Распутанный
Шрифт:
— Я не могу вернуться в Затерянные города.
— Может, пока и нет, но я не это имел в виду, говоря «друг».
Киф нахмурился.
— Ты… предлагаешь пойти со мной?
Альвар откинулся на подушки дивана.
— Знаешь что? Честно говоря, я не знаю. Я скучаю по крошечной комнатке, которую снимал в своем городе. И по пирожным с медом… и да, по блинчикам, если тебе интересно. К тому же язык мне понравился… и музыка там потрясающая. Но… все это останется на своих местах через несколько недель или месяцев. Ну, может быть, не та комната, но я мог бы найти другую. И даже если они выбросят мою коллекцию масок, это того стоило бы, если бы я мог помочь тебе найти способ вернуться домой.
— Домой, — повторил Киф, наклоняясь вперед в своем кресле,
— Знаю, ты хочешь вернуться в Затерянные города, — сказал ему Альвар. — И ты должен это сделать! У тебя там своя жизнь и люди, которые тебе небезразличны. И я все еще думаю, что ты сможешь найти способ управлять своими способностями. Я пока не знаю, как это сделать. Но если Месмеры и Причинители могут вести нормальную жизнь, не применяя постоянный контроль над сознанием и не причиняя боль всем подряд, то уверен, что ты сможешь придумать, как не провоцировать всех. Особенно если у тебя есть помощь.
Киф пытался решить, стоит ли ему упоминать об упражнении по визуализации, которое он проделал в парке, когда Альвар добавил:
— И если Член Совета Терик смог сказать: «Нет, я больше не буду проводить никаких чтений, кроме как в особых ситуациях, потому что они создают слишком много проблем», — и люди согласились, почему ты не можешь сказать: «Забудьте об этом, я никого не запускаю, кроме как в этих конкретных случаях»?
— Хм. — Киф на самом деле не задумывался о том, насколько смелым это, вероятно, казалось, когда Член Совета Терик впервые начал ограничивать его посещения. — Но… Я не Член Совета.
— Нет. Но у тебя есть могущественные друзья. Уверен, что все, что потребуется, — это поддержка Мунларка, и ты сможешь устанавливать любые ограничения, какие захочешь.
Когда он так это сформулировал, это казалось почти возможным.
— За исключением того, что умение распознавать потенциал — это не то же самое, что способность определить, что у кого-то нет таланта, — напомнил ему Киф, поморщившись, когда наконец произнес слова, которых они оба старательно избегали. — Потенциал — это всего лишь шанс. Если ты ничего с этим не делаешь, это не имеет значения. Это никому не вредит. Но в Затерянных городах все зависит от таланта. Где ты учишься. Где работаешь. С кем ты подходишь по возрасту…
— Да, и этого не должно быть, — перебил его Альвар. — Честно говоря, вся система отбора талантов еще более разрушена, чем ужасный процесс подбора партнеров. Может быть, ты сможешь помочь им осознать это.
Киф покачал головой.
— Мы оба знаем, что этого никогда не случится.
— Не никогда. Перемены в Затерянных городах происходят медленно, потому что не было причин торопиться. Но Невидимки и Черный Лебедь форсируют события. У них совершенно разные решения, и некоторые из них, по общему признанию, намного страшнее, чем я предполагал, когда выбирал себе союзников. Но они все сталкиваются с одними и теми же проблемами. Так что, если победит не та сторона, на чьей стороне победа… что ж, тебе все равно не захочется оставаться в мире своей мамы. Возвращайся в Страну людей… мы будем ждать тебя здесь с дополнительными блинчиками! Но если твоя сторона победит, у тебя должна быть возможность устанавливать свои собственные границы… и я сомневаюсь, что кто-то станет спорить. Они создали правила телепатии, чтобы держать Телепатов в узде, не так ли? Так что ты можешь разобраться в правилах запуска… или называй это как хочешь.
И снова Альвар высказал несколько очень веских замечаний.
Было немного обидно, что он так долго тратил свой талант и энергию на врага.
— Итак… что именно ты предлагаешь? — спросил Киф.
— Понятия не имею. Я все придумываю по ходу нашего разговора. Но… может быть, мы могли бы переехать в другой город. Надеюсь, поселиться где-нибудь, где есть обслуживание в номерах, потому что, черт возьми, иначе я буду скучать по этому. И мы просто… попробуем разные вещи. Рано или поздно мы найдем что-то,
— Да, это сложно, — согласился Киф. — К тому же, у них уродливые ободки.
— ТОЧНО! Они сильно топорщат волосы и делают их торчащими в разные стороны.
— Да, и эти волосы слишком шикарны для такого обращения, — сказал Киф, проводя по ним пальцами, пытаясь вернуть им прежнюю аккуратную прическу. — Но… а как же ты?
— Я? — спросил Альвар.
— Да, и каков твой грандиозный план?
— У меня его нет. Я могу вернуться туда, где ты меня нашел. Или я мог бы отправиться в новое место. Теперь у меня есть еще несколько вариантов, когда я могу исчезать, так что… — Он пожал плечами. — Но если ты предпочтешь пропустить все это и разойтись в разные стороны, я пойму. Просто… не мог бы ты оказать мне одну услугу? Не принимай решения прямо сейчас, когда ты измотан, и у тебя все еще кружится голова от всех этих странных откровений. Подумай об этом ночью. И, может быть, еще прими душ, потому что от тебя ужасно воняет. Из-за вегетарианства, рвоты и того, чем ты занимался весь день, из-за чего ты был таким мокрым и потным, вокруг тебя витает довольно сильный аромат. — Он понюхал воздух и закашлялся. — Да, обязательно прими душ. Затем попытайся немного поспать. Позавтракай… я, конечно, рекомендую блинчики. А потом решай. Это даже не пустая трата времени, потому что тебе действительно нужен отдых. И еще этот душ. Я уже упоминал, что от тебя воняет?
Киф не удержался от смеха, когда Альвар заткнул нос и отогнал воздух от лица.
И, вероятно, потратить ночь на то, чтобы все обдумать, было разумной идеей.
— Прекрасно, — сказал он. — Думаю… Увидимся утром.
— Только если ты примешь душ. Если нет, я беру назад свое предложение. Ты можешь оценить свои способности по своему вонючему «я».
Киф фыркнул, и его мозг наполнился миллионом язвительных замечаний, и это было приятно.
Он хотел пошутить с Альваром.
Но, вероятно, ему следовало подождать, пока он по-настоящему не примет решение, прежде чем начинать вести себя так, будто они лучшие друзья.
И ему все еще требовалось больше времени, чтобы все обдумать.
То, что он возьмет Альвара с собой, когда уедет из Лондона, будет совсем не похоже на то, как он притащил его туда в первый раз.
Это больше не будет испытанием.
Ему придется доверять Альвару.
Кроме того, Кифу будет нужно гораздо больше скрывать от своих друзей.
Да, ему и так уже приходилось скрывать от них, что Альвар жив, и что он столкнулся с ним. Но чем дольше он проводил времени с Альваром, тем труднее ему было рассказывать кому-либо что-либо о своем пребывании в Стране людей, не прибегая к постоянной лжи.
Душ не помог ему найти ответы на все вопросы, но все эти модные мыла и шампуни, по крайней мере, заставляли его пахнуть, как поле цветов, что, как он надеялся, было лучше, чем Потная Тварь, которая валялась в Веджимайте и блевотине.
После этого он попытался лечь в постель, но чувствовал себя слишком возбужденным, чтобы заснуть. Его ноги также ныли от долгой ходьбы, так что сборы пришлось отложить.
Поэтому он схватил свой альбом для рисования, дневники, различные карты и списки и улегся в постель, чтобы внести кое-какие очень важные изменения.