Рассказы
Шрифт:
– Кем он был?
– тихо спросил он на лестнице.
– Что-что?
– Чем занимался?
– Нетерпение жгло Атриджа сильнее, чем миссис Матара.
– Видимо, коммивояжер?
Она отрицательно мотнула головой. Ее приятель, сказала она, был антикваром.
Значит, тоже еврей, подумал Атридж. А что касается профессии, то все складывается удачно - антиквары к нему заходят, мог прийти и этот. Что стоило миссис Матара обмолвиться где-нибудь на вечеринке, у тех же Мортонов например, что этажом ниже живет некий мистер Атридж, коллекционирующий картины
Она поднесла ключ к замку своей квартиры. Рука у нее дрожала. Удивляясь сам себе, Атридж сжал ей пальцы, не давая открыть дверь.
– Обещайте мне, - сказал он, - что уедете отсюда. При первой же возможности.
– Конечно же уеду. Да и как мне теперь оставаться?
– Мне будет неприятно сталкиваться с вами на лестнице, миссис Матара. Могу я считать, что мы договорились?
– Да, да, конечно!
Она повернула ключ, и они вошли в прихожую, отличную от прихожей Атриджа, как небо от земли, разве что размеры те же. Полная безвкусица, подумал он. На стенах колокольчики и две картины маслом кисти какого-то входящего в моду африканца; на одной изображены негритята на красном песке, на другой - негритянка с ребенком у груди.
– Боже!
– застонала миссис Матара, внезапно оборачиваясь. Ноги у нее не шли, и, качнувшись к Атриджу, она вцепилась в рукав его серого костюма, уткнув острое личико ему в грудь.
– Не стоит так волноваться, - сказал он, с трудом отрывая глаза от негритят на красном песке. Одна из ее ладошек скользнула с пиджака и очутилась в его руке. Холодная, костлявая.
– Нам надо это сделать.
– И он опять увидел себя чуть со стороны, словно продолжал рассказывать историю: стою там с ней, держу за руку и утешаю.
Они все еще были в прихожей, и он уже собирался подтолкнуть ее к дверям спальни, когда раздался какой-то шум.
– Боже мой, - шепнула миссис Матара. , Это муж, подумал он, зная, что и она подумала о том же. Пришел раньше обычного, обнаружил труп, а сейчас увидит, как жена стоит в обнимку с соседом.
– Эй!
– крикнул чей-то голос.
– Нет!
– Взвизгнув, миссис Матара рванулась в гостиную. Там кто-то забубнил, затем раздались всхлипывания.
Голос был мужской, но не супруга, явно не супруга.
– Ну, ну, успокойся, - бубнил голос, - успокойся же.
Миссис Матара продолжала всхлипывать. В дверях гостиной появился мужчина. Он был полностью одет, высокий, с бледным лицом и черной бородой. Ему сразу стало понятно, сказал он, что миссис Матара ходила за помощью, он услышал в прихожей голоса и все понял. Затем будничным тоном он доложил Атриджу, что теперь уже все в порядке, только вот некоторая слабость после идиотского обморока. По профессии он антиквар, объяснил он, а миссис Матара у него иногда кое-что покупает. "Потерял сознание", - сказал он улыбаясь. Последнее время у него бывают какие-то дурацкие обмороки, сказал он, надо
В дверях появилась миссис Матара и встала, привалившись к косяку, будто не могла идти. Она хихикала сквозь слезы, и антиквар, забыв, что только что говорил о ней как о своей клиентке, резким тоном предупредил ее, чтобы не закатывала истерик.
– Посмотрела бы я, - воскликнула миссис Матара, - что закатывал бы ты на моем месте!
– Успокойся!
– Бог свидетель, я ведь подумала, ты загнулся. Правда ведь?
– спросила она Атриджа, не глядя на него и не ожидая ответа.
– Вот и побежала вниз, в соседнюю квартиру. Я была в ужасном состоянии. Так ведь?
– Да, - подтвердил Атридж.
– Мы хотели тебя одеть и перетащить в его квартиру.
Атридж замотал головой - нет, он никогда бы не разрешил использовать свою квартиру для подобных штук. Но они не обращали внимания. Антиквар смутился, а миссис Матара мрачно глядела на него.
– Мог бы, черт тебя возьми, предупредить об этих своих обмороках.
– Извините, - сказал антиквар Атриджу.
– Мне жаль, что вас потревожили. Прошу прощения за миссис Матара.
– Ты за себя проси!
– закричала она.
– "Простите, мол, что я такой идиот!"
– Возьми себя в руки, Мириам!
– Сколько раз повторять? Я ведь думала, ты умер.
– Ну, не умер же. Просто обморок...
– Черт! Брось ты про эти дурацкие обмороки!
Тон миссис Матара напомнил Атриджу бывшую жену. Как-то раз у него разболелась голова, а она давай ему выговаривать - с той же стервозностью в голосе и почти теми же словами. После развода она, само собой, снова выскочила замуж - за какого-то Сандерса из химического концерна.
– Веди себя по крайней мере прилично, - сказал антиквар.
Такой неприятной парочки Атриджу еще не приходилось встречать. Жаль, что антиквар остался жив. Весь какой-то сальный, толстеющий, плечи усыпаны перхотью. Видно, как живот распирает сорочку, даже пуговица расстегнулась.
– Что ж, большое вам спасибо, - сказала миссис Матара, подходя к Атриджу и протягивая руку. Голос ее звучал равнодушно: полагалось благодарить, она и благодарила. Та же ручка, подумал он, влепила ему пощечину, а после искала утешение и поддержку в его руке. Она была все такой же холодной и костлявой.
– Пусть все это останется между нами.
– Она равнодушно, по обязанности, улыбнулась.
Антиквар открыл входную дверь. Он стоял и тоже улыбался, ожидая, пока Атридж уберется.
– Пусть это будет нашей тайной, - опять пробормотала миссис Матара, с девичьей стыдливостью опуская ресницы, - все это, - и она махнула в сторону антиквара.
– Извините, что ударила вас.
– Ударила его?
– переспросил антиквар.
– Да, там, внизу. Мы оба были в ужасном состоянии. Вот я и ударила. Она не могла сдержаться и захихикала.
– О боже!
– Антиквар тоже хихикнул.