Рапсодия

Таласса Лаура

Каким-то образом враги прознали об этом и похитили меня, чтобы добраться до него.

Я смотрю вниз на платье, стараясь не думать, что я его не надевала. В моём положении и так достаточно ужаса. Вечер блаженства, за которым последовало это. Я наслаждалась привилегиями второй половинки Короля Ночи в течение целого дня. А теперь это.

Вот оно, падение с высоты. В моём мире всегда так происходит. После стольких лет неудач, слишком смело для меня было думать, что с таким мужчиной, как Дес, у меня что-то будет. Он всегда был вне моей категории.

Мои мысли прервало эхо приближающихся

шагов. Ещё один обход тюремщиков. Правда, на этот раз, они останавливаются перед камерой.

Железные кандалы звенят между щиколотками и запястьями, пока охранники, по бокам от меня, ведут меня прочь. Повязка, которую завязал один из тюремщиков, щекочет нос, отчего он теперь зудит.

Не перебор ли?

И я даже не могу быть этим польщённой. Вероятно, такова обычная процедура для заключённых. Могло быть и хуже. Если бы я была фейри, железные наручники не просто бы натирали, а обжигали кожу и истощали энергию.

Постепенно тихий гул исчезает, а воздух становится более свежим, хотя ещё затхлый и тяжёлый от запаха… животных.

Проходит ещё пять минут, прежде чем меня приводят в очередную комнату. Воздух здесь… зловещий.

Здесь происходит что-то плохое. Что случится и со мной.

Я пытаюсь не паниковать. Я потратила годы, убеждая себя, что никогда больше не стану жертвой, и всё впустую. Ни на одно создание мои чары не действуют, а без них я просто человек против могущественных фейри.

Охранники отпускают меня, и, судя по удаляющимся шагам, уходят. Несколькими секундами позднее двери открываются, затем мягко закрываются, и я вновь одна, закованная в кандалы со связанными глазами в комнате, пропахшей злом. И тут я осознаю, что слышу чьё-то дыхание.

Чёрт, я здесь совсем не одна. Паника нарастает.

— Единственная слабость Десмонда Флинна. — Глубокий, вибрирующий голос наполняет комнату, и я чувствую силу слов незнакомца. — И я заполучил её. — Сердце колотится, и с чем сильнее страх, тем ярче проявляется сирена. Я слышу звук тяжёлых шагов, приближающихся ко мне. Приходится сильно постараться, чтобы не попятиться. — Я и представить не смог, что великий Король Хаоса выберет себе в спутницы рабыню. — Мужчина останавливается прямо передо мной. Я дёргаюсь, когда чувствую его прикосновение на скуле, и отчего кожа уже наверняка светится. — Уж точно не такую, как ты. — Он проводит большим пальцем по моей нижней губе. — Люди здесь зовут тебя чаровницей. Но скажи, человек, можешь ли ты зачаровать меня?

Вместо ответа я отпихиваю его руку, гремя кандалами. Он тихо смеётся над этим, но затем вновь возвращается к прикосновениям к моему лицу.

— Прекрати меня трогать, — огрызаюсь я.

— О, миледи, разве вы не слышали? — Я ощущаю горячее дыхание рядом с ухом. — В этом я особенно хорош, — шепчет он.

Сирена во мне не может успокоиться.

«Он хочет чаровницу, так давай дадим ему её», — шепчет она. — «Заставим его до последней секунды думать, что мы послушны. Затем, мы будем стоять над его телом и смеяться, что он покончил с собой. Глупо встречаться с нами».

Сирену даже не заботит, что этого мужчину нельзя зачаровать. Нельзя, если он — фейри.

Он снимает с меня повязку, и я моргаю от яркого света. Первое, что замечаю,

это оленьи рога на голове мужчин. Острые, громоздкие рога, которые добавляют примерно шестьдесят сантиметров к его и так немалому росту. Шёлковые каштановые волосы обрамляют загорелое лицо.

Мужчина из моих снов.

Суженные зрачки золотистых глаз расширяются, когда он осматривает меня.

— Ты — вполне красива, — говорит он. — Могу понять, почему Властелин Тайн выбрал тебя себе в пару. Но ты — ужасно слаба, — продолжает он. — Что за упущение. Он должен был лучше понимать.

— Кто ты? — спрашиваю я едва слышно.

— Где мои манеры?! — Он кланяется. — Меня зовут Карнон, я — Король Фауны, Властелин зверей, Король Дикое Сердце, Царь клыков и когтей.

Король Фауны? Безумный король?

Чёрт побери, это нехорошо.

Он выпрямляется, раскидывая руки и показывая на комнату.

— Добро пожаловать в моё царство.

Я осматриваю помещение — спальню, точнее. Везде лежат меха, а ещё, толстое дерево и мебель из слоновой кости; на каждой детали искусная резьба, хотя ни одна из них не впечатляет так, как поразительная спинка кровати. На дереве запечатлена сцена охоты, украшенная кусочками слоновой кости, перламутром, полудрагоценными камнями и частицами золота.

Кровать для короля.

Из всех комнат, он выбрал для встречи именно эту. Тоже плохо.

Я отрываю взгляд от массивной постели, чтобы взглянуть на Карнона, который, прищурившись, изучает меня с еле заметной улыбкой, а в его глазах танцуют бесенята. Он наклоняется ближе, едва не касаясь меня оленьими рогами.

— Я уже подобрал для тебя гроб. Особенный гроб для особой леди. Мы доставим тебя прямо к порогу твоей пары.

Он знает, что мы с Десом пара?

Пальцем Карнон поддевает ворот платья.

— Мне интересно, сломается ли он от вида любимой… почти мёртвой и держащей на руках ребёнка другого мужчины. Убьёт ли дитя? Оставит? Столько предположений… — Он проводит костяшками по моей груди, и я замечаю на сгибах запёкшуюся кровь. Я проглатываю ужас от этого вида. Пока Карнон был немного эксцентричным, но не сомневаюсь, что в любой момент может сорваться.

— Я никогда не был с человеческой женщиной, — продолжает он, уже тише. — В Царстве Фауны спать с рабыней — табу. Вы, земной скот, такой грязный. Но ты довольно мила на вид. — Он осматривает меня с головы до ног. — Да, достаточно мила. И я хочу увидеть остальную часть тебя.

Боже.

«Никто не обидит нас, как раньше», — обещает сирена. — «Он за это заплатит».

Король Фауны наклоняет голову.

— Может, нам начать прямо сейчас?

Прежде, чем я успеваю отреагировать, он хватает меня за челюсть, затем, глядя в глаза, наклоняется ближе и прижимается губами к моим. Но не целует. Напротив, он заставляет меня открыть рот, а затем выдыхает. Поток магии, со вкусом гнили, направляется прямо мне в горло. Я пытаюсь вырваться, но колени начинают подкашиваться. Он хватает меня за талию, удерживая, и продолжает вдыхать магию в меня. Я пытаюсь врезать ему в промежность, но из-за кандалов, ногу удаётся поднять лишь на несколько сантиметров. Карнон даже не замечает. А, закованные руки, были зажаты между нами.