Ради Инглиш
Шрифт:
— Ученики, займите свои места.
Никакой реакции. Складывается ощущение, что сейчас перемена. Я засовываю пальцы в рот и издаю самый мощный и громкий свист. Если только свист и может их успокоить, что ж, пусть будет так.
Они все застывают и поворачиваются в мою сторону.
— Разве я не сказала вам оставаться на своих местах?
Они кивают.
— Когда я задаю вам вопрос, я ожидаю услышать от вас слова, а не жесты. А именно: «Да, мисс Монро, или нет, мисс Монро», вам все ясно?
— Да, мисс Монро.
— Итак, разве я
— Да, мисс Монро.
Я провожу рукой перед собой.
— И это вы называете оставаться на своих местах?
— Нет, мисс Монро.
— Это настоящий позор, потому что сегодня я приготовила для вас угощение, а вы, пробыв в классе всего пятнадцать минут, не смогли следовать моим указаниям. Похоже, вы не получите никакого угощения.
— Простите нас, мисс Монро. Мы не думали, что вы расстроитесь, — пищит тоненький голосок.
— Пожалуйста, займите свои места.
Я жду, пока все займут свои места, и показываю Инглиш её место. Как только ребята сели, я продолжаю:
— Я расстроилась. Если бы для меня это было неважно, я не попросила бы вас оставаться на местах. И… если вы сомневаетесь или хотите задать вопрос, вы должны спрашивать.
Инглиш поднимает руку.
— Да, Инглиш.
С широкой улыбкой на лице она спрашивает:
— Поскольку я вела себя хорошо, могу ли я получить свое угощение?
Могу сказать, что она невероятно умна.
— Посмотрим. Для начала я собираюсь пройтись по всему классу, чтобы каждый из вас назвал своё имя, и мы смогли познакомиться друг с другом.
Где-то во время всего этого суматошного утра, я вспоминаю, что должна написать Беку Бриджесу.
«Ваша мама попросила меня поставить вас в известность о первом дне Инглиш в школе. Я рада сообщить, что у нее все в порядке. Можете в любое время ответить на мое сообщение. Шеридан Монро.»
Я ожидаю тут же получить ответ, поскольку Анна объяснила, как сильно он переживал о том, что не был со своей дочерью в её первый день в школе, но ответа не следует. Возможно, он занят и не увидел сообщения. Час спустя я опять проверяю телефон, но ответа по-прежнему нет. Мне становится интересно, получил ли он вообще мое сообщение. Поэтому пишу ему еще одно.
«Здравствуйте, мистер Бриджес. Это Шеридан Монро, учительница Инглиш. Хотела сообщить, что ее день проходит хорошо. Она все улавливает и заводит новых друзей.»
У меня нет времени ждать ответа. Ученики шумят вокруг Кейна, и когда я смотрю в их сторону, в центре всего вижу Инглиш. Она кричит на всех мальчишек:
— Ну я вам сейчас наваляю.
— Ладно, мы здесь так не общаемся. Это невежливо, Инглиш.
Инглиш топает ногой и говорит:
— Он толкнул меня, мисс Монро, и я сказала ему больше так не делать, но он опять
И как с этим поспоришь?
— Джордан, ты толкнул Инглиш?
— Нет.
Кто-то из них врет и мне нужно выяснить, кто именно.
— Хорошо, один из вас говорит неправду. Кто в этой комнате видел, что произошло?
Скромная темноволосая Мелани делает шаг вперед.
— Они оба.
Итак, мне предстоит разобраться в этой мыльной опере.
— Мелани можешь рассказать, что случилось?
Она кивает.
— Он толкнул её, а она сказала: «Перестань». А потом добавила, что сможет побороть любого мальчика в классе.
Я смотрю на Инглиш, которая выпячивает нижнюю губу. Вина написана на её лице.
— Что ж, это будет вам уроком. Никаких задираний в классе или на детской площадке среди других мальчиков и девочек. Всем все понятно?
Звучит хор голосов:
— Да, мисс Монро.
— Хорошо. На этот раз никакого наказания, но, если это повторится, я доложу директору.
Море улыбающихся лиц приветствует меня довольными взглядами.
Оставшаяся часть дня проходит без происшествий, и к его концу я отвожу детей к выходу. Вернувшись в класс, проверяю телефон и не вижу никакого ответа от мистера Бриджеса. Какой заботливый отец.
Так и проходит мой первый день в школе.
Глава 2
Шеридан
— Как прошёл твой первый день? — спрашивает Мишель, моя соседка.
— Ох, они бешеные. Я даже не успеваю передохнуть. Серьезно, я не могла даже сходить пописать. И это правда.
— Ой, да не преувеличивай.
— Нет, честно. И есть еще одна маленькая девочка, Инглиш, которая… не знаю, как и описать её. Она сказала всем мальчикам, что сможет одолеть любого из них.
Мишель давится своим вином.
— Вот блин!
— Ага, блин. И что на это можно сказать? Ки-и-ия? — Я пытаюсь сдержать смех, но не удается.
— Эпично.
Я потираю глаза, потому что от контактных линз они жутко горели.
— Надеюсь, я не облажаюсь с этими детьми.
Вспоминаю то, чему учили меня преподаватели, заложив в мою голову цель — всегда искать новые идеи, хотеть становиться лучше. Вдруг я начинаю сомневаться в своих способностях.
— Что за взгляд? — Мишель знает меня слишком хорошо.
— Нет никакого взгляда.
Она указывает на меня пальцем.
— Тебе меня не провести. Я знаю тебя лучше, чем ты думаешь.
— Просто я всегда боялась облажаться со своими первыми учениками.
— Ты не облажаешься. И знаешь почему?
— Почему?
— Потому что ты самый заботливый человек, которого я знаю. Вот почему. Так что перестань волноваться.
Когда возле тебя нет никого, кто бы мог заботиться о тебе, проще делать это самому. Ну, практически никого. Есть Мишель. Мой якорь. Правда, когда у неё появляется новый парень, она полностью помешана на нём.