Расколотая радуга
Шрифт:
— Ну еще немножко, еще, — задыхаясь, шептал Майкл.
Кэтрин ушам своим не верила. Неужели мужчина так же уязвим в сексе, как женщина? Расхрабрившись, она сжала руку сильнее.
Майкл так стремился к финишу, что выгнулся на одеяле и весь вспотел, в то время как Кэтрин, сжимая ладонью нежную, бархатную головку, большим пальцем поглаживала твердую плоть.
— Боже, Кэтрин! Какое блаженство!
Майкл весь дрожал, судорожно сжимая пальцы, пока нектар страсти струился в ее ладонь. Это было как извержение вулкана.
В какой-то момент Кэтрин
К тому времени, когда Майкл расслабился, Кэтрин уже полностью овладела собой.
Он откинул назад ее волосы, положил руку ей на плечо.
— Вам было неприятно?
Интересно, сколько нашлось бы мужчин, задавших ей в подобной ситуации такой вопрос, подумала Кэтрин.
— Чуть-чуть, — ответила она. — По-моему, секс — это занятие для дикарей. — С необычайной нежностью Кэтрин сжала своего поверженного врага. — Он полностью обезврежен. Из грозного оружия превратился в невинного птенчика.
— И я тоже, — усмехнувшись, ответил Майкл.
Кэтрин краем простыни стерла с их тел нектар страсти, и тут страх в ее душе уступил место сожалению. Греховная жидкость несла в себе семена жизни. Если Кэтрин отважится по-настоящему переспать с Майклом, возможно, у них будет ребенок. Кэтрин вообще любила детей, но родить от Майкла было бы настоящим счастьем.
Майкл прижал ее к себе, стал нежно гладить, и постепенно грусть ее рассеялась. Откуда в нем столько искренности и доброты? Наверное, он много страдал.
— Вы это имели в виду, говоря о всевозможных способах удовлетворения мужчины?
— Не только мужчины. Он погладил ее между бедер.
— Вам знакомо чувство, которое испытал сейчас я?
— Но ведь я женщина! — удивилась Кэтрин.
Он едва сдерживал смех, что было видно по его глазам, но, когда заговорил, голос его звучал серьезно и необычайно нежно:
— Это не имеет значения. Ощущения, я думаю, те же. Только техника разная.
Она уткнулась лицом ему в плечо.
— Вы просто не в курсе дела, — произнес Майкл. — Позвольте, я покажу вам, как это делается.
И он наклонился к Кэтрин, чтобы поцеловать ее. В ней снова вспыхнуло желание, на этот раз без примеси страха. Теперь ее тайный враг не скоро поднимет голову, это уж точно, так что какое-то время она может безбоязненно наслаждаться ласками Майкла.
А он, обезвредив, по его собственному выражению, негодяя, ласкал Кэтрин уже спокойнее, смакуя каждый поцелуй, каждое прикосновение к ее прекрасному телу. Зато Кэтрин отвечала ему со всей нерастраченной силой любви и страсти, радуясь, что не надо подавлять в себе вполне естественное для каждой женщины желание.
Его рука скользнула вниз и остановилась у запретного места, играя колечками темных, шелковистых волос. Горячая волна захлестнула Кэтрин, она даже перестала дышать, прислушиваясь к еще не ведомым ей ощущениям.
— Ну что? — произнес Майкл. — Убрать руку или не надо?
— Не надо… Так приятно.
Он снова прильнул губами к ее губам, в то
— О небо!
В этот момент большой палец Майкла добрался до крохотного бугорка у нее внутри. Кэтрин задрожала, ее бросило в жар. Огонь в теле вспыхнул и тотчас погас. В полном изнеможении Кэтрин прижалась к Майклу и обхватила его руками.
— О Боже… Это то, о чем вы говорили?
— Совершенно верно. — Он поцеловал ее в лоб. — Вам не понравилось?
— Как-то странно, когда теряешь власть над собственным телом. Но я не жалею, что попробовала. По крайней мере поняла, почему секс имеет такое значение в жизни людей.
Поняла она также эмоции Колина. Он просто не умел обуздать свою страсть, отсюда его грубость и нетерпение. Сама же она не в силах была побороть в себе страх.
— И зачем только я солгала вам? — вырвалось у Кэтрин. — Ведь я не хотела, но у меня не было выбора. Точнее был, но я об этом не знала. Даже представить себе не могла, что отважусь заговорить о своей патологии.
— Прощено и забыто.
Лежа на боку, Майкл прижимал к себе Кэтрин, касаясь своим мягким бархатным халатом ее такой чувствительной кожи.
— Я все больше убеждаюсь в том, что у вас нет никакой патологии. Разве что ваша сверхъестественная красота!
— Послушать вас, так я само совершенство.
Она потерлась о него щекой, как кошка.
— Кто научил вас быть таким чутким?
— Отвратительные ошибки, которые я совершил.
— Одна из них — ваша любовь к замужней женщине? — нерешительно спросила Кэтрин. — Безумная страсть?
— Да. Самая худшая.
Ему не хотелось вспоминать о пережитой трагедии, но Кэтрин только что открыла ему свою тайну, и он не мог не ответить ей откровенностью на откровенность.
— Я влюбился в жену близкого друга. Столь же привлекательную, сколь и коварную, хотя понял это лишь годы спустя. Она предала всех мужчин, которые когда-либо любили ее. Просто из злобы старалась поссорить меня со своим мужем, как я уже сказал, лучшим другом, и чуть было не достигла цели.
Майкл не мог вспоминать об этом кошмаре без дрожи. Когда Каро умерла, она была беременна и, возможно, носила под сердцем его ребенка.
— Она уверяла меня, что муж собирается ее убить, и если это случится, я должен буду отомстить за нее. Я обещал, хотя не сомневался в том, что это плод ее фантазии. Вскоре она погибла во время несчастного случая, но при весьма странных обстоятельствах, и я оказался перед выбором — либо убить друга, либо нарушить данную любимой женщине клятву.