Расходный материал

Навара Надежда

Контрразведчик отключился.

Присев на край кровати, Борис глубоко задумался.

ГЛАВА 25

Штаб-квартира командующего сектором,

космопорт Стъёрдал, Нидарос,

Зона оккупации легионов Ориона.

2 августа 3000 года

Уже третий день на столе претора лежал всего один документ – циркуляр о диспозиции, доставленный

специальным курьером из ставки. В нем значился приказ консула Флавия – исключить четвертый штурмовой легион Ориона из списка частей первой линии и перевести кадры соединения в оперативный резерв на Нидаросе.

Лайонел Винсон оценил иезуитский прием: назначение в резерв автоматически возбуждало недовольство воинов его легиона. Похоже, мстительный Флавий не забыл неукротимого крестоносца и намеревался таким образом подорвать его растущее влияние.

Командующий сектором оторвал взгляд от гипнотизирующего его листа бумаги и посмотрел на свои сильные руки. Он отчетливо представил, как вот этими самыми руками душит автора приказа. Воображаемая сцена была настолько реальной, что Лайонел даже глухо зарычал от наслаждения. Однако хоть зубы до корней сотри, а претор должен исполнять волю консула. «Если только…»

Громкий шум в соседнем помещении прервал его раздумья. Отчаянная перебранка за стеной переросла в подозрительную возню, сопровождающуюся грохотом падающих предметов. Неожиданно дверь в кабинет широко распахнулась, и удивленному взору его хозяина предстала напряженная спина центуриона Грига.

Вцепившись руками в косяки, помятый адъютант грудью перекрыл вход и злобно прошипел:

– Я же сказал – нельзя1. Претор занят!

«Самоотверженно, но безнадежно», – машинально отметил Винсон – справиться с разъяренным командиром линии «Альфа» мог разве что гоплит.

– С дороги, мальчик!

Протаранив стража ворот, линейный трибун Дина Малик затормозила только перед столом претора.

– Лайонел, уйми своего тиро, или, клянусь Заветом, на этой планете станет одним штабным фендриком меньше!

Физиономия Грига приобрела оттенок перезрелого помидора. Он сжал кулаки, готовый наброситься на оскорбительницу, но тут командующий остановил его:

– Довольно, центурион! Ты храбро сражался и достоин уважения. – Он с трудом подавил невольную улыбку. – Теперь настал мой черед.

Спокойный тон претора отрезвил взбешенного бриида. Он метнул в спину обидчице последний яростный взгляд и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

– Дина! – Казалось, Винсон только сейчас заметил грозную воительницу. – Я вижу, ты слегка запыхалась. А-а, понимаю! Ты торопилась поделиться со мной восторгом от нового назначения.

– Ха, восторг! Да ты в своем уме, претор?! – Злобная гримаса исказила жесткое лицо женщины-воина. – Не знаю, как тебе, Лайонел, но мне до смерти надоело торчать на этой проклятой планете! Я – солдат, а не тыловая крыса!

– Нам оказано большое доверие. – Бриид старательно подбирал слова, разыгрывая лояльность по отношению к приказам, исходящим из ставки. – Прим-консул Флавий держит нас в резерве для решающих битв.

– Прим-консул

Флавий! – Скрипнув зубами, трибун, как тигрица, метнулась по кабинету. – Консул – звездолетчик! Что он знает о настоящей войне?!

Претор с интересом наблюдал за беснующейся подчиненной. В общем-то ему было наплевать на военную специальность Флавия – будь тот хоть гоплитом, это не меняло сути конфликта. Гораздо важнее другое – в словах трибуна он подметил не только всегдашнее презрение пилотов ТЕХНО к представителям других родов войск, но и личную обиду. Воюя под началом Винсона, Малик продвинулась от рядового воина до командира линии, ей по праву принадлежало место в передовых частях. Последнее распоряжение Флавия бросало тень и на ее репутацию.

– Кто вообще выбрал его прим-консулом?! – выпалила она, яростно топнув ногой.

– Сами и выбрали, – невозмутимо напомнил Винсон.

Наткнувшись на его слова, словно на стену, та надулась, как виноватый ребенок. Впрочем, такая по-детски непосредственная реакция была свойственна многим бриидам.

– Раньше надо было думать, Дина. А теперь – заткнись и выполняй его приказы.

– Вот тут ты прав! – Она с размаху села на стоящий у стены диван.

Претор подумал, что ее запал иссяк, но оказалось, трибун только взяла краткую передышку.

– Флавий хитер, как лиса! – Малик указала на нарукавный шеврон командующего. – Навесил тебе новые лычки и сослал на Нидарос. Других недовольных он тоже распихал по заштатным гарнизонам.

В ее прищуренных глазах полыхнул мятежный огонек.

– Ха, выборы! – Трибун презрительно сплюнула на пол. – Я тебе расскажу, как дело было. Флавий проталкивал вторым консулом своего Наварха. Квести-консул Исаев был против, да что толку – большинство Сената проголосовало, как послушные бараны.

Дина с вызовом посмотрела на претора.

– Нам светила Арена с соотношением сил шесть к одному! Конечно, если бы ты был с нами, мы бы вдребезги разнесли эту сволочь. А так… – не договорив, она безнадежно махнула рукой.

Каждый воин легионов имел одно неотъемлемое священное право – любое решение, даже решение Сената, можно оспорить в поединке. Малик, разумеется, преувеличивала, при таком соотношении сторон у противников Флавия не оставалось ни единого шанса, но все же Винсон был благодарен боевой подруге – ему импонировала ее уверенность. Кто знает, как могло повернуться дело, окажись Лайонел в критический момент в палате Сената. Пропорция могла стать и более реальной.

– Не знаю, не знаю… – задумчиво протянул он. – Только скажи мне, Дина, какая польза легионам в том, что их лучшие воины перебьют друг друга?

Спору нет, женщина-бриид из рода Малик была хорошим солдатом, даже отличным, но ее восприятие окружающего мира не шло дальше ряда примитивных истин, крепко вбитых в голову инструкторами в процессе обучения. Она не видела иного способа решения конфликта, кроме схватки. Затрудняясь с ответом, трибун озадаченно посмотрела на командира.

Тот встал и прошелся по кабинету, наслаждаясь замешательством, которое вызвал его простой вопрос.