Пыль моря
Шрифт:
– Слава богу! Думал, что фрегаты, – успокоился Мишка. – Может попробуем, капитан? Судно невелико и идёт почти нашим курсом.
– Как прикажешь, хозяин.
– Заладил своё! Тогда готовь команду. Бросай плавучий якорь и жди.
Мишка озлился и ушёл в каюту.
Часа через два корабль сильно сблизился с джонкой. Это был старый трёхмачтовый пинас[1], и тащился он тяжело. Вооружён слабо и по наблюдениям марсового команда невелика.
Матросы уже готовы к абордажному броску. Осталось сблизиться и сцепиться. Сань-Гуй резко навалился
– Картечью по палубе! Пали! – рявкнул Мишка.
Джонка вздрогнула и окуталась едким пороховым дымом. С пинаса донёсся вопль, слившийся в гвалт и шум перепуганной команды.
– Вперёд! На абордаж! – кричал Мишка, нацеливаясь прыгнуть на высокий борт корабля.
Суда сцепились и матросы, стреляя на ходу, ринулись на испанцев. Те с ожесточением отбивались, но полностью вооружиться не успели, и пираты с остервенением врубались в их нестройные ряды.
Мишка орудовал длинной саблей, не замечая мелких уколов. Пот и кровь струились по его телу и лицу. Он набросился на пожилого испанца в дорогих кружевах и заалевшей сорочке. Мощным ударом он выбил его шпагу и с воплем вонзил в его грудь клинок.
Скоро сопротивление было подавлено. Шестеро израненных испанцев были связаны и свалены у мачты.
– Осмотреть груз! Выбирай только ценности! – распоряжался Мишка и торопился замотать кровоточащие раны. – Какие потери, узнать немедленно!
Схватка стоила пятерых убитых и множество раненых. Не так уж плохо.
– Капитан, добыча знатная! Радуйся! – бросил матрос, пробегая мимо.
Захватили сундук с деньгами, видимо предназначенными для уплаты жалования. Были парча, атлас, шелка, дорогая посуда. Сдирали украшения с убитых, одежду. Тюки выделанных кож и дорогое оружие. Всё сносили на джонку. Не забыли захватить порох, картечь, ядра. За час удалось перегрузить самое ценное. И тут кто-то крикнул с тревогой в голосе:
– Фрегаты! Братва, спасайся!
Три корабля показались на горизонте и надвигались неумолимо.
– Вот и встретились, – тоскливо молвил капитан. – Все по местам! Паруса ставить! Быстрей, собаки!
Корабль запылал, а джонка медленно стала разворачиваться по ветру. Началось бегство. Джонку прижимали к берегу, и оставалось только уповать на прорыв в лабиринт островов через восточный пролив. Однако ветер менялся, и это становилось затруднительно. К тому же фрегаты растянулись и старались закрыть выход
– -------
[1] Пинас – к XVII в. – европейское грузовое судно.
Глава 84. Мышеловка
– Ты смотри, Сань, а ведь нам не уйти, – прищурив хищно глаза, заметил Мишка, глядя, как испанский фрегат отжимает джонку от моря.
– По всему видать так, хозяин. Вот подойдёт на пушечный выстрел и начнёт расстреливать. Наши-то не достанут. Да и что мы можем против его двадцати бортовых?
– Да, бес попутал. Надо было тебя слушать, старина.
– Хоть бы до ночи дотянуть. Может тогда легче будет.
– Всё одно шансов почти нет.
Близился вечер и два фрегата и посыльное судно окончательно лишили пиратов возможности вырваться в море. Скоро фрегаты откроют огонь, и ещё до заката всё будет кончено.
– Хозяин, Миш, глянь-ка сюда! – позвал капитан.
– Что там у тебя?
– Смотри, впереди заливчик узенький. Длинной косой отделён.
– Ну и что?
– А то, что можно туда нырнуть. А ночью испанцы побоятся в него войти. Всё оттянем конец, а там видно будет. Может шторм или туман, и нам шанс покажется.
– Успеть бы. Испанцы, небось, тоже туда смотрят.
– Успеем. Фрегаты с глубокой осадкой, а малое судно отстало и не успеет нас перехватить.
– Так до темноты надо, а то на камни сядем. Отлив начнётся скоро.
– Так и я о том же.
Сань-Гуй побежал отдавать приказы. Матросы воспрянули духом и с быстротой выполняли все приёмы с парусами и снастями. Капитан сам стал к рулевому брусу. Джонка качнулась и пошла косо к берегу. Ветер слабел и ход замедлялся. Фрегаты тоже шли медленно. Один из них понял замысел корсаров, и видно было, как матросы полезли по вантам. Но было уже поздно. Фрегат не решился близко подходить к берегу.
С флагмана засигналили и корабли легли в дрейф. Они охватили вход в залив достаточно плотно, и вырваться из него стало невозможно. Любая попытка пресекалась бы огнём корабельных пушек.
А джонка с опаской, при малых парусах, втянулась в залив, где бурлили отливные водовороты.
– Вот и получили отсрочку, – вздокнул капитан. – Заперли нас в мышеловке. Теперь сиди и жди.
– Так и дурак может, – зло ответил Мишка. – А нам надо подумать, как из этой мышеловки вырваться живыми. На то и время нам дал господь наш.
– Вот ты и думай, хозяин. Твоя затея, ты и выкручивайся.
– Смотри, Санька, поговори у меня! – пригрозил Мишка.
Ночь опустилась на залив. Огни кораблей мерцали в темноте. На джонке огней не зажигали. Далеко в заливчик заходить не стали и бросили якоря недалеко от входа. Сторожили испанцев.
Мишка в раздумье прохаживался по палубе и его провожали недобрыми глазами обеспокоенные матросы.
– Иди сюда, капитан, – позвал Мишка.
– Чего тебе?
– А вот чего. Надумал я кое-что. Давай, слушай.
– Говори.
– Время у нас часов десять. За это время надо перетащить через косу шлюпку и напасть на посыльное судно. Оно как раз стоит за косой. С фрегатом нам не справиться.
– Так ведь и с малым судном нелегко будет.
– Трудно, зато есть шанс.
– Не вижу того шанса.
– А ту послушай, – зашептал Мишка, наклоняясь к уху капитана. – Заварим кашу, и фрегаты обязательно пойдут на выручку. Вот тут-то джонка и может вырваться в море.
– А вдруг ветер помешает, или фрегаты не сдвинутся с места?