Пыль всех дорог
Шрифт:
Скворцова вздохнула с облегчением. Невыносимо было бы думать, что неведомая копия рыжеволосой королевы так и не вернулась к нормальной супружеской жизни после пережитого чудовищного насилия. Значит, вернулась…
— Знаешь, что, девочка? Если перестанет учить жить мать, то начнет свекровь. Так что не обольщайся на этот счет!
В воздухе отчетливо запахло конфликтом поколений, и майору вдруг малодушно захотелось устраниться от процесса объяснения. Но — нельзя. Ни по должности, ни по ситуации. Сам привел — и слушай теперь.
Ковалев
— Ты пробыла в Озерном Доме несколько месяцев.
— Для чего?
— Искала мага, чтобы помог вернуться домой. Ничего не вышло.
— А Аиса?
— Она так и осталась при тебе до конца. Как телохранитель.
Конечно, сообразила Марина, знакомство наемницы с Торосом так и не состоялось… Стоп!!!
— Что значит «до конца»?!
На кухне стало тихо. Женщины смотрели друг другу в глаза, как будто старались этими взглядами проникнуть на самое дно души.
— До конца. До самой смерти. Твоей и отца. И Аисы тоже.
Что должен чувствовать человек, которому объявили, что где-то там, в альтернативной версии будущего чужого мира, он мертв?..
А пока ничего. Просто ничего, потому что уже наступило запредельное торможение, предохраняющее психику от шока.
— Ты же говорила, мне там за «полтинник»?!
— Я врала. Тебя уже нет… в моем реальном настоящем — почти шесть лет…
Чай остыл, к печенью никто не притронулся, тяжелый разговор продолжался.
— Ты была беременна мной к моменту отъезда из Озерного Дома. Я знаю, что вы с отцом оба еще раз побывали в храме Картсам, чтобы чародей Даккальман помог разрушить формулу, удерживающую тебя в Лангато…
«Надо полагать, не помог», — с болью в сердце подумала Скворцова. Она с ужасом пыталась представить себе свое состояние и никак не могла.
— В Тхагале многое изменилось. Умер глава рода, Тха-Фараджа, и его наследница, моя тетка, от власти отреклась в пользу своего младшего двоюродного брата — сразу же, как только вы оба вернулись.
Все понятно. Так и стал Тха-Джар князем… Получается, белокурая чужестранка осталась с ним в качестве законной жены. Но ведь был же запасной вариант возвращения, — агент Кузнецов в роли двойника наместника! Почему она так и не обратилась к нему?! Должна быть веская причина.
— А род Энхгов? — Спросила Марина.
Черноволосая девушка помедлила с ответом.
— Они так и не добились власти. Правит родной брат Тха-Арсет, мой дядя.
Что-то Скворцова припоминала из разговора с Джаром, что человек-тигр отказывался признавать родство, потому что этот брат был плодом кровосмешения в семье Тхагов…
Город за окнами постепенно затихал,
— Я хочу знать, как это случилось.
— Я виновата. Только я. — Проговорила Тая, сдерживая всхлип.
.
Гостья нервничала, и Ковалев догадывался, почему. Приближался самый непростой и болезненный для нее момент рассказа.
Шло время, взрослела девочка по имени Тха-Сае. Девочка выросла имеющей на все свое собственное мнение. Неудивительно, ведь ее родители оба были сильными личностями! Слухи, ходящие в обществе о Путешественниках, всегда ее влекли, как запретный плод… Ковалев, кстати, для себя уже решил, что Путешественники — разновидность тоталитарной секты. А что это, как не тоталитарная секта? Закрытое сообщество, со строжайшими правилами, с карательными мерами по отношению к нарушителям. Плюс обязательные отчисления со своих доходов в пользу сообщества.
Интерес девочки к перемещениям между мирами был подогрет рассказами матери, в которых, конечно же, сквозила тоска и боль по оставленному на Земле другому ребенку. Интерес тесно сплелся с исподволь растущей детской ревностью. Как это?! «Я не единственная дочь, и где-то есть другая, и, каждый раз глядя на меня, мама вспоминает ее?! Мало того, я и не человек до конца, и не оборотень, так, середина на половину, ветвь вырождающегося вида…»
Рассказы матери оставались в разряде семейных тайн, которые строго-настрого было запрещено выносить за стены княжеского дворца: и так уже достаточно ходило сплетен о роде Тхагов… И тайна осталась бы тайной, если бы у Тха-Сае не появился… поклонник.
В пятнадцать лет состоялась далекая поездка ко двору Императора вместе с родителями и знакомство с тем, кто должен был стать новым наместником для трех княжеств на окраине Восточной империи. Представитель старинного знатного рода, и сам император благоволил к нему.
— Новым? — Спросила Марина. — Что же случилось со старым?
— Он удалился от дел, передав пост преемнику. Возраст.
Удалился… Что же сталось с его двойником, Кузнецовым?.. Даже если он перестал участвовать в программе, могли готовить других агентов…
Интерес, проявляемый будущим наместником к дочери и наследнице Тхагов, заставлял окружающих строить догадки насчет скорой свадьбы, но дальше этого дело не пошло. Потенциальный жених не нравился родителям, что вызывало у Сае бурю протеста. «Опять решаете все за меня?! Как я устала от этого… Когда это закончится?!»
Нужно быть осторожной с желаниями, они порой сбываются не в той форме, в которой хотелось бы. Очарованная беседами с молодым интересным мужчиной, Тха-Сае наивно думала, что за эти недели коротких свиданий и милых бесед между ней и собеседником что-то проскользнуло, не иначе, «большое и светлое». Разговоры по душам, томные вечера вдвоем в саду, невинные поцелуи… Сае ни словом не обмолвилась о том, кто такие Тхаги. Она поведала, откуда родом ее мать.