торр уставилась на него.
– Если слово «фиктивная жена» ее не устраивает, то пусть она попробует другое. «Любимая», например. Или «единственная», – ответила Паркер резко.