Расплата

Уилсон Роберт

Его лицо покраснело, в висках стучало.

Риси показал, как правильно выполнять упражнения. Бритый сделал каждое пятнадцать раз. После скручиваний он без сил распластался на полу, сердце трепыхалось в груди, словно птица в клетке.

– Обычно я делаю в десять раз больше, – заметил Риси.

Всем видом показывая, как ему худо, Бритый перевернулся на живот, поднялся на четвереньки, дополз до тумбочки и натянул куртку.

– Сколько выкуриваешь в день? – поинтересовался Риси.

– Две пачки.

– Идиот.

– Что

тут скажешь, люблю делать то, что у меня хорошо получается.

– Курить?

– Ага, у меня всегда был талант к курению.

– Умеешь пускать колечки дыма из задницы?

– Если вежливо попросишь, покажу. Научи меня отжиматься на одной руке. Хочу похвастаться перед парнями в пабе.

– У тебя и на двух руках с трудом получается.

– Да, но дело ведь не в силе? Главное – техника.

Риси принял упор лежа.

– Первым делом ты должен стать жестким, как доска, – сказал он. – Для этого напрягаешь бедра, ягодицы и живот. Упираешься двумя руками и поднимаешь правую…

Это были его последние слова. Поймав нужный момент, Бритый выхватил пистолет и выстрелил точно в затылок Риси. Без глушителя – иначе сложно было спрятать пистолет в куртке. Грохот выстрела эхом раскатился по помещению.

– Что ты увидела? – повторил Джордан.

– Около полуночи ворота открылись, – Алишия с трудом возвращалась к пережитому, – и появилась машина, которую я узнала…

Звук выстрела оглушил Джордана. Он сорвал с головы наушники, вскочил, оборачиваясь, и отпрянул, увидев перед носом дымящийся ствол пистолета.

– Руки за голову, – приказал Бритый.

Краем глаза Джордан заметил расплывающееся вокруг простреленной головы Риси кровавое пятно и повиновался.

– На колени!

Джордан неуклюже опустился на пол.

– На кого ты работаешь? – спросил Бритый.

– С чего ты взял, что я вообще на кого-то работаю?

– После каждого сеанса ты кому-то звонишь. Записываешь все разговоры. Кто тебе платит?

– Хочешь знать, кого бояться? – ухмыльнулся Джордан.

– Никого я не боюсь.

– Скажешь это Макманусу, когда тот узнает, что ты застрелил его друга.

– Этому ирландскому отморозку?

– Он достанет тебя, – уверенно кивнул Джордан. – Пусть не сегодня или завтра, но обязательно достанет.

Бритый выпустил пулю в стеклянную панель напротив стола. Та разлетелась вдребезги. Джордан инстинктивно увернулся от осколков. Алишия не сразу поняла, что перед ней больше не ее отражение, а реальный мир. Напротив нее на коленях стоял мужчина, а еще один, бритоголовый, стоял сзади и держал его на мушке. Девушку охватил ужас.

– На четвереньки, пес! – приказал Бритый.

Джордан подчинился.

– Ползай, как заставлял ползать девчонку.

Уткнувшись носом в пол, тот

пополз.

Бритый выстрелил ему в ногу.

Джордан завалился на бок и скорчился от боли. Бритый повернулся к Алишии и крикнул:

– Надень маску! Живо!

Девушка пошарила в поисках маски, нашла ее у подушки, надела.

– Что вы… – начала она.

– Заткнись! – рявкнул Бритый. – Руки за голову, не двигайся, пока не скажу.

Он подошел к Джордану. Тот лежал с закрытыми глазами, обхватив раненую ногу, и тяжело дышал. Бритый пнул его. Джордана бросило в жар, и в то же мгновение Бритый пустил пулю ему в лоб. Алишия от ужаса скатилась на пол с кровати.

– Сядь! – крикнул Бритый.

– Я знаю ваш голос, – сказала девушка, все еще не отойдя от шока. Мысли путались в ее голове. – Думаю, вы только что совершили очень большую глупость.

– Вот только посмеяться над ней некому, – сказал Бритый.

Глава 18

13 марта 2012 года, вторник,

5:00 по местному времени, 1:00 по лондонскому

Пакистан, Лахор

Агент Амира Джата никогда не пользовался парадным входом. У него был ключ от задней двери, и он мог приходить и уходить незамеченным. В этот раз он шагал через маленький садик, заметно волнуясь. Агенту не терпелось порадовать босса свежей сенсационной информацией.

Пусть официально генерал-лейтенант Амир Джат и вышел в отставку, его рабочий график ничуть не изменился. Джат по-прежнему вставал в четыре утра, занимался бумажной работой, а позже, в шесть, принимал посетителей. Вот и сегодня он поднялся ни свет ни заря, но по другому поводу. Амир Джат ждал своего спецагента, который собирал данные исключительно о Фрэнке д’Круше. Вся информация передавалась устно, никаких записей или документов, и только в те часы, когда дома не было никого, кроме хозяина.

Фрэнк д’Круш занимал в мире Джата особое место. Отставной генерал ненавидел его больше, чем кого бы то ни было. Не только потому, что д’Круш не был мусульманином, или потому, что в прошлом был актером, что одновременно вызывало в Джате зависть, отвращение и презрение. Фрэнку была известна единственная слабость генерала, и тот не мог позволить, чтобы о ней узнали другие. Амир Джат был убежден в том, что не должен внушать людям ничего, кроме страха. Он знал, что д’Круш тоже боится его, однако, будучи хорошо подкованным в вопросах политики, Джат понимал, что ситуация может в любой момент измениться. Его карьера может рухнуть. Поэтому он стремился выяснить как можно больше о Фрэнке, даже если это не имело отношения к делам официальной разведки.