Рассказы
Шрифт:
Жест Леголаса ясно показывал, где именно располагается его недовольство. Приметно на два пальца выше заостренных кончиков ушей.
Лихолесский принц набрал номер Майтимо и в самых серьезных выражениях попросил об организации встречи с его отцом. Видимо, тон произвел должное впечатление, Майтимо пообещал перезвонить минут через пятнадцать, и к вящему удивлению обоих страдальцев таки перезвонил. Удивление стремительно превратилось в обалдение, потому что Феанаро не только согласился на встречу, но и передал, что ждет обоих прямо сейчас.
— Вот видишь… — прошептал вдохновленный Леголас и, не слушая ни слова из Линдировых отговорок, потянул его за собой.
Майтимо
Линдир откровенно трусил. Леголас тоже, но старался держать себя в руках.
Переступив порог мастерской Пламенного Духа, эльфы остолбенели. Мониторы, системные блоки, переплетения кабелей, принтеры, распечатки, клавиатуры, и горы, просто горы битых лазерных дисков заполняли помещение бывшей кузницы. Посреди сего хаоса восседал бывший мятежный, а ныне полностью реабилитированный, нолдо и самодовольно улыбался. Глаза его сверкали.
— Ага! Значит, допекло не только меня! — вскричал он. — Наконец-то! Униженные и оскорбленные собираются вместе. Ну, я вам всем покажу!
Феанаро пригрозил кому-то далекому и неведомому тяжелым, как молот кулаком. Он стремительно вскочил с места, заметался по мастерской, вытаскивая из разных мест толстые фолианты. Собрав преизрядную гору литературы он поделил её на две неровные половины, и большую половину водрузил в безропотно протянутые руки Леголаса. Линдиру досталась меньшая половина.
— Приступайте, мальчики! Я уверен, мы теперь их сделаем, как маленьких. Я им покажу фанфики! Они у меня увидят эльфийскую порнуху! Грузите вазелин бочками, господа! Грядет Большая Клизма! — выкрикивал Феанаро. — Будете смотреть по телику анимэ, а не в интернете висеть! Ишь ты удумали, на мою семью напраслину возводить!
Леголас едва сумев оторвать эльфийский взор от незабываемого зрелища торжествующего Феанора, перевел его на самодельную обложку самого верхнего тома. Заголовок гласил "Самоучитель для хакера. Напиши "вирус" сам". Автор Куруфинвэ Феанаро. Остальные творения были еще более откровенного содержания. Скажем, такая брошюрка, как "Убей админа" сопровождалась весьма красочными, можно сказать детальными рисунками, отмеченными крайним натурализмом, свойственным творчеству первенца Финвэ.
— А ты что думал? — весело вопрошал Феанаро. — Что я тут дурака валяю? Мелочи — это не мой метод, мой метод — глобальные решения. Или ты думал, что вирусы пишут люди? Три раза "ха-ха".
Видя, что полного понимания со стороны коллег по несчастью и не предвидится, Феанаро решил таки раскрыть свой суперплан.
— Мальчики, вкратце дело обстоит так. Мы заваливаем Интернет, к Морготовой бабушке, и тогда я погляжу, кто из слэшеров сможет напечататься в реале, и кто потратит кровные чтоб купить эту писанину. Держи карман шире, дружок. Пущай Перумова читают.
— А может быть, все-таки проще снова в Поход? — прошептал малодушный Линдир, ужаснувшись предстоящим объемам работы.
Хакерство его совсем не привлекало.
— Чего я там забыл? — удивился Феанаро. — Запомните, мальчики, у Перворождённых длинные руки! И прекрасная память. А у нас впереди много работы.
…Теперь дни Интернета были сочтены.
26.06.2005 г.
Золушка.
Осень.
Осень не торопилась в этом году, совсем не торопилась. В каких краях заблудились холодные ветры, где спрятались тяжелые темные тучи, с полными карманами затяжных дождей? Неведомо. Но оно и к лучшему, право слово. Серые стволы кленов колоннами подпирают золотой потолок листвы, сквозь которую сияет ослепительно синее, совсем не осеннее небо. Стучат о землю крошечными ядрами спелые каштаны, пахнет теплой пылью, и кусты мелких хризантем радуют взор. В такие дни нужно гулять, и лучше не по парку, а в лесу, а еще лучше — в компании друзей, с плетенкой вина и корзинкой, в которой головка сыра, несколько домашних колбасок, свежая буханка хлеба, и что-нибудь вроде марципановых булочек на десерт.
— Вам скучно, Ваше Высочество?
Тоненький голосок вырвал принцессу из омута приятных мыслей. Видимо, она слишком громко вздохнула.
— Нет, пусть маэстро продолжит.
Так вот… в такие дни нужно гулять на свежем воздухе, наслаждаться последними, теплыми деньками, а не сиднем сидеть в душной комнате и вполуха слушать, как козлообразный придворный менестрель преклонных лет изволит терзать бедную старушку-арфу. Музыке маэстро Люса неуклюже вторила флейта одной из фрейлин. И все это безобразие называлось здесь послеобеденным отдыхом. Здесь — это в королевском дворце, странном месте, где люди изощрялись в способах отравить себе и другим жизнь, выдумывая нелепые церемонии, неукоснительные правила этикета и всякие другие глупости.
Принцесса с тоской поглядела поверх плешивой головы менестреля в окно, из которого открывался великолепный вид на холмы, покрытые виноградниками. Где-то за ними, возможно, даже в лесу её батюшки, в этот момент принц со своей свитой скакал верхом в свое удовольствие. Ей же предстояло прослушать еще одну романтическую балладу, а затем запастись терпением, потому что Катрин станет читать вслух что-нибудь дьявольски нравоучительное. Когда сама умеешь читать, причем бегло и на двух языках, то слушать битый час как кто-то, безо всякого выражения, гнусавит себе под нос страницу за страницей, мучительно вдвойне. Принцесса вспомнила, как совсем недавно она забиралась в свою кровать с книгой и чуть ли не до зари читала о подвигах Роланда, или про диковинные путешествия господина Поло. Правда, потом ей доставалось от мачехи за перевод свечей, но с другой стороны, еще не известно, что хуже — визг склочной и недалекой женщины время от времени, или бесконечная надменная чопорность придворных. Как там любил говаривать батюшка? "Где родился, там и сгодился", — кажется. Батюшка, хоть и высокого рождения человек, но народной мудрости не чурался. Главный Управляющий Королевских лесов всю жизнь прожил вдали от бурных придворных страстей, спокойно пересидев в своем замке все перипетии большой политики. Ему олени, лисы да вепри всегда были дороже королевских почестей.
— Ваше Высочество, Ваше Высочество! Кажется, Его Высочество вернулся с прогулки! — пищит Мадлен, закатывая хитрые голубые глазки в притворном восторге.
Очень хорошо. Наконец-то.
Наследник престола врывается в будуар своей супруги как свежий осенний ветер и пахнет от него прелой листвой, конским потом и совсем немного — полынью. Горькой-прегорькой, как часы ожидания, которые становятся для принцессы все дольше и дольше. Карл сияет белозубой улыбкой и небрежно стряхивает с темных волос прилипшую паутинку, становясь центром всеобщего внимания и не слишком молчаливого обожания фрейлин.