Радиус 227
Шрифт:
— А может, машину им сжечь?
– предложил Череп.
— Не, это уже и в правду перебор будет. Если не поймут, так в следующий раз все пожгем.
– ответил Коля и направился к белой копейке, попутно двинув ногой по ребрам начавшего подниматься с земли лысого здоровяка, так что тот, снова повалился на бок. Димка оглядел поле боя, которое явно осталось за ними. Двое из пяти бандитов, все еще бездыханными манекенами лежали в пыли дороги, здоровяк, тот которого Димка приласкал тяжелым кастетом, пытался подняться, елозя на коленках и пуская тягучую кровавую слюну, а еще двое хоть и стояли на своих ногах, но и им тоже неплохо досталось.
— Ну че, там Мишаня?
– спросил Череп когда они отъехали от места стычки с Зырянскими на пару километров, — Все наши деньги на месте были?
— Все. Что там, Толян говорил, двадцать восемь тысяч у него забрали? Тут на шесть штук больше, видно еще кого-то пощипали.
– предположил здоровяк.
— Ну че, ништяк!
– радостно хмыкнул Череп, — В прибытке значит, и деньги вернули, и ружье ихнее забрали.
— Сам-то как, может перебинтовать?
– спросил его Коля.
— Да нормально! Жжет только децел.
– отмахнулся Череп и усмехнулся, — Ну чего, забухаем сегодня, прогуляем с бою взятое?
— Лучше водиле дайте, за моральный и физический ущерб, -неожиданно, сам для себя высказался Димка, все еще разгоряченный поножовщиной.
— А тебе, молодой, слово давали?
– снова подцепил его Череп, Димка уже хотел ответить ему матом и действительно решить их недопонимание в поединке.
— Череп, завязывай!
– повысил голос Коля, — Молодой, за наши дела впрягся и махался нормально, Кабана вырубил и мне, можно сказать жизнь спас, а то прилетело бы в спину ножом.
— Да и дело говорит, Толяна, реально поощрить надо, он вообще человек подневольный, а получил сегодня. А махался зверски, сам видал, молодец молодой!
– снова повернулся к нему Миха и увидев окроваленную кисть спросил, — Что сильно порезали, может перебинтовать чем?
— Да не, терпимо просто царапина, -мотнул головой Димка, -но у меня к вам, братцы, просьба.
— Говори!
– кивнул Миха.
— Не зовите меня молодым, мне это не нравится, лучше по имени или Димыч.
— Ха, заметано, мо…Димыч!
– со смехом снова хлопнул ему по плечу здоровяк, — Так-то он прав, вон Башка, явно помоложе будет!
— Не, реально, парни, ща все к нам в офис и посидим чуток, надо напряжение снять, да и победу отметить. Как ни крути, а мы блатных отбуцкали и деньги забрали свои и еще трофей военный. Так что, Димыч, Леха, я вас приглашаю, поляна с нас за помощь.
– пригласил их Николай. — А ружьишко неплохое, Тулочка и патронов десяток — картечь.
— Это да, теперь второй обрез сделаем, уже хоть что-то, не просто палки, да ножи!
– поддержал его настрой Миха.
Внезапно Дмитрий снова почувствовал поток информации и осознал текст полученного сообщения:
Внимание, кандидат! Вы победили двух врагов, избив и повергнув их наземь.
Получено по 10 очков опыта за каждого. Добивайте и лишайте жизни поверженных врагов, во имя системы темных миров и тогда получаемые очки опыта возрастут в десятки раз!
Очки опыта не могут быть использованы, так как вы не прошли инициацию.
Пройдите инициацию и идите выбранным путем, что позволит вам достичь славы и обрести величие!
Это было так неожиданно,
«Выходит, эти сообщения получаю только я? Другие, ничего не чувствуют? И хотелось бы, чтобы это не было результатом моего больного или воспаленного сознания.»
Когда приехали в офис, Мишаня с Лехой быстро метнулись к пострадавшему водителю и выдали утешительную премию, для поправки здоровья, а потом съездили за продуктами и самогоном в одну из своих пирожковых.
Как потом понял Дмитрий из разговора, у парней был автобус ПАЗ, на котором раз в неделю, возили людей из Асино в самое дальнее поселение — Тегульдет, что находился в ста семидесяти километрах от города. Еще они крышевали вещевой рынок, две большие артели рыбаков и помимо бара в кинотеатре Восток, имели две пирожковых в которых разливали самогон, собственного изготовления.
А еще Димка узнал, что все они были бывшими спортсменами. Коля Каратэ имел разряд по борьбе, а потом увлекся каратэ и даже несколько лет вел секцию, тренируя молодежь. Саня Черепанов, был перворазрядником по боксу, а самый здоровый и самый старший из них по возрасту — Мишаня, был КМС-ом по гиревому спорту, а теперь организовал качалку и тоже зазывал туда молодых парней.
«Если Мишане, как он понял из разговоров, сейчас около тридцати восьми, то Коля чуть помладше, а Череп вообще, младше Михи лет на пять-шесть.»
Еще, как оказалось Николай раньше жил на одной улице с Алексеем, отсюда и приятельские отношения. Теперь же, лидер местной группировки спортсменов, жил где-то в самом центре в доме, в пяти шагах от стадиона и кинотеатра Восток, где на втором этаже была их штаб-квартира.
За столом посидели часа два, выпивая, закусывая и вспоминая недавнюю стычку с блатными Зырянска, а потом Миха предложил съездить за какими-то сестрами и их подругой, как понял Димка, девицами с весьма низкой социальной ответственностью, и продолжить отдых возле реки, на лоне природы. Ночь и вправду была теплая, Димка было, начал отказываться мотивируя это завтрашним разговором с начальником горотдела милиции.
— Че, тебя Ленин, к себе вызвал?
– спросил его Коля и видя непонимание в глазах пояснил, — Это Прокопенко так за глаза называют, потому как Владимир Ильич, имя-отчество.
— А, понял. Ну не так что бы вызвал, с паспортом решить надо. Арсений Петрович позвонил, договорился на завтра.
— Ну ты там, про наши дела не болтай!
– придержал его за руку Коля.
— Да уж ясен пень.
– усмехнулся Димка.
Но в общежитие, они с Лехой, попали только часа в три ночи, так как их все же уговорили посидеть с девушками на бережку и выпить еще по пару стопок самогона. Да и вообще, река Чулым текла недалеко от института. В общем уговорили и Димка порядком накидался, а Леху, так вообще пришлось тащить чуть не на себе. Еще и на берегу, пьяный Коля взялся обучать Леху какому-то борцовскому приему и они оба упав, скатились почти в воду, вывозились в грязи, а Димка в темноте, целовался с одной из сестер и мял ее большие, но чуть отвисшие груди, причем точно помнил, что инициатором этого безобразия был вовсе не он. А когда пришли к общаге и стали стучать в дверь, еще и были обруганы комендантом, которому пришлось вставать ночью и запускать их внутрь.