Пыль моря
Шрифт:
– Но ведь все равные не могут быть? Кто-то лучше и больше работает, а кто-то и лодыря гоняет. Как с такими? И не обидно ли трудяге гнуть спину на нерадивого соседа? И не захочет тот трудяга стать выше другого и понукать им?
– Я же сказал, что каждый должен работать по своим возможностям, а главное добросовестно. А кто не хочет так – того отправляем на остров голый и малый, и там он трудится, пока не исправится. Его проверяют, и всем сходом решают его дальнейшую участь.
– А что это за остров? И что там делать?
– Гм. Это наша
– Да зачем мне это. Это ваше дело, но я клянусь выполнить ваше условие, почтеннейший.
— Я верю тебе и готов открыть эту тайну. Остров лежит в ста ли отсюда, он почти гол и очень мал. Но там нашли немного алмазов и мы посылаем лентяев на их разработки. Месяц-два он там трудится, пока не исправится. Но я говорил, что таких пока было только двое. И вот самый богатый и большой алмаз, – и с этими словами старик открыл коробочку, висящую на его сухой груди. Огромный алмаз, слегка сглаженный, округлой формы, сверкнул в отблесках пламени факелов. Он напомнил Мишке огромный глаз старой подружки Дашки и воспоминания охватили его.
Глава 46. Обманутый Ювэй
Алмаз ничего не сказал Мишке. Он просто не знал ему цену. Раньше он изредка видел их, но не такие огромные, и никогда ими не интересовался. Вот и этот не произвёл на Мишку никакого впечатления. И старик даже немного обиделся, как показалось Мишке.
– Это огромное богатство! – воскликнул тот, с любовью поглаживая камень рукой.
– А к чему он? – Мишка равнодушно глядел на это богатство и недоумевал над восторгами старика. – Ведь вам деньги и такие богатства ни к чему. Что вы на него купите?
– Это правда. Здесь он бесполезен. Но кто знает превратности судьбы? Может, не всегда мы будем так жить. Может, потребуется для чего, а у нас средства имеются. Вы, белые, падки до такого. За этот камень можно многое получить.
– А ещё больше потерять, – сказал Мишка и небрежно махнул рукой.
– И так может случиться, – со вздохом ответил Старик и спрятал камень в коробочку.
Наступило молчание. От входа тянуло прохладой. Вошли женщины и запалили костёр. Принесли ароматную лапшу со свининой, и Мишке пришлось сглотнуть голодную слюну.
– Перекусим, что ли? – обратился старик Лян к Мишке и стал накладывать лапшу в миску. Мишка не стал себя просить дважды.
Молча работали палочками. Старик ел медленно, методично работая челюстями. Мишка торопливо и жадно. Молоденькая девушка подкладывала ему, тихо смеясь его жадности. Мишка мельком глянул на неё, но не разглядел в тёмных бликах огня.
Сок кокосового ореха приятно холодил внутренности, и Мишка с наслаждением почувствовал приятную слабость и сонливость. После трудного дня хотелось побыстрее лечь спать, но старик не давал понять, что сон близок. Он, видимо, ещё не наговорился. А Мишка отвалился на душистую охапку сена и закрыл глаза. Сквозь дремоту он слышал голос старика, но сон сморил его и он провалился
Его разбудили голоса, доносившиеся из тёмного угла. Он открыл глаза. Мягкий свет заливал пещерку. Он был один, но голоса слышались, различались слова. То девушки разглядывали его, хихикая и шепчась. Мишке стало неловко. Он испугался, что его пробуждение заметят, и закрыл глаза. Слух его обострился, он прислушивался. Доносились, однако, лишь отдельные слова, к щекам Мишки прилила кровь. Он никогда раньше не робел в женском обществе и всегда был в центре его внимания, а тут какие-то девчонки заставили его краснеть. И хоть этого никто не мог заметить, Мишка злился на себя, на девушек.
Наконец он пересилил себя и рывком поднялся, шелестя сухой травой. Две девушки со смехом рванулись к выходу, тонкие фигурки мелькнули на мгновение и исчезли.
Мишка вышел наружу. На поляне возилось трое женщин и двое подростков. Горели костры, варилось что-то вкусное. Мишка сглотнул слюну.
Он не вызвал особого любопытства. Мишка побрёл в сторону от поляны и стал забираться по крутой тропе на вершину скальной стенки. Она обросла ползучими растениями и, держась за них, легко было преодолевать крутизну подъёма. Солнце светило с другой стороны и тень приятно освежала. Жара ещё не наступила.
Изрядно запыхавшись, Мишка добрался до вершины. Его встретил китаец с самострелом в руке. По-видимому, он сторожил подступы к убежищу. Настороженные глаза тревожно следили за каждым движением непрошеного гостя. Мишка дружески выставил руки:
– Не тревожься, я осмотреться вышел. Интересно ведь глянуть на остров с высоты. Каков он.
Китаец не ответил, но несколько успокоился. А Мишка забрался на самый верхний утёс. Остров лежал, как на ладони. Со всех сторон море в едва заметной ряби, ещё не полностью очистившееся от дымки.
С волнением Мишка увидел игрушечные джонки, вытащенные на пляж, и чёрточки людей вокруг. До них было версты четыре, не больше. «Однако сильно блукали мы с Ювэем, что так долго тащились до вершины», – подумал Мишка.
Лес вокруг курчавился, изредка обнажая голые зубы торчащих скал. Дух захватывал от этого зрелища, дышалось легко и свободно. Здесь было прохладно, лёгкий ветерок освежал уставшее тело Мишки.
Внизу его встретил Лян и пригласил в пещеру завтракать.
– А где ж мой мальчишка? – спросил Мишка, оглядываясь вокруг.
– Не тревожься, он уже поел, за ним присматривают. Пусть с нашими побудет. Небось, соскучился по сверстникам. Малец ведь. Ему играть надо, а он вишь как жизнь свою строит.
– Так получилось, – ответил Мишка. – Никто так не хотел.
– Да, да. Мы не всегда можем жить так, как нам хотелось бы.
Смешливая девушка стреляла глазами в Мишкину сторону, подавая кушанья. Мишка удивлялся свободному поведению девушки и опять смущался. Затем спросил с притворным равнодушием:
– Скажите, почтенный, а что у вас женщины так свободно себя держат?