Распутник

Маклейн Сара

Женские вздохи вокруг стола только усилили лихорадочное биение сердца Пенелопы. Майкл оказался слишком сладкоречивым.

— Непохоже, чтобы ее осаждал целый легион женихов, — ехидно бросила леди Холлоуэй и слишком громко засмеялась. — Не правда ли, леди Борн?

Услышав такой жестокий намек на возможность превратиться в старую деву, Пенелопа растеряла все до одной подходящие мысли. Она лихорадочно придумывала остроумный ответ, но муж пришел на помощь.

— Я не мог даже помыслить о них, — заявил он, серьезно глядя

прямо на Пенелопу. Она невольно зарделась. — Поэтому мы так быстро обвенчались.

Леди Холлоуэй хмыкнула в бокал с вином, а мистер Уэст тепло улыбнулся и спросил:

— А вы, леди Борн? Вас этот скоропалительный роман... удивил?

— Будь осторожна, милая, — произнес Майкл, и в его серо-зеленых глазах снова заплясали искорки. — Он процитирует тебя в завтрашних новостях.

Вокруг снова рассмеялись, а Пенелопа не могла отвести глаз от Майкла. Он пленил ее и опытной рукой удерживал в своей паутине. И, отвечая на вопрос газетчика, говорила она только для мужа:

— Нисколько. Правду сказать, мне кажется, я все эти годы ждала возвращения Майкла. — Она замолчала и покачала головой, отметив, как внимательно к ней прислушиваются все гости. — Прошу прощения... не Майкла. Лорда Борна. — И негромко виновато рассмеялась. — Я всегда знала, что из него получится чудесный муж. И очень счастлива, что он оправдай мои надежды.

В глазах Майкла сверкнуло удивление, но тут же исчезло, сменившись теплым смехом, таким незнакомым.

— Видите? Разве я мог не исправить свои порочные привычки?

— И в самом деле.

Мистер Уэст сделал глоток вина, глядя на Пенелопу поверх бокала, и на какой-то миг ей показалось, что этот человек видит всю их ложь также ясно, как если бы она вышила на своем платье «врушка», и знает, что они с Майклом поженились по причинам, весьма далеким от любви, и что ее муж не провел с ней ни единой минуты с тех пор, как отнес ее в спальню после подтверждения брака.

Что он прикоснулся к ней лишь однажды, чтобы их брак стал законным. А теперь проводит ночи далеко от нее, бог знает с кем, занимаясь бог знает чем.

Она демонстративно занялась десертом, надеясь, что мистер Уэст не станет больше вытягивать из нее информацию.

Майкл снова заговорил — сплошное обаяние!

— Конечно же, это неправда. Муж из меня никакой — не могу перенести даже мысли о том, чтобы расстаться хоть на минуту. Стоит подумать, что ее вниманием завладеют другие мужчины, и меня бросает в дрожь. Предупреждаю сразу — когда начнется сезон и мне придется уступать ее партнерам во время балов и гостям на званых обедах, я превращусь в грозного медведя. — Он помолчал, и Пенелопа отметила, как искусно он пользуется паузами, а в глазах у него сверкают искорки веселья, которого она не видела с их детства. Веселья, которого там на самом деле нет. — Вы все еще очень пожалеете, что я решил стряхнуть пыль со своего титула.

— Ни в коем случае, —

прервала его вдовствующая виконтесса. Ее обычно холодные глаза блестели от возбуждения. — Мы все просто в восторге, что можем вновь приветствовать вас в обществе, лорд Борн. Ведь право же, нет ничего более искупительного, чем любовь.

Разумеется, и это ложь. Браки по любви считались скандалом уже сами по себе, но Майкл и Пенелопа стояли ступенькой выше, чем вдовствующая виконтесса, а приглашение им прислал молодой Тоттенхем, и старуха ничего не могла поделать.

Майкл все равно улыбнулся, и Пенелопа просто не в силах была оторвать от него глаз. Когда он улыбался, все в нем оживлялось, на щеке появлялась ямочка, полные губы изгибались, и он казался еще красивее.

Кто он, этот мужчина со своими непринужденными шуточками и обаятельными улыбками?

И как она может убедить его остаться с ней?

— Да, это, несомненно, брак по любви... только посмотрите, как ваша невеста прислушивается к каждому вашему слову, — заговорил виконт Тоттенхем, явно стремясь поддержать их, и Пенелопе даже не пришлось изображать смущение, когда Майкл повернулся к ней. Улыбка его пропала.

Снова вмешалась вдовствующая виконтесса, многозначительно посмотрев на сына:

— Ну, если бы ты только взял пример с Борна и нашел себе жену!

Виконт коротко хохотнул, помогал головой и снова обратил взор на Пенелопу:

— Боюсь, Борн нашел последнюю идеальную невесту.

— У нее есть сестры, Тоттенхем, — заметил Майкл поддразнивающим тоном.

Тоттенхем благосклонно улыбнулся:

— Буду с нетерпением ждать знакомства.

Вот теперь все стало понятно. Это также просто, как отнять конфетку у ребенка, — Майкл с легкостью заложил фундамент знакомства Оливии с лордом Тоттенхемом и, возможно, брака с ним.

Ее глаза округлились, она изумленно повернулась к супругу, но он поймал ее взгляд и мгновенно перехватил инициативу:

— Будучи так страстно влюблен в жену, я просто не могу удержаться. Мне хочется, чтобы все вокруг тоже нашли свое счастье.

Такое вранье. Такое гладкое.

Так легко поверить.

Виконтесса опять вмешалась:

— Ну, лично я нахожу это восхитительной идеей. — Она встала, и все мужчины тут же повскакали на ноги. — Думаю, самое время оставить джентльменов обсудить это.

Остальные гости уловили намек, леди потянулись прочь от стола в соседнюю комнату, чтобы выпить там шерри и вдоволь посплетничать. Пенелопа не сомневалась, что центром внимания окажется она.

Она тяжелыми шагами последовала за виконтессой в прелестный небольшой салон, но едва успела войти, как на ее руку легла тяжелая теплая ладонь, и низкий голос Майкла пророкотал:

— Простите меня, дамы, но мне совсем ненадолго нужна моя жена, если вы не против. Я уже говорил, что не могу оставаться без нее ни минуты.