Раскаленная пустыня
Шрифт:
С одной стороны, губернатор, вроде как сторонник скорейшего вторжения в Гохару через пустыню Тюра-Кум. С другой, генерал — темная лошадка, о которой ничего неизвестно. Даже о его позиции по Гохаре известно только со слов полковника Жимайло, который является ярым противником этого варианта. К тому же, все, что он мог представить Маркашеву — это рассказанная караванщиком, ничем не подтвержденная легенда, в то время как все имеющиеся факты говорили о невозможности похода в Гохару с севера. А если Серв не удастся
— Готово.
— Поставь в коридоре.
Фелонов принес до блеска надраенные сапоги лейтенанта.
— На твоем месте я бы почистил сапоги непосредственно перед входом в канцелярию, а то пока дойдешь, они запыляться.
— Неизвестно, есть ли чистильщик у канцелярии, — возразил Алекс, — но если он там сидит, то я непременно у него остановлюсь. Кстати, дорого они здесь берут?
— Гривенник.
— Недешево.
Алекс взглянул на часы.
— Давай иди за мундиром, уже должно быть готово.
Пока Алекс с Фелоновым дошли до канцелярии военного губернатора, сапоги, конечно, запылились, а чистильщика поблизости не наблюдалось.
— Говорил же, надо извозчика брать, — корил унтера лейтенант.
Тот негромко оправдывался.
— Да где же его здесь возьмешь? Я с утра еще ни одного не видел.
— Вернемся в столицу, отправлю тебя к окулисту?
— К кому?
— Глазному врачу, пусть твое зрение проверит. Все, пришли.
Алекс взялся за ручку входной двери.
— А сапоги?
— Черт с ними, пошли.
Приемная Маркашева находилась на втором этаже. Непременный атрибут любой генеральской приемной встретил их традиционным.
— Господин-генерал лейтенант занят, придется обождать.
Кроме них в приемной сидело еще полдюжины ожидающих приема в куда более высоких чинах. Если пережидать всех, то часа три, не меньше, прикинул Алекс.
— Генерал нас сам пригласил для доклада о результатах экспедиции в Тюра-Кум. Лейтенант Магу и старший унтер-офицер Фелонов, прошу доложить.
— Хорошо, — равнодушно кивнул адъютант, — доложу.
И, действительно, доложил после того, как от Маркашева вышел посетитель.
— Проходите, господин штаб-капитан. После него вы, господин лейтенант.
Алекс почти физически ощутил, как на них скрестились неприязненные взгляды. Простите господа, но на приеме у начальства как на войне — все средства хороши для скорейшего достижения цели. К счастью, штаб-капитан пробыл у генерала недолго, всего около четверти часа. После чего, они попали в кабинет.
Генерал-лейтенант Маркашев оказался высоким представительным мужчиной с солидными залысинами и животиком. Алекс пробежался взглядом по висящим на генеральском мундире наградам, ни одного ордена с мечами, длинный ряд юбилейных медалей. Теперь понятно, почему губернатору так
— За что были награждены Егорием, лейтенант"?
— За оборону Харешского перевала, господин генерал-лейтенант!
— Жаль, но ничего не слышал об этом деле, но рад, что наконец-то сюда прислали настоящего боевого офицера, а не очередного штабного хлыща. Итак, чем порадуете, господин лейтенант Магу?
Надо же, даже фамилию запомнил. Алекс сделал знак Фелонову и тот выложил на стол то, что осталось от солдат генерала Каурбарса. После чего, лейтенант начал доклад о ходе экспедиции и ее результатах. Уложился он минут в десять.
— …таким образом, маршрут перехода через пустыню и дальнейшую судьбу отряда генерала Каурбарса можно считать установленными.
— Да, жаль. А я почему-то надеялся на чудо.
Маркашев подошел к столу, перебрал пуговицы и пряжки, взял в руки полусаблю, потер пальцем клеймо на гарде, после чего положил на место.
— Итак, лейтенант Магу, вы уверены, что пустыня непроходима?
Алекс вытянулся по стойке "смирно", Фелонов последовал его примеру. Наступил момент истины, последний шанс сказать генералу правду.
— Так точно, господин генерал-лейтенант, на сегодняшний день, проход отряда численностью более пятисот штыков через пустыню Тюра-Кум невозможен.
— Хорошо, лейтенант, ступайте. Я отпишу генералу Скоблину о вашем усердии и буду ходатайствовать о служебном поощрении.
— Премного благодарен, господин генерал-лейтенант!
Пока Алекс расшаркивался перед генералом, унтер собрал добытое экспедицией. Его еще надлежало доставить в столицу.
Как только они вышли на улицу, Фелонов ехидно ухмыльнулся.
— Лихо ты выкрутился, "на сегодняшний день"! И правды не сказал, и не соврал в то же время.
— Кто его знает, когда удастся этот Серв найти? И удастся ли вообще. Поэтому, на сегодняшний день, все мною сказанное является правдой. И на завтрашний тоже. Поэтому, ты иди в гостиницу, пакуй вещи, а я загляну на почтовую станцию, узнаю, когда будет ближайшая карета до Зубурука.
— Не извольте беспокоиться, господин лейтенант, нужная вам карета отправляется завтра в полдень.
— По шее дам, — пообещал "господин лейтенант". — Ты когда про карету узнать успел?
— Так сегодня и успел.
Алекс остановился.
— В таком случае, у нас образуется свободный вечер. Предлагаю, начать с ужина вон в том трактире, а оттуда перебраться в веселое заведение с на все согласными за умеренную мзду девочками.
Фелонов предложение начальства поддержал, и обещал присоединиться сразу, как только вернет в гостиницу добытый экспедицией груз. Ну, кто бы сомневался.