Раскол

Херндон Кори Дж.

– Наконец-то они уходят, - сказал Пивлик.

– И идут прямо в столицу, - сказала Криксизикс.

Пивлик, по своему обыкновению, сразу же начал размышлять о том, что весь этот кошмарный поворот событий означал для самого Пивлика. Баронесса оставила его за старшего всего на несколько дней, и за это время все поселение было разрушено. Со своего нового ракурса Пивлик видел и огромное количество рухнувших башен копателей. Котел был уничтожен полностью и выглядел тревожно выровненным, а на границе территории Селезницйев, и по всем полям Голгари бушевали пожары.

Он

мог бы воспользоваться возможностью, и предупредить Утварских Груулов, но племя Вор Голозара было сейчас далеко от его мыслей. В первую очередь он нес ответственность за свою баронессу, а она находилась в столице. «Нет», поправил себя Пивлик, в первую очередь он, как всегда, нес ответственность за себя. Но предупреждение баронессы расценивалось, как защита интересов Пивлика, решил он. Так ему было проще думать об этом решении. А, поскольку баронесса была сейчас, к несчастью, непосредственно на пути трех из пяти чудовищ, только что, всего за пару часов, уничтоживших ее финансовое состояние, то он будет никудышным Оржовцем, если не найдет способ обратить все это в свою пользу, с зачетом в колонке Пивлика.

Криксизикс покачала головой.
– Я не знаю, что делать, - сказала она.
– Все пропало. Даже если команда экстренного противодействия прибудет сейчас, все это место... есть еще кое-что, что я должна тебе сказать. Здесь был Нив-Миззет.

– Дракон?
– спросил Пивлик.
– Точно! Я помню, что видел дракона. Он был... Он был вроде бы хорошим драконом, да? Куда он делся?

Криксизикс указала на горизонт.

– Его больше нет.

– Он погиб?

– Нет. Но я... не думаю, что он скоро вернется, - сказала Криксизикс.
– Похоже, мне придется действовать без его наставлений. По крайней мере, пока.

– Думаешь, у тебя проблемы, - сказал Пивлик, полагаясь на свое старое, доброе благое неведение.
– Мне предстоит рассказать баронессе обо всем этом. Ты же, с другой стороны - кто знает, где сейчас Нив-Миззет? Понимаешь, дорогая моя? Ты говоришь он оставил вас всех, но, может быть - может быть, он оставил тебя за главную, да? Кто может сказать иначе?

На мгновение, Криксизикс выглядела так, будто она была готова зубами отгрызть у беса крылья. Затем она начала хихикать с легким налетом безумия, но к облегчению Пивлика, это разрядило очевидно напряженную обстановку.

Они приземлились на устойчивую часть разрушенного здания межгильдиевых курьеров. Двое из курьерских големов валялись раздавленные и недвижимые среди обломков, но мраморный пол здания остался целым.

Они нашли немного еды в уцелевшем холодильнике и поживились холодными лепешками и сухими фруктами, перекидываясь парой слов в бессмысленной поверхностной беседе, помогающей отойти от пережитого шока.

Наконец, лицо гоблинши снова посерьезнело.
– Спасибо, Пивлик, за твое предположение. Ты уверен, что должен вернуться в столицу?
– спросила Криксизикс.

– После такой-то катастрофы, - сказал Пивлик, -

мне бы, вероятно, стоило улететь на другой край мира. Но я должен добраться до баронессы, да. Что ты будешь делать, моя дорогая?

– Огры, вроде как, эмм, избрали меня старшей, - сказала Криксизикс, расплывшись в странной, но гордой улыбке, не смотря на общее опустошение.
– Они сказали, что в подобные кризисные времена ограм нужен вожак, а один из них увидел этот небольшой фокус, - она указала на свои ступни, - и они решили, что я идеально подхожу на эту роль. Очень практичные огры. И кто-то же должен помочь раненым. Большинству удалось сбежать, я думаю, но под развалинами все еще могут оставаться люди. Пока я не удостоверюсь в обратном, я буду стараться им помочь. Эта команда экстренного противодействия когда-нибудь доберется сюда, и я собираюсь нагрузить их работой.

– А что с...

– Драконом?
– сказала Криксизикс.
– Я скажу им... что-нибудь. Еще не знаю, что. Великий Нив-Миззет, на самом деле, никогда не был практичным управленцем, когда дела касались гильдии.

* * * * *

– Святейшая, - сказала Венслов. Она инстинктивно потянулась за одной из 'капель на своем поясе, но перед тем, как она смогла отломить ее край и применить в самой жуткой из ран Разии - зияющей дыре в груди ангела, в которой виднелось сердце и ребра - гилдмастер подняла руку.

– Нет, я не могу... не используй их, - выдавила из себя она.
– Оставь их себе.

Разия была в еще более ужасном состоянии, чем все, окружающее ее пространство. Гилдмастер Борос сидела в прикрытой нише, за капитанским мостиком. Ее правая рука заканчивалась обожженной, изувеченной конечностью, больше напоминавшей когтистую лапу, чем руку. Ее священного меча нигде не было видно. Прожженные, выбитые дыры и суровые раны виднелись сквозь трещины в ее изящной, некогда сверкающей броне.

– Вы ранены, - запротестовала Венслов.

– И твои 'капли не помогут, - сказала ангел, осматривая новоприбывшую. Ангел, должно быть, узнала трех-крылый значок на груди Венслов, поскольку добавила, - Рапортуйте, воздушный маршал.

– Другие ангелы... остальные мертвы, - сказала Венслов, немного подумав, с чего должен начаться ее рапорт.
– Я не обнаружила никаких признаков неприятеля. Я полагаю, Вы остались одна, Святейшая. Прошу прощения за вопрос не по протоколу, но что здесь произошло? Кто все это сделал, сэр?

– Если ты здесь...
– прокашлялась ангел, - если ты здесь, должно быть, мы вернулись в Равнику.

– Мы в небе над Равникой, сэр, - сказала Венслов и, воспользовавшись открывшейся темой, добавила, - мы летим по курсу столкновения с Центром столицы, Святейшая. Судя по всему, штурвал уничтожен. Я... я не уверена, что мне делать. Мне нужна Ваша помощь. Вы можете встать?

– Да, - сказала ангел, но все еще не предприняла для этого никаких усилий.
– Штурвал. И остальные... все уничтожено. Все мертвы. Я помню. Было нападение. Мы были на войне. Враги взяли нас на абордаж.