Ради тебя

Велес Юлиана

Отодвинув волосы в бок, Драко припал к ее шее. Он целовал ее медленно, не пропуская ни дюйма кожи…он добрался до линии скулы, затем перебрался к мочке уха…ласки становились настойчивее.

Гермиона еле держалась на ногах, она схватилась за его плечи. Малфой понял все без слов. Он потянул девушку в сторону своей спальни…

Гермиона не сопротивлялась, желание и страх смешивались воедино. Но все чего она сейчас хотела, это чувствовать его рядом, упиваться его запахом.

В комнате стоял полумрак, несколько свечей

озаряли стены. Драко подвел ее к кровати. Гермиона стояла, он присел, медленно спуская пальцами платье вниз. Мягкий атлас соскользнул с груди и задержался на талии.

Его руки были нежными и теплыми, он уже прикасался к ее груди прежде — сквозь мокрый халат, когда он целовал ее в ванной, это так его возбуждало…но теперь его ладонь ощущала жар ее обнаженной кожи, и ни что не могло сравниться с этим.

Он смотрел как напрягаются ее соски под его умелыми пальцами, как она закусывает губу, сдерживая стоны, хватаясь за него… Губы приоткрываются, она чуть закидывает голову назад.

— Драко…

Этот отрывистый шепот, вырвался скорее непроизвольно, и был похож на тихую мольбу…

Никогда еще его имя не звучало с такой страстью и желанием…Ни с одних губ оно не слетало так мучительно возбуждающе.

Он поднял голову. Страсть была в его глазах, пытливо вглядывающихся в ее.

— Ты хочешь, чтобы я прекратил? — не узнавая свой голос, выдохнул он.

Гермиона отрицательно покачала головой.

Драко уткнулся в ложбинку между ее грудей и стал исследовать ее губами и кончиком языка. Его теплое дыхание скользило по ее коже, поднимало в Гермионе жгучие волны наслаждения.

Никогда в жизни она не испытывала такого удивительного желания, которое охватывало ее сейчас — призывая отдать себя всю.

Она хотела его, хотела давать то, что ему нравится, хотела быть такой, какая была ему нужна. Это был единственный способ утолить нестерпимый голод своего тела, своей души.

Руки, гладящие ее тело, медленно спустили платье с бедер, и оно скользнув вниз, упало к ногам Гермионы. Глаза Драко были как жидкое серебро, он пожирал глазами каждый кусочек ее обнаженного тела, он провел пальцами по ее коже.

Ее тело с радостью приняло его прикосновения, задрожав от волнения и удовольствия. Тело девушки звало его, а он ощутив это призывное биение ее сердца, ответил на этот зов.

Гермиона вдруг почувствовала, что сходит с ума от этой преступной страсти, сжигавшей ее тело. Разве можно было удержать это буйствование внутри себя и сохранить рассудок?

Потянув девушку на себя, Малфой прижал ее к себе. Гермиона дрожала, пальчики потянулись к пуговицам его рубашки. Парень встал с кровати, чтобы ей было удобнее. Последние пуговицы отступили под ее напором. Проводя ладошками по его груди, она попутно снимала рубаху. Наклонившись вперед, она поцеловала его грудь, обводя языком его сосок. Молния пронзила Драко, он с трудом мог сдерживаться.

Гермиона

посмотрела в его глаза, огонь…

Она расстегнула брюки, провела пальцами по его животу. Драко уже не мог дышать…ее такие несмелые движения, возбуждали сильнее, чем изощренные ласки других девушек.

Малфой потянул ее за руку, уложив на постель. В отчаянии, он припал к ее груди… Гермиона застонала. Рукой он гладил ее живот, медленно опускаясь ниже, наконец, его рука остановилась на кружевном кусочке ткани…Он провел пальцами от верха и до впадины, где соединялись ее стройные ноги. Трусики были влажными.

Огонь бежал по венам Драко, он впился в ее губы, рука проникла под резинку трусиков и остановились на ее влажных лепестках, слегка потирая их… он упивался поцелуем, покусывая ее губы.

Гермиона изогнулась. Ощущение, что мир разбивается, накрыло ее. Только его пальцы, бесстыдно ласкающие ее и его губы, сдерживающие ее стоны.

Радость бурлила в его крови, хотя тело его изнывало, стремясь удовлетворить его собственные желания. Ему нравилось думать, что он может заставить ее испытать то же: кричать, стонать… Она была сильна духом, никогда не теряла головы, но в этот момент она была только рабыней собственной страсти, пленницей его умелых ласк.

Драко не мог больше сдерживаться. Он сорвал ее трусики. Избавляясь от своего белья, он заметил, как расширились глаза Гермионы, когда она увидела его мужское естество. Драко снова ее поцеловал. Он безумно хотел ее, такую влажную, такую желанную…С разметавшимися волосами по подушке…

Она обняла его за шею и чуть раздвинула ноги…

Приняв удобную позу, уперевшись руками он рывком поднял свой корпус, не отрывая взгляда от ее глаз, одним мощным движением бедер, глубоко проник в нее…

…Он поздно ощутил преграду, Гермиона сжалась, всхлипнув от боли. В ее глазах было столько муки, что сердце разрывалось. По ее щекам потекли слезы. Драко замер.

«Черт! Я первый, я у нее первый! Она только моя и ничья больше!»

— Почему ты не сказала? — хрипло проговорил он. — Больно?

Девушка отрицательно покачала головой, но он-то видел, как ей плохо…

Стараясь не двигаться в ней, он целовал ее губы, сцеловывал слезинки. Руки ласкали ее грудь.

Гермиона потихоньку начала расслабляться, и сама задвигала бедрами. Драко осторожно начал двигаться.

«Салазар Всемогущий! Какая же она горячая и узкая».

Главное не спешить, от такого сумасшествия он готов был кончить.

Боль отступила, Гермиона растаяла в каждом его прикосновении, в каждой ласке. Ей казалось, что его руки везде и разом, а губы безраздельно властвуют над ней. Каждый его точек внутри нее, каждое его движение…Она понимала, что растворяется в нем, в его силе, в его напоре…

Пламя их страсти вдруг взорвалось неимоверным фейерверком острого, яркого и всепоглощающего блаженства.