Раскаленная пустыня
Шрифт:
— Ну вот, и без нас справились, — обрадовался Фелонов.
Кто-то тронул лейтенанта за плечо, рядом стоял Шохад.
— Я пойду искать эмира.
Алекс щелкнул дверцей револьвера и с треском крутанул барабан.
— Подожди минуту, сейчас все вместе пойдем эмира ловить. Ты знаешь, где он может быть?
— Догадываюсь, но точной дороги не знаю.
— Ладно, веди. Там разберемся.
Двери в конце галереи распахнуты, за ними никого. Поворот направо, узкая лестница вверх, еще один поворот и руоссийцы оказались в другой галерее, открытой со стороны внутреннего двора. Откуда-то из противоположной стороны двора грохнул выстрел.
— Вперед! Не останавливаться!
Открытую галерею успели проскочить прежде, чем стрелок успел перезарядить винтовку.
— Куда дальше?
— Думаю — туда.
Еще одна лестница. На этот раз существенно шире и по ней нужно спускаться вниз. Поворот. Шохад на мгновение скрывается из виду, и тут же доносится какое-то бряканье и чей-то сдавленный вскрик. Караванщик одной рукой зажимал рот толстому дядьке, одетому в широченные шаровары и жилетку на голое тело, второй пытался воткнуть в него нож. Дядька успел перехватить руку караванщика и сейчас отчаянно пытался избежать проникновению стали в свое объемистое пузо. Алекс сходу впечатал рукоять "гранда" в лоб толстяку. Глазки и того закатились, и он начал оседать вниз.
— Он мог поднять шум, — Шохад вытер нож о шаровары убитого. — Это один из эмирских слуг. Сам эмир должен быть где-то рядом.
— А это что такое?
Подошедший Фелонов пнул небольшой кожаный мешок, на который раньше никто не обратил внимание. Мешок отозвался металлическим звяком. Унтер настороженно присел, отложив винтовку, ощупал находку.
— Золото!
Алекс чуть зубами не заскрипел от досады. Этот проклятый мешок подвернулся очень не вовремя.
— Оставь, не до него сейчас.
— Как это оставь? Тут же…
Хоть и невелик был мешок, а столько золота сразу даже сам Алекс Магу еще ни разу не видел, что уж о солдатах говорить. Действовать надо было быстро, эмир уходит, и этот решивший напоследок поживиться слуга указывал на это.
— Шохад, дай нож.
Присев рядом с унтером, лейтенант полоснул клинком по мешку. Кожа разошлась от прикосновения остро отточенной стали, в лунном свете тускло блеснул металл.
— Берите, только быстро.
Пока солдаты торопливо потрошили мешок, украденный из эмирской казны, и набивали его содержимым карманы, Алекс вернул караванщику нож.
— А ты чего стоишь?
— Мне это золото ни к чему.
Наконец, мешок опустел, солдаты взяли в руки оружие, и рота вновь начал напоминать воинское подразделение, а не шайку мародеров. К счастью, золота оказалось не так много, если разделить на всех. С набитыми золотом карманами умирать не хочется намного больше, чем с пустыми.
— Туда?
Алекс ткнул пальцем в дверь, откуда предположительно пришел сюда вор.
— Туда?
Караванщик кивнул.
За дверью оказался широкий коридор, освещенный мерцающим светом нескольких факелов. Двое гохарцев тащили что-то очень тяжелое, затем скрылись за поворотом. Откуда-то в коридоре появилась еще пара и проследовала за первой.
— Казну эмирскую потрошат, — высказал предположение кто-то из солдат.
— Да не потрошат, а увозят.
— Точно эмир где-то здесь!
— Заткнулись все, — прервал дискуссию лейтенант Магу, — пошли, посмотрим, что и откуда они тащат. Факел возьми.
Уже на первых шагах по коридору руоссийцев поджидала
— Вперед!
Сделать успели всего три шага, как из поперечного прохода густо поперли гохарцы. Как будто только и ждали приближения руоссийцев, чтобы неожиданно выскочить перед ними. Внезапность нападения стоила руоссийцам троих сходу зарубленных солдат. С трудом увернувшись от сабли, Алекс начал разряжать в нападавших револьвер.
— Огонь!
Загремели солдатские винтовки, оторопь прошла. Коридор заполнился клубами порохового дыма на мгновение разделившего противников. А затем из дыма полезли озверевшие от потерь гохарцы. Их встретили штыками. Руоссийская пехотная винтовка со штыком чуть не вдвое длиннее кривой гохарской сабли, а заполненном врагами коридоре, где пространства для маневра нет, только клинок на клинок, глаза в глаза, искусство фехтования не сильно поможет. Штыковому же удару руоссийского солдата учат едва ли не с первого дня службы. В живот, сверху вниз. А как достал супостата, приклад вниз, штык влево вверх. И раненого можно уже не перевязвать.
Вот только винтовки у лейтенанта Магу не было. Зато, когда "гранд" выпустил последнюю пулю, перед ним образовалось свободное от дееспособных врагов пространство. Это дало лейтенанту пару лишних секунд на то, чтобы успеть вытащить саблю и встретить летящий сверху клинок.
Противником офицера оказался бородатый немолодой мужик в странном головном уборе. Несмотря на возраст, саблей мужик махал как заведенный. Только исключительное везение позволило Алексу парировать подряд три выпада противника. На четвертом ударе сабля гохарца лязгнула о штык, которым его попытался достать кто-то из солдат. Не достал, но темп ему сбил. Лейтенант тут же воспользовался выпавшей возможностью, и ткнул бородатого саблей в живот. Благо доспехов на нем не было.
Гохарец раззявив рот и выпучив глаза начал валиться на бок. Солдатик, воспользовавшись моментом, все-таки воткнул в него штык и поспешно выдернул обратно.
— А-а-а-а!!!
Повинуясь инстинкту Алекс вскинул саблю над головой. Удар был настолько силен, что офицерскую саблю просто сшибло в сторону, правую руку мгновенно отсушило. Алекс даже глазом моргнуть не успел, как просвистел чудом его миновавший клинок.
Огорченный неудачей огромный гохарец аж завыл от ярости и поднял саблю для повторного удара, но кто-то из солдат в длинном выпаде достал его штыком. В следующий момент лейтенанта оттолкнули в сторону, и он сильно приложился левым плечом о каменную кладку стены и, не устояв на ногах упал. Вдобавок, один из солдат наступил Алексу на ногу, и он взвыл от боли.
Следующие четверть минуты лейтенант мог только вжиматься в стену, надеясь, что его не затопчут. А потом гохарцы в коридоре внезапно закончились. Надо сказать, что все они дрались до конца, что для местных было очень нетипично, ни один не попытался сбежать, чтобы сохранить себе жизнь.
— Господин лейтенант! Кто его видел?!
— Здесь я!
Офицера тут же подняли, бережно прислонили к стене.
— Вы не ранены, господин лейтенант?
— Вроде, нет. Тут где-то револьвер мой должен быть и сабля…