Расходный материал
Шрифт:
– Эту четверку надо найти. Магистр Кийс, пожалуйста, возьмите этот вопрос под личный контроль.
Амалия Гонсалес искоса посмотрела на Мономаха и спросила:
– Как вы поступите с Камински, господин куратор?
– Найду и ликвидирую, – жестко пообещал Мономах.
И опять никто не возразил ему.
– Что касается Мьёлнира. – Военный куратор изучающим взглядом окинул коллег-заговорщиков. – Не сомневаюсь – четвертый
Он сделал паузу и твердо объявил:
– Отныне орден Хранителей находится в состоянии войны с легионами!
И снова, как год назад, военный куратор сидел в кресле перед угасающим камином в замке Ветров. Органная фуга, шахматы, старый коньяк.
Сегодня он получил то, к чему так стремился. Теперь никто не помешает ему выполнить миссию и спасти орден Хранителей.
Или он все-таки ошибается?
Мономаха не оставляло странное ощущение: будто все, что произошло за этот год, совершилось не по его собственной воле, а в результате тщательно подобранной цепи обстоятельств и событий. Цепи, в которой его мысли, слова и поступки не имели решающего значения. Словно он не всесильный военный куратор ордена Хранителей, а безвольная марионетка.
На столике перед будущим гроссмейстером Мономахом лежало письмо старого друга.
Дорогой Роман.
Надеюсь, ты по достоинству оценил плодотворность нашего сотрудничества. К сожалению, обстоятельства вынуждают меня прервать его.
Вверяю орден Хранителей твоей заботе. Сохрани его для меня!
Обо мне не беспокойся, когда придет время, я сам найду тебя.
Искренне твой,
P. S
Алекс парил в свинцово-сером небе над Старой крепостью. Там, внизу, на подступах к взорванным и разбитым бастионам, словно трупы фантастических монстров, в беспорядке валялись остовы ТЕХНО. Он облетел дымящиеся развалины, опустился на землю и устало побрел по полю боя.
Иногда он просто останавливался возле какой-нибудь из машин и молча стоял, склонив голову, иногда подтягивался в кабины и подолгу вглядывался в лица мертвых друзей и врагов.
Скорбный
Воин осторожно, словно боясь потревожить покой друга, дотронулся до холодного металла.
Неожиданно раздался громкий скрежет, мелкая дрожь передалась рукам, и Алекс отпрянул.
«Апис» ворочался, пытаясь выпрямиться. Плечи ТЕХНО расправились, руки оперлись о землю. В смотровых щелях разгоралось адское пламя.
Человек попятился от ожившего демона и оглянулся по сторонам. По лощине катилась волна движений – механические убийцы возвращались к жизни.
«Апис» оттолкнулся от скалы и поднялся в полный рост. Голубые искорки статических разрядов плясали вокруг пасти плазменной пушки. Орудие повернулось в сторону человека.
Алекс не выдержал и побежал.
– Куда ты бежишь? – прогремел ему в след электронный голос. – Твое место здесь, среди нас!
– Нет, нет! – Он задохнулся, сделал попытку оторваться от земли и взлететь. – Я – живой!!!
Демонический хохот перекрыл звук плазменного залпа. Нестерпимая волна жара затопила сознание Алекса и…
Майор Александр Кузнецов проснулся. Ночной кошмар медленно отпускал голову, стекая по спине липким горячим потом.
Сборный отряд добровольцев – «оружейники», фоговцы, наемники – прикрывал эвакуацию остатков защитников крепости. Они знали – продолжать сражение не имело смысла: до атомного взрыва, который уничтожит Мьёлнир, оставались считанные часы, а Лайонел Винсон начал последнюю атаку.
Алекс дрался наравне со всеми и не отступил ни на шаг. Его «Апис» рухнул в центре позиции, и сознание покинуло пилота. Он не видел, как пленный воин-легионер Роберта убила претора Винсона в поединке один на один и остановила бессмысленную бойню. Он не помнил, как командир наемников Джек Колли вытаскивал его из разбитой машины и нес до спасательной шлюпки, которую капитан Светлана Ларсон посадила прямо на поле боя. Алекс очнулся уже в космосе на борту транспорта.
Никто и никогда ни единым словом не упрекнул майора, но он хорошо помнил, что остался жив, а его люди погибли.