Рандеву

Эмма Д.

— Как мы вообще перешли к такому тяжелому разговору? — спросил Андрей, и я улыбнулась.

Мы по-прежнему занимали столик в ресторане. Я сидела, положив голову ему на плечо, его голова опиралась мне на макушку, а пальцы переплетались с моими.

— Ты первый начал говорить про ребенка, помнишь?

— Да, но смысл был в другом. — он приподнялся, но я продолжила прижиматься к нему. — Ты же страстно хотела скатиться еще раз.

Теперь я тоже сидела прямо, вытянув позвоночник в прямую линию.

— Да. Скачусь, и не раз. И, будь уверен, без

падений. — сказала я так, словно бросала ему вызов.

— Я и не сомневаюсь. Это твоя привилегия.

— Ты мне об этом теперь постоянно будешь напоминать. Мне ужасно стыдно.

— Да, всегда, и надеюсь всегда получать от тебя такую реакцию. Ты поняла, всег-да.

А, он намекал, что мы будем вместе всегда? Не знаю, не хочу заглядывать так далеко в будущее, но именно сейчас, в эту секунду, мне казалось я по-настоящему счастлива. Андрей опустил меня на сиденье дивана.

— Ты что делаешь? — я быстро оглядела зал в поисках случайных свидетелей.

— Не волнуйся, мы за углом, и здесь никого нет.

Он стал покрывать мою шею поцелуями, и я закинула голову назад, чтобы ему было удобнее. Горячие поцелуи, словно раскаленные камни, обжигали мне кожу. Мои губы приоткрылись в безмолвной просьбе, и он не медлил с исполнением.

— Эй, вам тут не дом свиданий. — раздался голос за спиной Андрея.

Я выглянула из-за него. Высокий, здоровый мужчина, замер у столика напротив, и смотрел на нас. Моя реакция была для меня самой неожиданна. Я думала, что вся покраснею с головы до кончиков пальцев, но вместо этого засмеялась.

— Увидели. — сказала я Андрею, все еще нависающему надо мной.

Он поднялся на ноги, затем рывком поднял и меня.

— Простите. — улыбка по-прежнему не сходила с моего лица.

Бросив на стол деньги, Андрей демонстративно положил руку мне на плечо, и не глядя на мужчину, мы покинули пределы его видимости.

Мне так нравилось, как Андрей обнимал меня, как будто хотел показать каждому в этом кафе, что я — его. И мне хотелось думать, что он делал так не только для того, чтобы показать тому зеваке, что его слова абсолютно ничего не значили. Он вел себя как собственник и мне не должно это нравиться, но все происходило с точностью до наоборот.

— Ты не должна была извиняться перед этой напыщенной свиньей.

Я изумленно ахнула.

— Андрей! Я считала тебя истинным джентльменом.

— О, да брось. Может я и галантен, но всегда говорю, то, что думаю.

— Все равно, не выражайся. И я думаю, что правильно извинилась. Он увидел то, что не должен был.

— Так может мне вернуться, и начистить ему морду? — Андрей развернулся, показывая серьезность своих намерений.

— Нет. — завопила я, повернув его к себе за плечо. — Кто ты такой? Этот Андрей мне не нравится, он грубит и лезет в драку.

— Как и любой мужчина, отстаивающий честь своей женщины.

Я протянула руку к его лицу, и обняла ладонью его щеку. Улыбнулась, успокаивая ни с того, ни с сего разбушевавшиеся гормоны.

— Он ничего не сделал. Верни мне того

Андрея, который посреди ночи повез меня лечить зуб.

Он усмехнулся, и провел пальцами в воздухе, словно какое-то заклинание. Затем из его рта начали вырываться непонятные квакающие звуки. Это уже становилось не смешно. Мы стояли напротив выхода, и люди, входящие в ресторан, не знали, как реагировать. Жующие свою еду посетители, заинтересованно выглядывали из зала. Андрей ставил меня в неловкое положение. Слава богу, этот цирк закончился. Он открыл глаза, и взял мое лицо в свои ладони, устанавливая зрительный контакт. Не знаю, что произошло, но его голубые глаза будто стали еще яснее.

— Эй, это все еще я.

— Что ты здесь устроил?

— Смешил тебя. Только не говори, что ничего не вышло, я видел, как ты улыбалась.

Я обреченно вздохнула и вскинула голову.

— На нас смотрели, как на сумасшедших.

— Пускай, это их мнение. Мы-то ведь знаем, что на самом деле… — он поманил меня к себе, и склонился над моим ухом. — Так оно и есть.

Он улыбался, и моя ответная улыбка не заставила себя долго ждать.

— Дурак! — толкнула я его в плечо.

— Бери пока одежду. — Андрей достал наш номерок и протянул мне.

— А ты куда? — слова вырвались быстрее, чем я успела подумать.

На ум пришла только мысль про физические потребности организма.

— Захвачу что-нибудь для Владимира, а то он там совсем оголодал.

— Он что сидит там голодный? Мы здесь не меньше двух часов, а ты говорил, что ненадолго. Иди бери быстрей и полетели. Бегом!

— Слушаюсь, моя госпожа. — усмехнулся Андрей, убежав обратно в зал.

В голове вырисовывалась картина: Владимир сидит на снегоходе, возле наших лыж, один, в заснеженных горах. У него урчит в желудке и стучат зубы от холода. Жуть, смахивало на сцену из фильма «Эверест». И пусть, это лишь в моей голове, все равно сердце кровью обливалось.

Одевшись, я стояла у гардероба и держала в руках куртку Андрея. Он вернулся, держа в руках фирменный пакет. Мы вышли наружу, направившись к вертолету. По дороге я взглянула на девушку, которая стала объектом нашего пристального внимания. Она уже освоилась с лыжами, и каталась намного увереннее, чем вначале. Я не могла скрыть слегка горделивой улыбки, глядя на нее. Мы взлетели, и головы многих людей поднялись вверх. Да, должно быть не часто увидишь вертолет, перелетающий со склона на склон, для того, чтобы пообедать.

***

Приземлившись на нашем склоне, я сразу стала искать глазами Владимира, но его нигде не было. Он не сидел и караулил наше «добро», как я предполагала. Снегоход стоял там же, где я его в последний раз видела, но где же сам Владимир?

— Катается. — ответил на мой безмолвный вопрос Андрей.

Он указал куда-то, я проследила за направлением его руки, и увидела Владимира. Он змейкой мчался по склону, и встречный ветер приветливо распахивал его куртку. Пару минут мы с Андреем сидели молча, слушая как затихал гул лопастей.