Раса
Шрифт:
— Вот это да! — разом галдят рыбачки как грачи, увидев червяков, а мои слова пропускают, мимо ушей. Они радостно подпрыгивают, лупят руками по ляжкам и радуются жизни, — поздравьте нас!
Вот, бараны, совсем не догоняют. Смотрю на них с великим сожалением:- Могу помянуть, — некрасиво изрекаю и, чувствуя спиной удивлённые взгляды, на ватных ногах бреду к своей компании.
— Папа, мама! — слышу звонкий голосок Светочки. Она только, недавно ходила в кустики и заодно, по тропинке, пробежалась вверх. Теперь сбегает вниз, радостно повизгивает.
— Что
Ребёнок не обращая внимания на раскрытые бабушкины объятия, бросается к маме.
— Мамуля, — захлёбываясь от восторга, щебечет Светочка, — там мишки! Папа, мама и три сыночка!
— Ай, ты моя деточка! — с умилением восклицает тёща. — И, что они делают, наверное, с горочки катаются? — решив поддержать игру ребёнка, нараспев, говорит она. Моя мать заулыбалась и тоже хотела сказать, нечто подобное, но не успела и славу богу. Светочка поняла, что ей не верят, нахмурилась и выпалила:
— Ты, бабка, дура.
— Ах, ты дрянь! — Яна грозит пальцем дочке. — Не смей так разговаривать со старшими. Светочка истошно вопит и мчится за поддержкой к отцу.
Аскольд недовольно морщится:- Света, вот выйду и дам по попе.
Я, под аплодисменты Надежды, принимаюсь таскать шашлыки за импровизированный стол, так любовно накрытый ей.
— Так! Девочки, мальчики, всё готово, всем за стол! — радушно зазывает она.
— Ну, вы подумайте, — всплёскивает Надя руками, — Стасик со своей пассией купаться полезли, вода ледяная, застудятся и не нужны будут друг другу, — хохотнула она.
— Не застудятся, — подаёт голос Аскольд, — наверное, спад произошёл, вода как парное молоко, двадцать пять по Цельсию, не меньше.
— При спаде, наоборот вода становится ледяной, а не тёплой, — глубокомысленно, приподняв одну бровь, изрекает Игнат. — Ты, батенька, что-то путаешь.
— Может, и путаю, но вода действительно тёплая, — без обиды в голосе чешет тощую бородёнку, Аскольд, — попробуйте сами.
— И пробовать не буду, в Интернете указано, море прогреется до шестнадцати
градусов. Этих шалопаев необходимо выдернуть из воды и дать водки с перцем, чтоб не заболели.
— Для тебя водка от всех болезней лекарство, — неодобрительно качает головой Надежда, поджимая сочные губы. — А ты, какого мнения, Никита?
Я как робот смотрю на Надю, согласно киваю, затем перевожу взгляд на Стасика и Иришку, они весело плещутся у берега, а где-то вдали гладь моря рассекает чёрный плавник.
— Стас! — подал голос Егор. — Ты чего учудил, быстро на берег!
— Дядя Егор, — смеясь, кричит Иришка, — море действительно тёплое.
— Батя, она правду говорит, присоединяйся.
Тут мой сын суёт руку в воду:- Папуля, водичка класс, они не обманывают.
До меня начинает доходить смысл происходящего, в мозгу вспыхивают иллюстрации кархародонов перекусывающих китов пополам, вскакиваю на ноги:- Живо на берег! — воплю так, что дал в конце петуха. Надежда от неожиданности роняет тарелку с салатом, а жена округляет и без того большие глаза.
— Что с тобой, Никитушка? —
Молодёжь мигом вылетает на берег, непонимающе смотрит на меня. Такого крика, явно не ожидали, по характеру я достаточно тихий человек.
— Сынок, плохо выглядишь, бледный такой. Тебе нездоровиться? — встревожено говорит мать.
— Скоро всем будет плохо, — подбородок неприятно дёргался, я на гране шока. — Тебе действительно нехорошо, Надюша дай, что ни будь попить.
— Водки налей, — гудит дядя Игнат.
— Отстань, — отмахивается Надежда и протягивает минералку.
— А ты знаешь, всё же лучше налей водки, — всплакнул я.
— Ну, да, конечно. Со всеми выпьешь! — хмурится Лада.
— Права как всегда, — кисло улыбаюсь, оглядываюсь по сторонам. — Малыш! — зову Светочку. Девочка подскакивает, утыкается мне в колени. Наконец на неё обратили внимание.
— Где ты мишек видела? — стараюсь говорить без напряжения, но непроизвольно впиваюсь взглядом в розовое детское личико.
Тёща и мать заулыбались. И решили вновь поддержать игру, мало им наверно было:- Да, деточка, а Маша была, кашку с ними ела?
Светочка корчит рожицу и показывает язык.
— Света! — грозит Яна, — веди себя прилично.
— Не трогайте её! — вновь излишне резко рявкаю я. Ребёнок вновь прильнул ко мне.
— Дядя Никита, а ты мне веришь? — смотрит в мои глаза ангелочек.
— Верю.
— Вот здорово! — смеётся девочка. Лица взрослых вновь просветляются, видя такую детскую непосредственность. Лада присаживается рядом:- Вы, пожалуйста, быстрее решайте со своими медведями, очень кушать хочется, шашлыки стынут, — и смачно чмокает меня в щёку.
— Хорошо, — таю я, — садитесь, мы сейчас подойдём.
— Рассказывай, малыш, — нетерпеливо спрашиваю Светочку.
Девочка надувается от гордости, ей нравится, что её серьёзно воспринимают:- Значит так, дядя Никита, после того как я сходила в кустики, решила погулять и побежала по тропинке вверх. А там, большое поле, а за полем лес. А когда мы приехали на машинках, его не было, вырос, наверное, — делает она гениальное предположение. — Так вот, очень далеко, большая скала. А под ней, я думала, хомячки травку щиплют, а присмотрелась, мишки: мама и два таких хорошеньких мишутки. Я хотела побежать к ним, поиграть, но решила, мама заругает, вот и прибежала, а мне никто не поверил, — Светочка вновь надувает губки, в глазах блеснули слезинки. — А ты мне веришь? — пытливо заглядывает мне в глаза.
— Хотелось бы не верить, но ты, малыш, уверен, действительно видела медведей и очень правильно сделала, что не побежала к ним. Они дикие и могли тебя съесть.
— Брр, — зябко передёргивает острыми плечами девочка, — не хочу, что бы меня ели.
— И я не хочу, — серьёзно говорю я, — прошу, если увидишь диких зверей, бегом ко мне или к папе. Поняла? Да, дядя Никита, — радостно визжит Светочка и мчится рассказывать, что ей поверили.
Подхожу к Егору:- Не составишь компанию, пойдём, поглядим, что там?