Рассказы
Шрифт:
– Ты не дотронешься до меня! – выпалила Ив, балансируя на кровати и одновременно осматриваясь вокруг.
– Дотронусь, – отвечала Торр, медленно приближаясь.
Учитывая, что в комнате осталось не так много вещей, которые Ив могла поднять в воздух, и что большинство из них были достаточно тяжелыми, Паркер решила держать дистанцию, чтобы иметь возможность для маневра в пространстве.
Ив спрыгнула с кровати и схватила другую вазу с тумбочки. Классической надутой формы, с узким горлышком, с нежными бирюзово – коралловыми маками на ней. «Только не эта ваза!» – подумала Торр, запрыгивая на кровать. На счастье Паркер, Ив волновалась и эту вазу
– Не надорвись! – с явно проскальзывающей иронией в голосе сказала Паркер.
Тогда Ив дернулась к стулу. С полукруглой резной спинкой, цвета розового Маунтбэттена. Не успевая потягаться со стулом силами, Ив вскочила на него так, будто в комнате была мышь, повернувшись лицом к Паркер. Та стояла в шаге от нее. Ив отпрянула назад. Стул покачнулся. Инстинктивно, Ив резко метнулась вперед и оказалась в объятиях Торр. Если бы та не поймала ее, Ив определенно бы упала со стула. Но Паркер успела подхватить ее в нужный момент. Убедившись, что Ив не намерена оторвать ей голову, ни на секунду не переставая обнимать ее, Торр слегка разжала руки так, чтобы Ив соскользнула на пол. Та будто бы замерла. Одно дело бросать в Паркер вещи, в надежде, что те не попадут в цель. И совсем другое дело, на самом деле желать причинить боль. Ударить Торр Ив не могла. Не хотела. Она хотела целовать ее, любить, петь для нее, занимать собою все ее мысли, но никак не бороться с ней на самом деле.
– У нас фиктивный брак! – только и сказала Ив, поднимая на Паркер взволнованные глаза.
– У меня настоящие чувства! – только и ответила Торр, выпуская ее из своих объятий.
Ив понимала, что сейчас она может уйти, просто сделать шаг назад, и все между ними останется по-прежнему. Она вцепилась руками в рубашку Торр и спрятала лицо у нее на плече. Паркер еще крепче обняла ее, а потом подхватила на руки и отнесла в кровать.
Утром Эмбер с некоторой опаской заходила к ним в комнату. Вчера ночью она слышала странные звуки, доносящиеся от них. И сейчас поняла почему. Комната выглядела как поле боя. На полу были разбросаны подушки, цветы, осколки вазы, абажур от настольной лампы и ее основание в разных углах. Паркер же с Ив безмятежно спали. Обе на животе, головы повернуты в одну сторону. Красивая чуть загорелая рука Ив на обнаженной спине Паркер.
– Ну ничего себе! Мне тоже можно будет все здесь разнести в свой медовый месяц? – воскликнула Эмбер, ошарашено оглядываясь вокруг.
Ив, как всегда чуткая к звукам, проснулась и подняла на девушку голову.
– Чем вы здесь занимались? – спросила Эмбер.
– Сексом, – ответила Ив, садясь на кровати и сладко потягиваясь, одной рукой все же придерживая на груди простыню.
– Чем мы еще можем заниматься, – раздался хриплый голос Паркер, которая еще не открыла глаза.
– Мы ждем вас к завтраку, – сказала Эмбер, оценивая про себя масштабы разрушений.
Торр посмотрела на часы.
– К черту завтрак! Мы заснули два часа назад!
– Паркер? – переспросила Эмбер.
Торр перевернулась на
– К черту завтрак! – недвусмысленно повторила она.
Эмбер подняла руки в знак капитуляции и удалилась из комнаты.
– Папа, они просили их не ждать! – сообщила Эмбер, спустившись одна в гостиную.
– Наконец-то, – сказал Андреас сам себе.
К завтраку Ив с Паркер больше не появлялись за оставшиеся две недели.
– I go to sleep! Ее! – решила Торр.
Ив сидела за роялем, опустив руки на клавиши.
– Хорошо, – кивнула она с улыбкой и начала играть.
В гостиную вошел Андреас, а за ним Надин. Желая послушать пение Ив, они присели на диван. Ив пела. Паркер не спускала с нее восторженных глаз, застывшая, готовая уйти в таком состоянии в вечность, с голосом Ив в своем сердце. Ив поймала взгляд Торр и улыбнулась еще шире. Сейчас на ее лице не было и следа того капризного, угрожающего спокойствию окружающих выражения, что раньше. Они обе выглядели такими счастливыми.
– Это было прекрасно, – сказал Андреас, когда Ив закончила.
Паркер мельком посмотрела на отца. Потом подошла к Ив и притянула ее к себе.
– Чего ты сердишься? – спросила Ив, обвивая плечи Торр руками.
– Если бы он сказал, что-нибудь другое, я бы вызвала его на дуэль, – ответила Паркер.
– Влюбленная дурочка, – рассмеялась Ив, – люблю тебя!
Торр наклонилась, чтобы поцеловать ее. Ив подалась ей навстречу. Торр потеряла равновесие и сделала шаг назад. Раздались звуки задетых клавиш. Паркер случайно присела на рояль. Ив прыснула со смеху.
– Поберегите инструмент! – взмолился Андреас. – Достаточно вашей комнаты!
– Я уеду всего на пару дней, – говорила Ив, обращаясь к Паркер.
Они сидели вместе с друзьями в ресторане.
Винсент о чем-то смеялся со Сьюзан, Бекки и Лео выбирали вино, Матти строил смешные рожицы то Сьюзан, то Паркер поочередно. Сьюзан пыталась воззвать к его благоразумию укорительным взглядом. Торр же бросала в него скомканные салфетки. Он уворачивался и принимался за свое с еще большим рвением.
– Бекки, угомони брата! – сказал Винсент.
– Я поеду с тобой! – сказала Паркер Ив.
– И пропустишь день рождение матери? Ни в коем случае!
– Она поймет!
– Я не пойму!
– Ив!
– Можешь поцеловать меня!
– Вы щедры сегодня, как никогда, мадам Торрегроссо! – сказал Паркер, наклоняясь и легонько кусая женщину за шею.
– Поцеловать, а не укусить! – воскликнула Ив, упираясь руками в грудь Торр и несильно отталкивая ее от себя.
– А укусить? – спросила Паркер.
– Укусить дома! – отрезала Ив с наигранной строгостью в голосе.
– Как вы вообще из комнаты выходите? – удивился Матти.
– Огромным усилием воли, – ответила Торр с таким прискорбным выражением лица, что Винсент расхохотался.
– Боюсь, нам потребуется еще один медовый месяц, – продолжала она. – Но на этот раз, как полагается, на каких-нибудь островах, в глуши. Только море, Ив и кокосы.
– Кокосы? – спросил Лео.
– Кокосы, ананасы, без разницы, – ответила Паркер.