Ради счастья дочери
Шрифт:
– Но…
– Спокойной ночи.
Энни захлопнула дверь. Вздохнув, прислонилась к стене и закрыла глаза.
– Что там?
Она открыла глаза. В холле стояла Деб и смотрела на нее.
– Ничего. Это… ошибка. Доставка. Мальчик ошибся…
– Энни, я все слышала. Он не ошибся адресом, и ему нужна была ты. И у него была потрясающая коробка с розами, а ты сказала, чтобы он их забрал.
Энни вскинула подбородок.
– Да, – проговорила она, проходя мимо Деб в кухню. – Тебе принести стакан
– Я хочу знать, не схожу ли я с ума. Кто-то посылает тебе розы на длинных стеблях, а ты даже не хочешь взглянуть на них? Даже не хочешь спросить, от кого они?
Энни достала два стакана из шкафа и со стуком поставила на стол.
– Чейз, – решительно сказала она.
– Что Чейз?
– Розы послал Чейз.
– Откуда ты знаешь? Ты ведь даже…
– Он это делает уже несколько недель.
– Твой бывший муж посылает тебе розы несколько недель?
– Да. А я отсылаю их обратно. – Энни села за стол и взяла кусок пиццы. – Твоя пицца совсем остынет, если ты ее немедленно не съешь.
Деб посмотрела на тарелку, потом на нее.
– Дай мне разобраться. Ты уезжала со своим бывшим мужем, он с тех пор посылает тебе розы, и ты надеешься, что я поверю, что между вами ничего не было?
– Именно на это я и надеюсь, – сказала Энни и расплакалась.
Через полчаса пицца была забыта, вместо колы на столе появилась бутылка кьянти, у Энни глаза и нос были красными, а Деб узнала всю историю от начала до конца.
– Подонок, – вынесла она решение.
– Угу, – согласилась Энни, сморкаясь в бумажное полотенце.
– Дрянь!
– Именно так. Уложить меня в постель, а потом сказать, что это было восхитительно…
– А было?
Энни вспыхнула.
– С сексом у нас никогда не было проблем. Ну, только в самом конце, когда я была обижена и зла на него за то, что он не приходил домой…
– Другие женщины, да?
– Нет. – Энни снова высморкалась. – То есть не тогда. В конце у него кто-то появился, хотя Чейз отрицал это.
– Да, – сказала Деб, – они всегда так говорят. Но если дело не в другой юбке, почему же он не приходил ночевать домой?
– Нет, он приходил. Только поздно. Понимаешь, он учился на разных курсах, которые ему были нужны для бизнеса, доставшегося от отца. И работал как сумасшедший. Обычно уходил до рассвета и возвращался домой в семь-восемь часов вечера.
– Угу.
– А потом, когда дело пошло и компания действительно стала расширяться, он зачастил на все эти мероприятия… в Торговую палату.
– А тебя оставлял дома. Боже, что за человек!
– Нет. Он брал меня с собой. Но потом я решила, что больше не хочу туда ходить.
– Могу представить себе, что было дальше. Этот подонок стал ходить туда один и тогда же начал тебе изменять. Встретил благородную дамочку
– Нет. Он никого не встретил. Хотя… связался со своей секретаршей.
– Как банально. С секретаршей! Неужели мужчины никогда не научатся?
– Он говорил, что на самом деле все было не так, но я-то знала.
– Конечно, ты знала. Помада на воротнике, в карманах чеки из гостиниц, в которых ты никогда не была, счета за цветы, конфеты, духи…
– Нет. – Энни покачала головой. – Ну, счета за цветы, конфеты и духи – да. На мой день рождения, или на Рождество, или… просто так.
– Вот как, – сказала Деб, поднимая бровь.
– Я ничего не знала до того, как неожиданно зашла в его офис и увидела… ее… обвивавшую его, как виноградная лоза изгородь… Потом она плакала и просила меня поверить ей. Сказала, что Чейз никогда даже не смотрел в ее сторону, но я…
– Но ты?
– Но я знала. Что он… что она… Потому что, понимаешь, я перестала поворачиваться к нему, когда он дотрагивался до меня. – Всхлип вырвался у Энни из горла. – Но я так его любила, Деб!
– Бедняжка, – проговорила Деб, – ты его по-прежнему любишь.
– Нет, – ответила Энни, всхлипывая.
Деб встала, подошла к ней и обняла.
– Ой, милочка, я и не знала. Ты же с ума по нему сходишь.
– Нет! – Энни решительно высвободилась из дружеского объятия. – Хотя да, – вдруг призналась она. – Это правда. Я действительносхожу по нему с ума. Люблю его всем сердцем. Даже простила ему этот роман с секретаршей.
– Если там был роман… Если б хотя бы половина из всех этих рассказов о начальниках и их секретаршах была правдой, американская экономика разлетелась бы вдребезги. А в самом деле, почему она это отрицала?
– Не знаю. Я уже ничего не знаю, кроме того, что где-то на нашем пути мы с Чейзом потеряли друг друга. И теперь понимаю, что виноват в этом был не только он. Мы были так молоды, когда поженились, Деб. Я думала, что замужество – это волшебная сказка, понимаешь? Принц увозит девушку на коне, и они живут долго и счастливо. Но в жизни все не так. Тебе приходится все время работать над своим браком, размышлять о целях и проблемах.
– А вы не делали этого.
Энни покачала головой.
– Нет.
– Ну, это никогда не поздно сделать.
– Поздно.
– А как насчет попытки воссоединения?
– Я тебе объяснила. Это было не по-настоящему. Мы просто изобразили это ради Дон.
– Но вы занимались любовью.
– Я занималась любовью. Чейз же считал, что мы просто переспали. – Энни бросила на подругу свирепый взгляд. – И не смей говорить мне, что это одно и то же.