Раненый зверь
Шрифт:
Павел отвалился от Оксаны, подал ей платье. Вышел из машины, надел джинсы, полной грудью вдохнул воздух. Вот тебе и пробуждение ото сна. Все-таки обнял он девушку из сна, но итог все тот же — разочарование. А раз так, то пора сворачивать удочки.
Оксана уже надела сарафан, когда он вернулся в машину. И даже спинку сиденья подняла. Возможно, это для нее привычное дело.
— Я отвезу тебя домой? — пряча глаза, спросил Павел.
Она с грустью глянула на него и кивнула.
— Извини, не сдержался.
— Бывает. — Ее голос дрогнул от обиды.
— Ну да.
Она
Павел выгнал машину на дорогу, и минут через пятнадцать они были на месте, возле маленького невзрачного дома, грубо выложенного из шлакоблоков. Ни штукатурки на стенах, ни побелки. Забор вроде бы свежий, но штакетины не оструганы, не покрашены. Оксана уныло смотрела на дом, носом прижимаясь к стеклу. Всю дорогу она смотрела куда-то в сторону.
— Все, приехали, — сказал Павел.
— Я пойду? — тоскливо спросила девушка.
— Иди.
Она открыла дверь и только тогда повернула к нему голову. По ее щекам текли слезы, и у Павла невольно сжалось сердце. И даже вдруг захотелось остановить ее, вернуть, увезти с собой. Но он пересилил себя. Хороший был сон, но пора просыпаться. И Оксане пора возвращаться к своим хахалям…
Глава 2
Туда-сюда, вперед-назад… И тело движется в удовольствие, и напряженность внутри приятная, только нет никакой радости в душе. Не секс, а тоска зеленая. Ну и зачем это все нужно? Павел оттолкнул от себя Рину, опрокинулся на спину, широко раскинув руки.
— Что, все? — удивленно и возмущено спросила девушка.
— Все.
Он рывком поднялся с кровати, ловко влез в джинсы, быстро, без единого лишнего движения надел рубаху.
— Не все! — Рина вскочила с постели вслед за ним.
Набросила на себя халат, но запахивать не стала. Зато руки в боки уперла.
Молодая она, тридцати еще нет. И лицо смазливое, и фигура неплохая, но не лежит к ней душа. О серьезных отношениях и говорить нечего. Присунул по случаю, и все дела. И его такая любовь устраивала, и ее. Хотя, конечно, она не прочь была привязать его к себе более серьезными отношениями. Но это нереально.
— Я сказал, все!
Павел отслужил два года, половину срока — в Афгане. Остался на сверхсрочную, через год уехал домой в отпуск. Орден Красной Звезды, медаль «За отвагу» — герой! Но Лизе больше понравился «Шарп» и штатовские шмотки, которые он с собой привез. И еще у него были чеки, на которые он отоварил Лизу в «Березке». Любовь-морковь, за пирок да за свадебку… Второй отпуск выпал ему всего через пять месяцев после того, как закончился первый, Лиза даже и не ждала его так рано. А он нагрянул и застукал ее с любовником в постели.
Павел мог бы убить парня, но он его отпустил. С третьего этажа. Бедолага ноги переломал, позвоночник повредил, получил инвалидность. Но и для него самого эта выходка закончилась бедой. Арестовали его, закрыли, однако это было пустяком по сравнению с тем, что произошло дальше. Мама носила ему передачи в СИЗО, на улице тогда стояли лютые морозы, а очередь в пункт приема тянулась под открытым небом.
Он отмотал всего полтора года, вышел по амнистии для воинов-интернационалистов. Мамы уже не было, когда он вернулся. Зато Лиза была и живой, и здоровой. И еще ребенка родила. Якобы от Павла, якобы в медовый месяц забеременела, только кто ж ей поверит? Пока по афганским горам бегал, она с мужиками напропалую летала. И залетела. Пусть и дальше летает…
А ведь Лиза скромницей казалась, когда Павел с ней познакомился. Но отдалась ему в первый же вечер. Он пошел провожать ее домой, они зашли за гаражи, а там дерево с изогнутым стволом, она так удобно легла на него спиной… Он тогда и не подумал, что Лиза делала это и раньше, с другими. Как была она шлюхой, так ею и осталась. И с Оксаной та же песня. Именно поэтому Павел и расстался с ней. Но, кажется, зря это сделал. Она теперь каждый день ему снится, манит, зовет. А он, дурак, упирается.
— Больше водку не привози!
Павел уже переступал порог, когда услышал эти слова.
— Что ты сказала? — Он резко повернулся к Рине, и она испуганно шарахнулась, споткнулась и села на кровать.
— Хочешь сказать, что я с тобой из-за товара?
— Н-нет! — Она испуганно мотнула головой.
Павел не считал себя злым человеком, но в гневе он мог наломать дров. Да и выглядел он в таком состоянии устрашающе.
— Больше так не говори! — Он ткнул в девушку пальцем, и она испуганно зажмурилась.
Павел криво усмехнулся. Неужели эта дура решила, что ей собираются выколоть глаза?
— Не буду!
— А водку не привезу.
Рина работала в поселковом магазине и приторговывала водкой, которую ей поставлял Павел. И она из-под полы в розницу приторговывала, и он занимался таким же незаконным мелкооптовым сбытом. С водкой в стране дефицит, надо же кому-то восполнять пробелы.
Свой подпольный цех у него, объемы производства мизерные, но ему на жизнь хватает. Дом купил, машина своя. Но Павлу не столько материальные блага нужны были, сколько — чувство риска, которое заполняло вакуум в личной жизни. Он обычный человек, ему нужна семья, дети, но не будет этого никогда. Хватит с него Лизы. Потому и занялся он столь опасной работой, чтобы не оставалось времени на грусть в одиночестве. Еще ему нужен был секс, и для этого существовали такие женщины, как Рина. И как Оксана…
Суета, нервные движения, каждодневный риск перегружали психику, потому время от времени у Павла возникала потребность снять стресс. Почему бы в субботу не отправиться на рыбалку? В район Саврасовки. Середина сентября на календаре, Оксана уже учится, но, возможно, на выходные она уезжает в свой поселок. Солнца еще много, вода теплая — может, она снова пойдет купаться голышом?..
У Павла завибрировало внутри, едва он вспомнил об этой необыкновенной девушке. Желания и мысли вошли в резонанс, и так захотелось обнять Оксану, прижаться к ней. Знакомое ощущение. Эта девушка снилась ему чуть ли не каждую ночь…