Раннее утро

Пистоленко Владимир Иванович

Р у б а с о в. Нервы. Я понимаю ваше состояние. Рад бы помочь, но бессилен. О вас справлялся атаман Бутов.

Н а д я. Спасибо.

Р у б а с о в. Вы не обижаетесь на меня?

Н а д я. За что?

Р у б а с о в. В день вашего приезда к отцу я разлучил вас с женихом — Обручевым. И вот сейчас я хотел посоветоваться с вами: не отозвать ли Обручева сюда?

Н а д я. Как хотите. Мне все равно. (Роняет голову на руки.)

Р у б а с о в. Я вас понимаю, Ирина Ивановна! Понимаю! Потерять отца… Но успокойтесь, ради бога. Вот вода, пожалуйста…

В жизни бывают странности. Поймите, Обручев должен был стрелять. Я только одного хочу и прошу: не считайте его убийцей.

Н а д я. А кем же мне его считать?

Р у б а с о в. Иногда долг обязывает. Впрочем, такое трудно забыть. Я понимаю вас. Невозможно.

Н а д я. До чего же противна эта собачья жизнь. Верите, полковник, иногда мне хочется умереть, выпить чего-нибудь.

Р у б а с о в. Ну нет, Ирина Ивановна, так нельзя. Жизнь дана человеку свыше, и ею нужно дорожить. Беречь. Вы молоды, красивы, обеспеченны. У вас еще все впереди.

Н а д я. Не пугайтесь. Я не собираюсь скоро умирать. Сейчас я знаю, для чего живу. У меня есть цель. И своей жизни я дешево не отдам. (Расстегивает френч.) Видите?

Р у б а с о в. Граната?

Входит В а с и л и й с охапкой дров.

В а с и л и й. Господин полковник, можно подложить в печку?

Р у б а с о в. Да, да. Получше истопи. Ночами опять морозит.

Василий подкладывает дрова.

Так зачем вам граната?

Н а д я. На черный день. Если попытаются схватить.

Р у б а с о в. Мы до этого не допустим. Нет, нет!

Входит в е с т о в о й.

В е с т о в о й. Господин полковник, к вам просится поручик Обручев.

Р у б а с о в. Обручев?

В е с т о в о й. Говорит, по неотложному делу.

Н а д я. Господин полковник, разрешите мне первой встретиться с ним? И без свидетелей. Прошу вас. Я никогда вам этого доброго дела не забуду.

Р у б а с о в. Пусть будет так. (Вестовому.) Зови.

Вестовой уходит.

Я вас понимаю, Ирина Ивановна. (Уходит.)

В а с и л и й. Надя! Ты?

Н а д я. Тише.

В а с и л и й. Тебя ж убьют!

Н а д я. Я, наверное, не выберусь отсюда…

В а с и л и й. Беги.

Н а д я. Нельзя. Понимаешь? Вася, выполнишь просьбу, может, последнюю?

В а с и л и й. Давай, говори.

Н а д я. Знаешь Желтую балку? Достань лошадь и скачи. Там Кобзин. Скажи, что заморский гостинец здесь. Пускай торопятся. Беги. Прощай, Вася.

В а с и л и й. Надя! (Убегает.)

Надя встает за шкаф. Стоит в напряженном ожидании. Входит О б р у ч е в.

Н а д я (шагнув

из-за шкафа). Обручев!

О б р у ч е в (оборачивается к ней, вскрикивает). Надя!..

Н а д я. Ты кто: Обручев или Шестаков? Молчи! Я знаю. Я тебя не из-за угла, а глядя в глаза… Именем революции. (Стреляет.)

Обручев, схватившись за голову, падает. Вбегает Р у б а с о в, за ним В и к у л и н и д р у г и е.

Р у б а с о в. Что вы наделали? Боже мой!

Н а д я. Господин полковник, иначе я не могла поступить. Он убил самого дорогого для меня человека. Атаману Бутову я расскажу обо всем сама. Извините, я к себе. (Уходит.)

В и к у л и н. Да. Характерец.

Р у б а с о в. Вестовой!

Вбегает в е с т о в о й.

Уложить на диван! И врача, скорее врача… (Выбегает.)

Обручева переносят на диван.

З у б о в. Чуть дышит. Врача определенно не потребуется.

В и к т о р. И вечную память пропели… Лихой был поручик. Нет, мне такой невесты не надо.

Вбегает Р у б а с о в, за ним И р и н а.

И р и н а. Как же… Как вы могли допустить! Слепые! (Склоняется над Обручевым.) Слепые… (Поднимается.) Где она?

В и к т о р. Ничего не понимаю…

И р и н а. Где Корнеева?

В и к т о р. Какая Корнеева?

Р у б а с о в. Эта, Корнеева!

В и к у л и н. Вы хотели сказать, Стрюкова. Так она ушла к себе.

Р у б а с о в. Не Стрюкова! Стрюкова — вот! А та — Корнеева. Большевичка. (Звонит по телефону.) Охрану! Рубасов. За ворота никого не выпускать. По тревоге поднять особую сотню. (Вешает трубку.) Схватить!

Все бегут вслед за Надей.

Виктор! У нее граната!

Все замерли, словно в оцепенении.

КАРТИНА СЕДЬМАЯ

Слева вглубь тянется каменная стена. В стене железные ворота. У ворот к а з а к. Во дворе вырисовываются орудия, пулеметы, штабеля патронных и снарядных ящиков. Впереди справа — часть сарая. На полу лежит С е м е н, над ним склонилась Н а д я.

Н а д я. Сеня…

С е м е н. Уйди! Уйди!

Н а д я. Это я, Надя.