Ради Инглиш
Шрифт:
— Мисс Монро, вы готовы встретиться с вашими новыми учениками?
— Да, конечно.
Я скрещиваю пальцы и молюсь.
Она держит дверь открытой, пока друг за другом входят дети, их так много, как муравьёв в муравейнике. Улыбка сменяет хмурый взгляд, и я не могу сдержать восторга, который приходит на место волнения. Они выглядят невероятно напуганными, выстроившись передо мной в ряд. Картина умилительная. О. Боже. Мой. Как же я смогу не влюбиться в каждого из этих маленьких спиногрызов? С ними я непременно буду похожа на мятую
— Доброе утро, ребята. Меня зовут мисс Монро, и в этом году я буду вашим учителем. Как ваше настроение?
Тут же один маленький мальчик засовывает в рот большой палец и начинает его сосать. Несколько девочек смущенно улыбаются мне, а пару мальчишек смотрят по сторонам, не обращая на меня внимания. Сьюзен бросает на меня многозначительный взгляд, указывая на дверь, и выходит из кабинета. Заранее приготовив своё рабочее место, я подхожу к первому ряду и начинаю называть детей по именам, указывая им на их места. Заполнив наполовину второй ряд, я произношу имя Инглиш Бриджес, но ответа не получаю, поэтому продолжаю дальше. Когда я рассадила три четверти детей, дверь класса открывается и в проходе появляется женщина около сорока лет с ребенком на шее.
— Извините, что отрываю вас, это случайно не первый класс? — спрашивает она на выдохе.
— Все верно, — отвечаю я с улыбкой. — Я могу вам помочь?
— Простите за опоздание. Меня зовут Анна Бриджес, а это Инглиш, Инглиш Бриджес.
— Ах, да.
— Вы не будете против, если я попрошу вас выйти в коридор на пару слов?
Я смотрю на еще не рассаженных учеников и спрашиваю:
— Не дадите мне несколько минут, чтобы я смогла рассадить остальных?
— Конечно.
Я смотрю ей вслед и заканчиваю рассадку оставшихся школьников.
— Теперь оставайтесь все на своих местах, я скоро вернусь. Помните, нельзя вставать со своих мест. Вы поняли меня?
— Да, — отвечают дети.
Я выхожу в коридор, где меня ждет Анна Бриджес. Она все ещё держит на руках Инглиш.
— С Инглиш все в порядке? — спрашиваю я.
Анна закатывает глаза. Конечно, Инглиш не может увидеть этого. Мне становится интересно, что же всё это значит.
— С ней все хорошо. У нее просто произошла небольшая проблема а-ля «я-не-хочу-идти-в-школу», но я сказала ей, что, если она не пойдет, вырастет необразованной.
Я слышу приглушенный голос:
— Я не стану необразованной. Я умная. Я могу учиться по тем школьным видео, которые смотрю по телевизору.
Хмм. Она довольно хорошо развита, поэтому я говорю:
— Но, Инглиш, а как же ты заведёшь новых друзей и будешь участвовать в весёлых школьных мероприятиях?
— Школа — это не весело.
— Хмм. А тебе нравился садик?
— Да, — бурчит она.
— И как же ты поняла, что тебе не понравится первый класс, когда ты ещё в нём не была?
Её плечи почти достают до ушей, когда она демонстрирует мне преувеличенное пожатие плечами.
— Вот что. Почему бы тебе не поучиться
Маленькая девочка поднимает голову и смотрит на меня. Светловолосая кудрявая головка приветствует меня взглядом зелено-голубых глаз. Моё внимание также привлекает ее одежа. Калейдоскоп цветов — полосатые гетры и цветная рубашка, которые каким-то образом сочетаются на ней. Все остальное розового цвета. Не понимаю, кто кого будет учить.
— Хорошо. А вы обещаете, что она мне понравится?
— Я не могу тебе этого пообещать, Инглиш, но я сделаю всё, что в моих силах.
Она разворачивается лицом к женщине и произносит:
— Ладно. Пойдём.
— О, сладкая, я должна уйти.
— Нет! Не оставляй меня, Банана!
Банана?
Женщина переводит на меня взгляд и улыбается.
— Да, она зовет меня Банана. Оригинальное сочетание бабушки и Анны, не правда ли?
Замешательство, скорее всего, светится у меня на лбу, как неоновая вывеска.
Женщина уточняет:
— Поскольку меня зовут Анна, мне в голову пришла блестящая идея, что вместо бабушки пусть зовет меня бабушка Анна, но она не смогла выговорить это, поэтому теперь я — Банана. Это еще ничего. Я уже привыкла, когда она зовет меня Большая Банана. Это причина для многих шуток.
Я прикрываю рот, чтобы удержать вырывающийся из него смех.
— Так значит вы бабушка?
— Моего сына сейчас нет в городе, поэтому на мне сегодня родительские обязательства. Ой, я почти забыла. Вам разрешено получать сообщения во время уроков? Он так нервничает, что не смог присутствовать в её первый день в школе, поэтому я сказала, что попрошу вас написать ему одно или пару сообщений, если это возможно.
Подобное участие со стороны родителя меня только радует. После всех тех историй, что нам рассказывали во время учёбы в колледже о безразличных родителях, я сильно волновалась по этому поводу.
— Вообще, мы просим родителей писать на электронную почту, но в этом случае я буду рада написать ему сама. Не представляю, как он волнуется. Можете дать мне его номер?
Она тут же протягивает мне бумажку с именем и номером телефона.
— Я передам ему, что вы напишете, и сообщу, как вас зовут.
— Идеально. Ну что, Инглиш, ты готова начать своё обучение?
Она протягивает мне ладошку, но потом оборачивается и восклицает:
— Банана, скажи папочке, что я сегодня под радугой.
— Хорошо, Медвежонок, я передам ему. — Она улыбается и поднимает большой палец вверх. Полагаю, быть под радугой — это хороший знак.
Когда мы входим в класс, всё хорошее тут же заканчивается, а внутри царит полный хаос. Ученики носятся как угорелые, гоняясь друг за другом, и кричат так, будто они на детской площадке. Мне нужно принять меры. Я тут же прохожу в начало класса и хлопаю в ладоши. Не помогает. Тогда выкрикиваю: