Рапунцель
Шрифт:
От этих слов у Кая пробежал холодок по спине - он сам не знал почему.
Фатин покачала головой.
– Никто не знает. Это написал доктор Эрланд, но он никому не объяснил, что это означает. Может быть, как-то связано с ее иммунитетом: он наконец-то нашел, что хотел, когда привезли ее. Хотя, - с горечью добавила она, — это ничего не изменило. Они оба скрылись из города.
Портскрин Фатин запищал, и она бросила на него быстрый взгляд.
– Прошу прощения, Ваше Величество. Прибыл объект сегодняшнего эксперимента.
Кай с трудом
– Эксперимент еще в силе?
– Конечно же, - со сладкой улыбкой ответила Фатин. Кай запоздало понял, каким идиотом выглядит. Он, император, стоял посреди собственной лаборатории и не знал, что здесь происходит. Так же, как и во всей его стране.
– Я думал, что все прекратилось после того, как уехал доктор Эрланд, - объяснил он.
– Может быть, доктор Эрланд и предал нас, но здесь еще осталось много людей, верящих в то, что мы делаем. Мы не отступимся до тех пор, пока не найдем лекарство.
– Вы делаете очень важную работу, - сказал Торин.
– Корона высоко ценит все успехи, которые уже были достигнуты в стенах этой лаборатории.
Фатин спрятала портскрин в карман.
– Эта болезнь лишила близких почти каждого из нас.
Кай почувствовал, будто его язык потяжелел.
– Фатин-цзе, а Эрланд не сообщал вам, что у королевы Леваны есть антидот?
Девушка испуганно заморгала.
– У Леваны?
Он оглянулся на дисплей, еще демонстрирующий записи Золы с доказательством ее иммунитета - и лунного происхождения.
– Одним из условий нашего брачного союза является предоставление их стороной антидота и его последующая разработка на Земле.
– Но Его Величество, - напряженным голосом добавил Торин, - требует, чтобы это информация оставалась в секрете до тех пор, пока королевский двор не сделает официальное заявление.
– Понятно, - медленно произнесла лаборантка, не сводя глаз с Кая.
– Это изменит все.
– Изменит.
Портскрин в ее кармане снова запищал. Оправившись от потрясения, Фатин склонилась перед Каем.
– Прошу прощения, Ваше Величество. Я вам больше не потребуюсь?
– Конечно, вы свободны.
– Торин махнул рукой в сторону коридора.
– Спасибо за вашу помощь.
– Это было радостью для меня. Пользуйтесь лабораторией сколько нужно.
Она еще раз поклонилась и, взмахнув косой, вышла из комнаты. Как только дверь за ней закрылась, Торин гневно посмотрел на молодого императора.
– Зачем вы ей рассказали? До тех пор, пока антидот не признан эффективным, безвредным и подлежащим производству, глупо распространять подобные слухи.
– Знаю, - ответил Кай.
– Мне просто показалось важным, чтобы она узнала. Она упомянула об эксперименте, и я вдруг осознал, сколько людей до сих пор погибает. Их убивает не только болезнь, но и мы сами, пока пытаемся найти вакцину. А она все это время находится здесь, буквально на расстоянии вытянутой...
– Он изумленно раскрыл глаза. Иммунитет подтвержден.–
– Прошу прощения?
– Зола была здесь в тот день, когда я вручил антидот Эрланду. Он отдал его Золе, а она направилась в городской карантин, зная, что обладает иммунитетом. Она несла лекарство сестре, пыталась спасти ее. Но, наверное, опоздала и поэтому отдала антидот тому мальчику, Чан Сунто.
– Кай покачал головой, пораженный, насколько легко далась ему разгадка. Он даже заулыбался - так ему стало легко на душе.
– Ее охранники ошиблись. Зола забрала чип сестры не потому, что ревновала или хотела воспользоваться им в преступных целях. Она забрала его, потому что любила ее.
– Вы считаете, что вырезать чип из запястья любимого человека - адекватное поведение?
– Может быть, она каким-то образом догадалась, что медроиды собирают их и переправляют на Луну. А может быть, она просто была в состоянии аффекта. Но точно не хотела никому навредить.
Он с облегчением привалился спиной к стене, понимая, что наконец-то немного приблизился к разгадке великой тайны по имени Линь Зола.
– Нужно сообщить Фатин-цзе и остальным, что выздоровление Чан Сунто не было чудом. Это подтверждение того, что королевский антидот работает, а они смогут как-то использовать это в исследовании. Может пригодиться или...
Он задел локтем дисплей, и тот замерцал от его прикосновения. Кай отскочил в сторону, и перед экраном возникла голограмма, крутящаяся вокруг собственной оси.
Это было изображение девушки в полный рост, во всех слоях и плоскостях. Кожа и рубцовая ткань налагались на стальные руку и ногу. Провода переплетались с живой нервной системой. По силиконовым аортам струилась голубая кровь. Все неорганические материалы выделялись легким свечением, чтоб даже неподготовленный глаз мог заметить, сколько в ней ненатурального.
Киборг.
Кай в изумлении попятился, растерянно глядя на открывшуюся перед ним картину. Даже от ее глаз исходило легкое свечение, так же как и от оптических нервов, тянувшихся к тыльной части ее мозга. А там находилась металлическая плата с портами, кабелями, проводками и даже крышкой, которая открывалась прямо у нее на затылке.
Он вспомнил, как опекунша упоминала о том, что Зола неспособна плакать, но он даже не подозревал... и не ожидал этого. Ее глаза, ее мозг...
Он отвернулся и закрыл лицо ладонью. Это было настоящее вторжение, какая-то гадкая разновидность вуайеризма, и Кая душило чувство вины. Он пожалел о том, что не может стереть эту картинку из своей памяти навсегда.
– Выключить экран.
В комнате воцарилась мертвая тишина. Кай подумал о том, смущен ли Торин так же, как он, и был ли на мгновение захвачен этим странным, нездоровым любопытством.
– Ваше Величество, вы в порядке?
– Нормально.
– Он сглотнул.
– Мы ведь знали, что она - киборг. Я просто не подозревал, что настолько...