Раненая душа
Шрифт:
– Забей, – видя в его глазах немой вопрос, ответил я.
Сев в автомобиль, я удивил водителя конечным пунктом нашей поездки. На его лице читалось легкое напряжение. Вопрос — 'Все нормально?', мужчина парировал, сказав, что просто живот покалывает.
"Врет как дышит! Эмоциональный фон не может обманывать. Мужчину что-то сильно напрягало."
Постепенно дома в японском стиле менялись на более европейские, что означало выезд за границы территории клана Одзава. Вдохнув полной грудью, я устремил взгляд в окно. Мы ехали по той же дороге, по которой Уолтер вывозил меня
"Эх, сколько воспоминаний."
Подъехали к главному особняку клана Велс, нас остановили на посту охраны, что привело меня в легкое изумление. На территории Одзава меня никогда не останавливали, лишь подозрительно наблюдали за моим передвижением.
Проехав пост, Седзе, заметивший выражение моего лица, разъяснил причину.
— Это все из-за магов, — сказал мужчина. — На территории клана Одзава очень много магов воздуха. Обычно на посты ставят сильную охрану: мастеров последней ступени или же экспертов, у которых развита техника воздушного сонара. Для Велсов использовать воздушников для таких… скажем так, несильно серьезных задач — расточительство.
"Ты что, менталист? Отвечаешь на вопрос, который я еще не задал."
— Я и не думал, что распределение и использование магов идет даже по атрибуту, — ответил я.
"Как-то упустил этот момент из виду. Никогда не задумывался, что способности так рознятся. Насколько мне известно, разность в силе из-за атрибута полностью стирается после перехода на уровень адепта, но вот индивидуальные способности каждого атрибута. Помнится, я уже встречал работу сонара в деле, когда сраные якудза напали на нас с Уолтером. Мужчина заприметил врагов еще до того, как мы попали в их ловушку, но у бандитов был план Б. Стоит изучить этот вопрос. Возможно, даже такие, казалось, не особо важные знания, могут пригодиться."
Дальше все было по-стандарту: мы остановились напротив главного входа, я направился во двор, а Седзе поехал к остальным водителям обсуждать насущные вопросы бытия. Встретили меня две приятного вида служанки. Завидев мою фигуру, девушки поклонились и с ангельской улыбкой спросили мое имя.
— Артур Велс, — ответил я, а прислуга удивилась.
"Хах, Велс, которого даже слуги не узнают."
На лице одной из них я заметил синяк, почти профессионально скрытый косметикой.
"Что-то неладное творится в этом месте. Неужели Алмер постарался? Да нет. Дед хоть и диктатор, но справедливый."
Как только я оказался во дворе, меня тут же подхватили господа Вознесенские.
— Игорек, — по привычке произнес я, но тут же поправился. — Игорь Васильевич, Любовь Андреевна, — поклонился я. — Не ожидал вас здесь увидеть.
— Здравствуй, сосед, или, может, не сосед, — недовольно произнесла теть Люба. — Ты куда переехал, я тебя на борщ позвать хотела, а тебя дома нет. Нехорошо, господин Велс.
— Извините, что без предупреждения. Обстоятельства… — отмазался я.
"Действительно, стоило предупредить людей. Все-таки почти родные." — подумал я и сразу сменил тему. А то обиженная моська госпожи Вознесенской меня напрягала. — Я думал, что тут только молодежь собрали. Не в обиду, Любовь Андреевна. Вы тут любой малолетке фору дадите. Все же, что вы тут делаете?
Женщина довольно улыбнулась,
— Твой отец пригласил нас, — ответил Игорек, глаза которого уже плавали в хмельном празднике.
— Игорь Васильевич, вижу, что вам тут все нравится.
— А то! — мужчина поднял стакан, а затем залпом осушил его.
— Игорь, — фыркнула госпожа Вознесенская, — мы не дома, а на серьезном мероприятии. Веди себя прилично. Иначе… — загадочно добавила женщина.
Слова были простыми, но какой эффект они произвели. Игорек перестал горбиться и встал почти на ровне со мной, его спина и плечи словно стали шире, а мускулистая грудь брутально выпячивалась вперед. Самое страшное — это трезвые глаза. Как можно протрезветь за такой короткий промежуток времени. Даже запах пропал. Вот это настоящие чудеса, а не какая-то там… магия.
— Прошу меня простить, господин Велс, — басистым, внушающим доверие голосом произнес Игорек. — Позвольте нам с супругой откланяться. Хотелось бы поприветствовать знакомых.
Я даже ответить не успел, как за мгновение превратившийся в аристократа выпивоха подхватил свою жену и направился вальяжно расхаживать по внутреннему дворику, приветствуя золотую молодежь.
"А что я могу сказать… Красиво делает."
Когда семья Вознесенских скрылась в толпе людей, я заметил на себе странные взгляды. Молодежь о чем-то шепталась и поглядывала на меня. Понять в чем причина не удалось. Даже эмоции не подсказывали.
Заприметив друзей, сбившихся в кучу, я направился в их сторону. Среди них было еще несколько незнакомцев, но, что странно, я не видел Рину. Мне, конечно, плевать на нее, но то, что Кенши сейчас без нее, говорит о чем-то нехорошем.
"Что-то у меня плохое предчувствие." — подумал я и стал быстро оглядываться. — "А где, сук… Кира?"
— Артур, — послышалось слева от меня.
"А вот и Рина."
Девушка была в бежевом платье без каких-либо изысков. Строгий, но очень привлекающий внимания стиль. Рина нервно сжимала кончик своего указательного пальца другой рукой, но стойко смотрела мне прямо в глаза.
— Ну, — хмыкнул я, — и куда же делась вся наглость и стервозность госпожи Рины? — издевательски спросил я. — Ах, точно! Прошу простить мне мою невнимательность. Тут же Кенши, ой… то есть, господин Танабе.
— Может ты уже прекратишь? — возразила залитая краской Рина.
— Я еще ничего не начинал.
— Извини, — промямлила девушка, а я аж брови вскинул. — Я была неправа. Кира не оставила мне выбора. В детстве…
— Не было выбора… — протянул я и подошел к девушке поближе. — У тебя всегда есть выбор. Даже если все будут думать, что мир круглый, они не обязательно правы. Ты предпочла поддаться чужому влиянию, тем самым… Эх, ладно, я даже объяснять не хочу.
— Артур, я была ребенком и…
— Я тоже! — парировал я. — Тем более, в осознанном возрасте вы с сестричкой тоже этим грешили. Хочешь сказать, ваше развитие до сих пор на том же уровне, что был десять лет назад?
Девушка продолжала смотреть на меня, но слов для ответа так и не подобрала. Ее разум отчаянно метался между пониманием и отрицанием проблемы. Глаза норовили намокнуть, но девушка сдерживалась. Все же плакать в праздничной обстановке не стоит, особенно если праздник у твоей семьи… да и тушь потечет.