Раскол
Шрифт:
Кто, мчась изо всех сил в штабной аэродром с сообщением высочайшей важности, настолько отвлекся на мысли о невезучести Флэнга, что пролетел слишком близко к нижнему краю воздушного тротуара, был выбит из седла, и камнем рухнул вниз, разбившись о крышу, как нарочно, любимого ресторана Флэнга?
Флэнг.
Глава 9
Слушайте, я понятия не имею, куда они подевались. Я также не знаю, что они сделали с вампиром. Да, я знаю волка. Уверен, что он поправится. Хотя, знаете, почему бы вам не написать, на все это - "Без комментариев".
Пушок - она уже давно перестала думать о себе, как о Пьеракор Аз Винренн Д'рав - появилась в пронизывающем до костей холоде города призраков. За время ее службы в воджеках, она была прикована к поверхности мира, и была вынуждена передвигаться по земле. Но, спустя два года поисков по всей Равнике, шаг за шагом преследуя исчезнувший Парелион, она вновь привыкла к ощущению ветра, обтекающего ее крылья. Порывам, восходящим потокам, облакам, осязаемым объятиям воздуха.
Здесь не было ни ветра, ни воздуха. Пушку не нужно было дышать, кроме тех случаев, когда она желала говорить, она летела в открытом пространстве, но это был не настоящий полет. По ощущениям, это было больше похоже на движение в пустоте, с помощью усилия воли.
Все здесь работало иначе. И уж конечно, выглядело неузнаваемо. Она жила уже очень, очень долго, но никогда не видела ничего, подобного Эйджирему.
Мир Равники исчез. Пушок летела низко, над бессистемными лоскутами города, который словно был задуман безумными богами с ужасным чувством юмора, и еще худшим чувством эстетики. Нечто, подобное вывернутому наружу гетто Рекдосов покоилось на вершине выпуклого, искаженного Селезнийского дозорного дерева. Дороги отрывались от поверхности земли и искривлялись в невозможных арках, безо всякого уважения к логике и гравитации. Призрачные жители летали повсюду, заставляя окружающий мир мерцать и меняться при каждом их движении.
Больший интерес представлял корабль, призвавший ее сюда. Парелион парил с обвисшими парусами, не имея возможности, наполнить их ветром.
Она, наконец, нашла своих исчезнувших сестер. Если бы она могла оторвать взгляд от великолепного вида Парелиона, она смогла бы заметить нечто большее. Целый рой светящихся белых фигур вздымался из лоскутного города на встречу летающей крепости, мелькая в ее периферийном зрении. Она не обращала на них внимания.
Команда крепости. Она соскучилась по ним.
Ангел слышала их зов каждой магической фиброй своего естества, их отсутствие отзывалось в ней болью, манящей ее с огромного расстояния. Золотые перила Парелиона сверкали в бессолнечном небе, белые паруса блестели, приветствуя ее, все палубы и взлетные платформы были открыты, воздушные сферы светились, словно объятые пламенем.
Мелькающие силуэты покинули ее периферийное зрение и заполнили прямую линию обзора. Ангелы были осаждены.
Члены команды появились на посадочных палубах, летя навстречу хаотичному рою летающих призрачных силуэтов, бесконечной рекой эктоплазмической энергии поднявшихся из Эйджирема. Троицы ангельских крылатых стражниц разрезали их, словно копья, навсегда рассеивая призраков в крошечных белых вспышках энергии, но численность врагов чудовищно превосходила крылатых воительниц. Пушок видела, что маневры ангелов были импровизированными, и координировались в спешке, на ходу. Парелион населяло около тысячи ангелов, но уже, прямо на ее глазах, одна из этой тысячи рухнула вниз с этого странного, искаженного неба, под роем вопящих аморфных силуэтов. Обреченная ангел исчезла в чем-то, похожем на масляное озеро, в постоянно меняющемся пейзаже этого жуткого места.
После всего того, через что она прошла, чтобы попасть сюда, обратного пути
Стая воющих привидений отделилась от общего потока и направилась к ней навстречу. Привидения звали ее, звали ее по ее полному ангельскому имени. Пушок почувствовала страх. Нет, не просто страх. Ужас. Она поняла, почему привидения выглядели такими знакомыми.
Безликие.
Она сложила крылья и нырнула вниз. Если ей удастся миновать стаю призраков безликих, она могла бы пробиться к Разии, возможно, вывести Парелион назад, в физический мир, который так в нем нуждался. По крайней мере, таков был ее план. Но привидения следовали за ней со скоростью мысли и возникли перед ней до того, как она поняла, что они вообще двинулись с места. Главарь призраков засветился и утратил прозрачность. К тому времени, как кулак призрачного безликого врезался с челюсть Пушка, он уже ощущался вполне твердым. Она едва не выронила меч от неожиданности, но сумела удержаться, пятясь назад, в безвоздушной пустоте. Она пришла в себя довольно быстро и нанесла яростный удар по лысому фантому, разрезав его пополам с такой легкостью, будто он был струйкой дыма.
Призрак безликого испарился во вспышке света.
Могло ли привидение умереть? Пушок не была философом, но она поняла, что, по крайней мере, их можно было уничтожить, и, вероятно, это и отличало Эйджирем от физического мира. Здесь не было никаких колебаний, лишь вспышка, хлопок, и пустота. Перед тем, как она смогла продолжить рассуждать о безликом, еще один удар, на этот раз сзади, сбил шлем с ее головы. Затем кулак врезал ей в живот. Оглушенная, ангел поплыла вниз. Она с дикой силой размахивала мечом, надеясь оторваться от назойливых противников и добраться до Парелиона.
Она видела еще больше белых вспышек, а затем она с радостью заметила Анезку, первого заместителя Разии.
– Пьеракор?
– с удивлением воскликнула Анезка. Лицо ангела отражало смесь шока и счастливого признания. Это немного успокоило тревогу Пушка о ее самовольном прекращении воджековской службы.
– Пьеракор! Ты услышала нас! Пойдем скорее. Нам нужен каждый меч, который мы можем...
– Еще одно привидение подлетело к ним на суицидальной скорости. Лейтенант Борос сверкнула мечом, и разрезала его прозрачное лицо пополам. Еще одна вспышка, еще один призрачный безликий пал.
– Что происходит?
– спросила Пушок.
– Чем могу служить?
– Разия все объяснит, - сказала Анезка.
– Нам нужно добраться до Парелиона.
Десятки лет Пушок не ступала на палубу Парелиона и не парила свободно через его просторные проходы. Но она не могла в полной мере насладиться своим возвращением домой. Как только они с Анезкой пробились сквозь рой привидений - к смятению Пушка, не все из них были призрачными безликими, что означало, что опасность для крепости была еще большей, чем она изначально предполагала - их встретила пара мужественных личных охранниц гилдмастера. Они отдали честь Анезке и приветствовали Пушка кивком головы и словами, "Приветствуем тебя, легионер". Они повернулись и отвели их к капитанскому мостику.
Пушок не видела Разию с тех пор, как гилдмастер осудила Пьеракор Аз Винренн Д'рав, и выслала ее отрабатывать приговор на земле, наряду со смертными. Ее преступление вряд ли было бы понятно простым смертным, и Пушок так и не смогла найти возможность объяснить его своим коллегам воджекам, хотя, естественно, им было любопытно, и они постоянно находили разные способы спросить ее об этом. К счастью, смертные ожидали от нее нежелание говорить на эту тему, и лишь немногие проявляли настойчивость. Из них, лишь Кос смог приблизиться к разгадке, но он унес свою версию в могилу.