Рабочий день
Шрифт:
— Ну, мы не можем жить вечно, — перебил его Кенни, — и, похоже, нам действительно следует умереть, когда придёт наше время. Но кто может сказать, когда это произойдёт?
Ещё один звонок встревожил всех.
— Центр Оживления… да… да… — в голосе Коллинза послышалось напряжение. — В холодильнике? Хорошо. И обе ноги тоже? Именно. Повторите точное местоположение, пожалуйста… Понял.
Он повернулся к замершей в ожидании комнате.
— Мужчина упал под поезд, обе ноги отрезало. Это случилось в сельской местности,
Он быстро объяснил, как найти фермерский дом, и, когда повернулся к вновь зазвонившему телефону, бригады уже рванули на выход. Через несколько секунд две машины скорой помощи с рёвом сирен отправились на вызов. Кенни, Уотсон и Кларк были в одной из них, сирены завывали, заставляя транспорт освобождать им дорогу. Бенсон, Фуллер и Джонсон из четвёртой бригады должны были помогать им.
— Думаете, мы спасём его? — выдохнул Уотсон.
— Человека — наверное, а ноги — может быть, — коротко ответил Кларк, не отрывая взгляда от дороги. Они выехали из города и стрелка спидометра тут же перевалила за отметку «сто».
Без сомнения, это и был тот фермерский дом, в который доставили мёртвого мужчину. Развевался алый флаг, горели красные сигнальные ракеты, а несколько человек столпились у дороги, наблюдая за приближающимися машинами скорой помощи. Увидев приближающуюся подмогу, они замахали руками и закричали, а затем, следуя указаниям Коллинза, побежали к дому. К тому времени, когда Кларк остановил машину скорой помощи и Уотсон спрыгнул на землю, чтобы открыть дверцы, люди вытащили покрытого льдом мертвеца и его замёрзшие ноги. Они положили их на стол в машине скорой помощи, одновременно выполнявшей функцию госпиталя на колёсах, закрыли двери, и шесть человек приступили к работе. Уотсон, новичок в этом деле, хоть волновался больше всех, но действовал как и остальные — быстро и с ясной головой. В нижней части тела поддерживали заморозку, стараясь приживить ноги обратно (над каждой ногой работали по два человека), в то время как два шефа, Кенни и Бенсон, трудились над самим человеком.
На улице толпа ждала, затаив дыхание, почти час. К ним присоединился врач общей практики из соседнего города и стал ждать вместе с ними. Какой-то молодой человек в сильном волнении подбежал к ним, но его заставили замолчать.
Наконец двери открылись, Кларк вышел и аккуратно закрыл их за собой.
— Он будет жить, — сказал он, и молодой человек вскрикнул.
— Мой отец! — пояснил он. — Он будет жить?
— Да. Здесь есть врач?
Высокий, сутулый пожилой мужчина вышел вперёд.
— Хотите посмотреть на него, доктор? — спросил Кларк. — Его пока нельзя перевозить. Возможно, ещё около часа. Кто он?
— Уильям Ричи, — сказал молодой человек дрожащим голосом. — Я Билл. Когда я смогу его увидеть?
— Прямо сейчас, но мы не хотим, чтобы он много разговаривал, — сказал Кларк.
Доктор и молодой человек проследовали за Кларком в машину скорой помощи.
Там лежал человек, бывший только что
— Билл, — сказал он. — Ты здесь?
— Лежите спокойно, — предупредил Кенни, наблюдавший, как кровь по трубке поступает из стеклянной бутылки в руку мужчины. — Лучше помолчите, сэр.
— С ним всё в порядке, — бодро проговорил Бенсон. — Мы думаем, понадобится ещё одно переливание. А потом — отдых. Как только его можно будет транспортировать, мы отвезём его в больницу.
— Его ноги?
— Всё свелось к двум переломам ног, — быстро сказал Кенни и вытащил иглу из руки мужчины. — И, конечно, он несколько шокирован. Не хотите ли немного поспать?
Их пациент снова улыбнулся и послушно закрыл глаза. Кенни жестом пригласил пожилого врача и Билла Ричи выйти вместе с ним на улицу. Двое ассистентов последовали за ними.
— Присмотрите за ним немного, доктор, — сказал Кенни, — нам с моими людьми нужно передохнуть и выпить по чашечке кофе.
— Я скажу маме, — сказала одна из девочек, стоявшая в толпе, и побежала к дому.
— Четвёртая бригада может возвращаться в Центр, пока я повезу мистера Ричи в больницу. Он ещё не знает, что с ним случилось. Лучше не сообщать ему об этом слишком рано.
— С ним действительно всё в порядке? — с тревогой спросил молодой человек.
— Он жив. Сердечный ритм и кровообращение в норме или почти в норме. Даже в ногах у него хорошее кровообращение. Кости должны срастись, плоть должна зажить, и, конечно, он перенёс тяжёлый шок. Он узнал вас, своего сына, и разговаривал нормально. По-моему, всё в порядке. Доктор, внимательно следите за датчиками у него на ногах, и особенно за тем, что у него на виске. Следите за температурой — мы прикрепили термометр к его левой руке. Мы перельём ему ещё пинту крови, прежде чем отправимся в больницу.
Пожилой врач понимающе кивнул.
Из фермерского дома прибежала девочка.
— Мама приготовила поесть, — сказала она, — и она хочет знать, можете ли вы подняться в дом, или, если вы не можете отлучиться, нам принести еду сюда?
— Мы можем отойти отсюда, если вы возьмёте всё под свой контроль, доктор, — сказал Кенни. — Я попрошу Фуллера и Джонсона остаться с вами и пришлю Уотсона и Кларка в ближайшее время сменить их.
Врач снова кивнул и вернулся в машину скорой помощи, а измученные оживители отправились на ферму, где девочка и её мать обильно накормили их и напоили кофе.
— Ну и устроили мы этому бедняге, — засмеялся Кларк, когда горячая еда немного подняла ему настроение. — Натыкали в него столько иголок, что он стал похож на подушечку для булавок!
— Да, нам пришлось использовать все возможные приёмы, — согласился Кенни, наливая себе третью чашку кофе. — Мы наконец-то обучили людей, как их спасать. Сразу в холодильник — вот основной приём.
Подававшая еду девочка отважилась заговорить.
— Мы вытащили всю еду, чтобы освободить для него место, и я не знаю, сможем ли мы когда-нибудь снова пользоваться холодильником или морозильной камерой, зная, что в них лежал по кусочкам мёртвый человек.